Новый Ковчег
Шрифт:
Священник пожал плечами. Тайлер показал ему еще две фотографии — Элрика из журнала «Форбс» и Каттера с видеокамеры в Центре в Фениксе.
Отец Татилян не узнал никого из них.
— Возможно, если вы скажете мне, почему вы их ищете, я постараюсь вспомнить.
Тайлер посмотрел на Дилару. Та кивнула. Чтобы рассчитывать на его помощь, они вынуждены были кое-что ему рассказать.
— У нас есть причины считать, что в вашем монастыре находится потайная камера, о которой, возможно, не знаете даже вы.
Священник рассмеялся.
— Этот монастырь стоит здесь уже тысячи лет. Я наверняка бы знал, если бы здесь
Тайлер показал ему фотографию свитка.
— Это древний документ, который Хасад Арвади нашел на севере Ирака. Доктор Кеннер перевела его, и в нем говорится о карте местонахождения Ноева ковчега, которая находится где-то в Хор Вирапе.
Переводчик Чирнян сперва промолчал, не будучи уверенным, что правильно расслышал. Поняв, что Тайлер говорит серьезно, он перевел. Отец Татилян улыбнулся.
— К нам часто приходят искатели сокровищ, пытаясь найти священные остатки Ноева ковчега, но никто еще не спрашивал нас о карте.
— Отец доктора Кеннер пропал без вести три года назад. Мы считаем, что его убили.
Улыбка исчезла с лица священника.
— Весьма сожалею о вашей потере.
— Отец Татилян, — спросил Тайлер, — здесь случалось что-то необычное три года назад?
— Да, — осторожно ответил священник. — Весьма необычное. В то время двое послушников совершали паломничество и останавливались в монастыре. Одного из них убили, а второй пропал. Его так и не нашли.
— Как был убит тот послушник?
— Застрелен. Полиция вела расследование, но никого так и не арестовали. Дело остается нераскрытым.
— Есть какие-то мотивы?
— Скорее всего, ограбление. Однажды утром я вошел в Хор Вирап и нашел его тело.
— Это наверняка Элрик, — сказал Грант.
— Вы знаете, кто мог это сделать? — спросил священник.
— Возможно, — ответил Тайлер. — Можете точно рассказать, что произошло?
— Особо рассказывать нечего. Это случилось ночью, когда монастырь закрыт. Брат Дипигян был найден убитым двумя выстрелами в голову. Брата Каланяна мы с тех пор больше не видели. Предполагали, что его похитили. Так и не смогли понять, по какой причине, и никогда не получали требования выкупа. Впрочем, в любом случае не смогли бы много заплатить. Мы получаем вознаграждения за свадьбы и другие проводимые здесь обряды, но большая часть средств идет на поддержание монастыря.
— Где нашли тело?
— Это-то и было самым странным. В темнице.
— Там, где держали в плену святого Григория? — спросила Дилара.
— Да. Но если это было ограбление, то непонятно, почему оно случилось именно там. Как святилище, темница святого Григория не может сравниться ни с чем, но там нет ничего ценного. Несколько свечей в алькове, и все.
— В алькове? — переспросила Дилара. Альков упоминался в свитке, и слово это на иврите могло иметь множество значений.
— Это место, где паломники могут воздать почести святому.
— Пятый и восьмой камни от алькова открывают, — сказала Дилара Тайлеру, который тут же понял, что она имеет в виду.
— Отец, — сказал он, — пожалуйста, покажите нам темницу святого Григория.
Лежа на вершине холма, возвышавшегося над внутренним двором Хор Вирапа, Элрик направил бинокль на фигуры в двухстах ярдах от него. Он увидел Локке, Вестфилда и Кеннер вместе с кем-то еще, похоже,
— Хотите, чтобы я их пристрелил? — спросил Каттер.
Элрик уже побывал на местонахождении Ковчега, и если бы мог проникнуть внутрь, его давно бы уже здесь не было вместе со вторым амулетом. Но прибыв на место, он понял, что Арвади его обманул. Старик оказался весьма хитер, не предоставив ключевую информацию, дававшую доступ.
После того как Элрик не смог попасть в Ковчег, следующим его шагом стало возвращение в Хор Вирап. Наверняка имелись некие дополнительные сведения о том, как проникнуть в Ковчег, которые скрыл от него Арвади. План заключался в том, чтобы сфотографировать каждый квадратный дюйм карты и убедиться, что они ничего не упустили, после чего Элрик нашел бы другого переводчика, который рассказал бы ему, о чем на самом деле говорит карта. На поиски квалифицированного переводчика могло потребоваться время, так что для того, чтобы гарантировать, что никто за ним не последует, карту нужно было уничтожить.
Элрик и Каттер лежали, дожидаясь удобного момента, точно так же, как и три года назад. А потом, к удивлению Элрика, появились Локке и остальные.
Хотя их появление стало полной неожиданностью, он быстро оценил ситуацию заново и понял, что она могла даже пойти на пользу.
— Не стреляй, — сказал Элрик Каттеру. — Возможно, Локке и Кеннер сами выполнят за нас всю работу.
Если Кеннер была столь же опытным археологом, как ее отец, она могла расшифровать карту и раскрыть то, во что оказался не посвящен Себастьян. Как только они выйдут из темницы, он сразу поймет, видели ли они карту и определили ли местонахождение Ковчега. Затем останется лишь последовать за ними и убить их, как только покажут дорогу внутрь.
Священник повел их от церкви в центральном дворе к маленькой часовне. Наступил вечер, монастырь закрыли, туристов выпроводили, и все пятеро стали предоставлены самим себе.
Справа от алтаря Тайлер увидел отверстие, от которого уходила вниз крутая алюминиевая лестница. Отец Татилян начал спускаться, и остальные последовали за ним.
Темница представляла собой круглый резервуар со стенами из шершавого серого камня. Здесь вполне хватало места даже для пятерых, хотя воздух быстро стал тяжелым, учитывая, что он поступал лишь через одно отверстие наверху. Тайлер думал, что темница намного меньших размеров, воспринимая ее как тюремную камеру, но, с другой стороны, трудно представить, что здесь можно пробыть в заключении тринадцать лет. Чудо, что за это время Григор не сошел с ума.
Напротив лестницы стоял канделябр. Справа находился альков, о котором упоминал отец Татилян — ниша высотой в шесть футов, со сводчатым верхом, два фута в ширину и три в глубину. Внутри виднелись каменное сиденье и каменная полка на высоте примерно в четыре фута.
Тайлер шагнул на полукруглое возвышение перед альковом и внимательно его изучил. Стены покрыты грубой штукатуркой, и там, где она отвалилась, не видно никаких заметных швов. Казалось, будто вся темница сделана из сплошного камня.