Новый Ковчег
Шрифт:
— Так не держи нас в напряжении, — сказал Грант. — Что там говорится?
— Переводится как «Пятый и восьмой камень от алькова открывают. Четвертый и седьмой камень от алькова закрывают».
— Есть мысли, что это означает? — спросил Тайлер.
Дилара покачала головой. Она долго размышляла над смыслом загадочных слов, отчего ей и потребовалось столько времени, но расшифровать так и не смогла.
— Полагаю, узнаем, когда увидим.
Тайлер пожал плечами.
— Тогда давайте выясним,
Дилара искренне восхищалась Тайлером. Похоже, он всегда мог выкрутиться в самой трудной ситуации. Что бы ни случилось, Локке знал, что всегда сумеет придумать какой-нибудь выход. Она полагала, что именно благодаря своей способности решить любую проблему он и стал хорошим инженером, всегда сохранявшим уверенность в себе. Именно потому Дилара и испытывала к нему такую симпатию. Она не знала, к чему в итоге приведет та ночь, которую они провели вместе, но вспоминала о ней с нескрываемым удовольствием.
Самолет приземлился в Ереване. Тайлер договорился, чтобы в аэропорту их встретил переводчик с машиной. Когда они сели в автомобиль, Локке протянул пачку американских долларов переводчику, который уставился на деньги, большие, чем он обычно зарабатывал за полгода.
— Надеюсь, наша экспедиция останется в тайне.
— Конечно, доктор Локке, — на безупречном английском ответил тот. — Меня зовут Барсам Чирнян. Буду рад помочь, если смогу.
— Сколько времени нужно, чтобы добраться отсюда до Хор Вирапа?
— Всего тридцать километров к юго-западу. Будем там в течение часа.
Это означало, что они будут на месте к пяти часам по местному времени.
— Хорошо, — сказал Тайлер. — А по дороге расскажите нам о Хор Вирапе.
Все сели в потрепанную «Тойоту Лендкрузер» и, покрутившись по извилистым улицам города, выехали на главную дорогу, идущую на юг. Справа над равниной возвышался Арарат и его младший собрат. Хотя армяне считали гору высотой в 16 854 фута своей, сделав ее национальным символом, на самом деле она находилась в Турции.
Пока они ехали, Чирнян вел рассказ о монастыре, напоминавший информацию из путеводителя. Арташат, город, где находился монастырь, был первой столицей Армении и оставался ею до его падения в пятом веке. Никто не знал точной даты, когда построен Хор Вирап, но он являлся одним из первых существовавших христианских монастырей. Располагался на единственном высоком холме на многие мили и служил в древности укреплением, благодаря стратегической позиции на реке Араке. Самым же священным храмом Армении он стал благодаря святому Григорию Просветителю.
Григор Лусаворич вернулся из Израиля в родную Армению в третьем веке, проповедуя новую христианскую религию. Отец Григора убил отца короля Трдата Третьего, и Трдат заключил Григора на тринадцать лет в темницу в Хор Вирапе, где
За то время, пока Чирнян излагал историю святого Григория, они доехали до Арташата. Послеполуденное октябрьское солнце заливало равнину золотым сиянием. Широкие ряды виноградников и ферм уходили к подножию Арарата, поднимавшегося к висевшим в голубом небе облакам.
Древний монастырь Хор Вирап стоял на южном краю лишенного какой-либо растительности холма. «Лендкрузер» поднялся по извилистой дороге на вершину и въехал в главные ворота монастыря. Его репутация как одной из крупнейших туристских достопримечательностей Армении была вполне обоснованна. Несмотря на то, что время близилось к закрытию, на парковке стоял десяток машин. Выйдя из автомобиля, они прошли через арку в толстой внешней каменной стене и поднялись по лестнице.
Они вышли в центральный двор, где стояла большая церковь, в которой, по словам Чирняна, часто проходили свадьбы. Сейчас никаких обрядов не происходило, но вокруг немало мужчин и женщин — некоторые в западной одежде, другие в национальных армянских костюмах — фотографировали церковь и гору, прославившуюся как место упокоения Ковчега. Хотя здесь был монастырь, монахи давно его покинули, и им теперь управляли священники Армянской православной церкви.
— Нам нужно видеть главного священника, — сказал Тайлер переводчику.
Чирнян кивнул и отправился на поиски. Несколько минут спустя из церкви появился дружелюбно улыбавшийся священник. Он не говорил по-английски, но представился с помощью Чирняна, пожав Тайлеру руку.
— Я отец Език Татилян. Чем могу помочь?
— Отец Татилян, меня зовут Тайлер Локке. Я инженер из Америки. Спасибо, что согласились встретиться с нами.
— Вас интересует архитектурная история нашего монастыря?
— В некотором роде. Вы когда-нибудь встречались с археологом по имени Хасад Арвади?
Дилара невольно затаила дыхание, надеясь, что это станет последним ключом к поискам ее отца, но священник покачал головой.
— К нам в монастырь приезжают многие ученые и историки, — сказал он, — так что не удивительно, что я его не помню.
Тайлер показал на Дилару, которая не в силах была скрыть разочарование.
— Доктор Кеннер — его дочь. У нас есть причины полагать, что он здесь был.
— Прошу прощения, — сказал священник. — Его имя мне незнакомо.
Тайлер взял фотоаппарат Дилары и показал на экране самую последнюю фотографию ее отца.