Новый Ковчег

Моррисон Бойд

— Мы нашли останки, по крайней мере, двадцати человек, но ни одного тела.

— Ты имеешь в виду под останками руки, туловища и тому подобное?

— Нет. В тех мешках, которые ты видел, нет ничего, кроме костей.

Тайлер лишился дара речи. Грант выглядел не менее потрясенным.

— Как такое может быть? — наконец спросил Тайлер.

— Понятия не имеем, — ответила Джуди. — Все, что нам известно — перед тем, как самолет потерпел катастрофу, нечто превратило всех людей на его борту в скелеты.

КОУЛМЕН

18

Гэвину

Дэйну потребовалось восемь часов, чтобы вернуться в Вашингтон после того, как яхта встала на причал в Галифаксе. Элрик позаботился о том, чтобы руководителю проваленной миссии на «Шотландии-один» сообщили лишь, что он должен немедленно появиться в комплексе на острове Оркас. Он наверняка ожидал наказания за свою неудачу, но не знал, насколько суровым оно окажется.

Барри Пинтер уже прибыл в комплекс и помогал в последних приготовлениях к предстоящим дням. Когда зрители были готовы, Каттер привел обоих вниз.

В смотровой собрались ведущие ученые и агенты Элрика. Все явно нервничали, но молчали. Они знали, что должно произойти нечто важное, но не знали, в чем его суть. Элрик, стоявший у окна рядом с Петровой, наблюдал за ними. Хорошо. Они как раз были в том состоянии духа, которого ему хотелось. Он нажал кнопку на пульте и сказал в микрофон:

— Начнем.

Открылась дверь в испытательную камеру, заглушив последний тихий шепот. Каттер ввел двоих в помещение с серо-стальными стенами. Первым был Гэвин Дэйн, невысокий, с короткой стрижкой и в обтягивающей черной футболке, подчеркивавшей худощавую фигуру. Вторым — Барри Пинтер, примерно на фут выше Дэйна и, по крайней мере, на пятьдесят фунтов тяжелее, шедший с кошачьей грацией. Оба были ветеранами армейских спецподразделений: Дэйн служил рейнджером, Пинтер — «зеленым беретом».

Элрик бесстрастно смотрел на обоих. Ему не нравилось то, что он собирался сделать, но это необходимо. Жаль расставаться, но проект достиг критической точки, и рисковать нельзя. Они должны стать примером для всех.

Каттер вышел из помещения и закрыл дверь. Щелкнул засов — безошибочный знак того, что дверь заперта. Дэйн и Пинтер, знавшие друг друга по предыдущим операциям, переглянулись, и замешательство на их лицах сменилось тревогой. Затем они обвели взглядом помещение, которого никогда прежде не видели.

Пол испытательной камеры полностью состоял из стальной решетки. Элрик велел изготовить ее из углеродистой стали, исключительно устойчивой к высоким температурам. Потолок тоже представлял собой решетку, к которой вела замысловатая вентиляционная система, содержавшая четырнадцать специально разработанных фильтров. Стены — из дюймовой стали, а окно сделано из высокотехнологичного полимера, не искажавшего картину, несмотря на большую толщину.

Единственным предметом внутри камеры был лежавший на полу противогаз.

Элрик нажал кнопку на микрофоне, так чтобы Дэйн и Пинтер могли слышать, что он собирался сказать зрителям.

— Добрый день, леди и джентльмены. Вам наверняка интересно знать, зачем вас сегодня собрали здесь. Это хорошо. Любопытство — одна из причин, по которой я взял вас в

это грандиозное путешествие. Как вам всем известно, мы близки к тому, чтобы, наконец, в него отправиться. К сожалению, некоторые из имеющих отношение к проекту, возможно, готовы передумать.

Все собравшиеся смотрели на него с каменными лицами. Никто не хотел выдавать любые подобного рода мысли, особенно если таковые у них действительно имелись.

— Я понимаю ваши чувства. Это великое предприятие, которое полностью изменит лицо планеты. Перемена, которая, как я верю — как верим все мы, — в конечном счете спасет человечество. Но потребуются жертвы, от каждого из нас. И, возможно, некоторые из вас не готовы встретить реальность лицом к лицу.

Бросив взгляд на камеру, Элрик увидел страх на лицах Дэйна и Пинтера. Он заметил, что оба то и дело смотрят на противогаз.

— И потому я считаю крайне важным, чтобы мы были полны решимости выполнить предстоящую нам задачу. Мы не можем допустить ни колебаний, ни сомнений, ни предательства, ни ошибки, полностью сосредоточившись на нашей великой цели. Поэтому сегодня я привел сюда этих двоих. — Элрик махнул рукой в сторону окна. — Двоих, которые подвели нас, всех нас, и поставили под угрозу все то, над чем мы трудились.

Он повернулся к окну.

— Гэвин, Барри. Сейчас вы продемонстрируете этим людям, почему для каждого из нас столь важно четко и безошибочно выполнять свою работу. Вы покажете им, чтопоставлено на карту.

Пинтер бросился к двери, пытаясь найти способ ее открыть, но тщетно. Дэйн продолжал стоять на месте, ожидая, что будет дальше.

— Здесь только один противогаз, — продолжал Элрик. — Через одну минуту испытательная камера заполнится Арконом-Б, биологическим веществом, которое сделает возможным наш Новый Мир. Тот, на ком будет противогаз, избежит его воздействия. Другой…

Этого оказалось достаточно. Пинтер бросился к противогазу, но Дэйн, который всегда был умнее, знал, что самая действенная стратегия — вывести другого из строя. Он шагнул в сторону и со всей силы ударил бегущего мимо Пинтера по спине. Тот упал на пол и, поняв свою ошибку, снова вскочил, приняв боевую стойку. Оба отлично владели боевыми искусствами, но у Пинтера имелось преимущество в размерах. Они стояли, оценивая друг друга.

Элрик посмотрел на часы.

— Пятьдесят секунд, — сказал он, поторапливая их.

Слова его возымели действие. Дэйн подпрыгнул и развернулся кругом, выбросив вперед ногу. Прежде чем она коснулась головы противника, тот присел и выбросил вверх руку, блокируя удар. Сила толчка свалила обоих на пол. Пинтер первым пришел в себя и бросился к Дэйну, который продолжал лежать на спине. Замахнулся ногой, пытаясь ударить Дэйна в бок. Тот схватил Пинтера за лодыжку и вывернул ее, опрокинув соперника на себя. Когда он был еще в воздухе, пнул его в пах.

Пинтер со стоном осел, но это был еще не конец. Дэйн намеревался нанести смертельный удар ему в шею, но Пинтер успел ударить кулаком в лицо, отшвырнув его назад. Оба сидели, собирая силы для последнего боя.