Новый день
Шрифт:
Джеймс уехал из студии совсем без сил. Ссоры выматывают. По дороге домой вспомнил про тату на палец. Развернулся. Пока ехал в салон, старался не думать о Дейне, не думать о стычке и её последствиях. Просто пережить сегодняшний день. Он справился, и парни его поддержали - это важно. Дальше будет видно.
Домой из салона Джеймс вернулся поздно и сразу лёг спать. Уснуть не смог, несмотря на усталость. Хотя настроение
Когда он оторвался от гитары, давно рассвело. Он забросил вещи в сумку и выехал в аэропорт.
Глава пятая
Флажолет
Всю дорогу от аэропорта Джеймс проспал. Всё что он увидел в иллюминатор на подлёте сквозь туман и дождь - это горы в сочно-зелёной краске.
Спать ему хотелось со страшной силой, он выключался просто. Сказалась бессонная ночь. Ен едва растолкал его перед посадкой. Вот тогда-то он и увидел туманные горы, словно во сне. Потом, когда пересаживались в машину, Джеймс отметил, что сочная зелёнь заполоняет весь здешний мир: трава на газонах, деревья вдоль дороги, горная высь.
А ещё мокрый холод, пробирающий до костей, заполняет здешний мир. Он надел шапку, натянул капюшон куртки, засунул руки в перчатках в карманы, и подумал, как же они будут снимать в такой мокроте и холоде, когда зуб на зуб не попадает. Для съёмок нужно солнце, а небо в сиреневом молоке, что не видны макушки гор. И спать, так хочется спать!
В машине Джеймс сразу вырубился от тепла обогревателя. Засыпая, в те самые мгновения на грани сна и яви, сквозь негромкий разговор парней, он почувствовал какую-то сладостную тоску где-то внутри живота и защищённость. Хотя ни погода, ни суровость здешних мест точно не обещали уюта и безопасности. Но чувство было стойким и всепоглощающим. С ним он и заснул.
На место съёмок приехали поздним вечером. В непробудной дремоте он перекочевал в огромный тёмный дом, залез в холодную постель, не раздеваясь, и опять вырубился.
Проснулся Джеймс
Сквозь царство густой тёмной зелени пробивалось ослепительное золото утреннего солнца. Джеймс лежал под одеялом на кровати перед окном во всю стену. В окне величаво возвышались огромные секвойи, кроны которых высвечивал рассвет. Тёмная зелень наполняла пространство за окном, и это пространство нагло вторгалось в комнату.
Сладостная тоска и чувство защищённости не прошли. Он лежал, слушал себя. Такого с ним не случалось. Это вообще новое ни на что не похожее ощущение жизни.
Джеймс чувствовал, что живой.
Он посмотрел на часы на руке. Он забыл их снять. Так-то часы он не носил, только в поездках, чтобы не потеряться во временных поясах. Времени натикало по местному пять пятнадцать утра.
Джеймс встал. Яркое солнце не грело комнату, и он пулей залетел в горячий душ. Там он впитывал из горячей воды живительное тепло, пока не напитался им до предела. После душа даже в одном полотенце было жарко. Он раздвинул створки окна, и вместе с влажным холодом в комнату ворвалась обжигающая дикая сила. Он дышал ею и... боялся её новизны.
Несмотря на ранний час, внизу происходила жизнь. Готовились к съёмкам.
Джеймс оделся и спустился вниз. Первым делом он нашёл еду. В гостиной просторного светлого коттеджа был готов завтрак, и незнакомые ещё ему люди из съёмочной команды Джейн Стилл неспешно перекусывали. На Джеймса никто не обращал внимания. Он положил себе побольше еды, и прямо с тарелкой вышел на необъятное крыльцо. Еда показалась ему божественно вкусной. А запах кофе на фоне холодного свежайшего воздуха - ярким и насыщенным.
Поодаль от крыльца остановился пикап - тюнингованный внедорожник неизвестного цвета из-за обилия на его боках грязи. Прожекторы на его крыше ещё светились. Пикап остановился, погасил прожекторы, но потом лихо перепарковался кузовом ближе к крыльцу. Из-за руля вышла Джейн Стилл и бодро вбежала на крыльцо.
КОНЕЦ ОЗНАКОМИТЕЛЬНОГО ОТРЫВКА