Новые горизонты
Шрифт:
За полтора часа он благополучно добрался до Калачеевска и попытался взять такси — уж больно громоздкой была его спортивная сумка. Но как только они с таксистом сели в машину, водитель сразу заметил звезду Героя на кителе, которую Алексей надел специально для этой поездки.
— Командир, сколько с меня до Октябрьской, 74?
— Нисколько.
— Как это? — опешил Алексей.
— Я совестью не торгую. У меня сын в Афгане погиб… на перевале Саланг… 16 мая 1991 года.
— Блин, а я в передрягу
— А ты не Камов? — неожиданно спросил таксист.
— Да…
— А Витю Зинченко помнишь?
— Витька? Да как же… в одной роте служили… — Алексей удивился, как быстро подгружалась память его предшественника. Он ярко вспомнил и своего товарища Витьку, и чужую суровую землю, и засады душманов, и череду горьких потерь…
— Это мой сын… был.
— Тогда вы — дядя Саша, правильно?
— Он и есть, — с комком в горле кивнул таксист.
Всю дорогу оба делились рассказами о службе — таксист рассказывал про сына, а Алексей про себя и вспоминал всё, что теперь помнил об однополчанине.
— Ты вот что, Лёша… как освободишься, набери меня — мне вот дали подарок за службу сына — мобильный телефон… Я подъеду через минут пятнадцать, не больше… и довезу тебя до автовокзала. Когда ещё пообщаешься с однополчанином сына. И спасибо тебе большое — я теперь хоть знаю, как служил Витя… аж гордость берёт за него.
Руководитель секции «Радио» находился на втором этаже здания, куда его проводил услужливый курсант, постоянно пялившийся на звезду Героя.
— Разрешите? — Камов открыл дверь. — Здравствуйте.
— Здравствуйте. Проходите, пожалуйста.
Второй сотрудник стоял у окна и смотрел в него, но на скрип двери обернулся и…
— Лёша?? Камов?
— Олег! Борисов!
— Ну, здорово, чертяка! — Олег мигом сграбастал в свои объятия однополчанина. — Жив! И здоров! А мне говорили, что на стакан наступил?
— Было дело, — виновато вздохнул Алексей. — Но одумался и решил вновь вернуться в строй.
— Но у тебя же были проблемы с рукой?
— Были, да и сейчас есть, — показал он протез. — Но, сам понимаешь, на ключе работать могу. Приехал открыть хотя бы третью категорию.
— Да? А что не сразу вторую?
— Говорят, рылом пока не вышел.
— Это кто такое говорит? — посуровел сидевший за столом мужчина.
— Дали понять, что без хорошего магарыча дальнейшее продвижение по карьерной лестнице радиолюбительства никак невозможно.
— И что с тебя потребовали? — сдвинул брови Олег.
— Мне НПО «Прометей» дал готовую трёхэлементную «Яги» на «сороковку» и плюс набор дюралевых труб для пары вертикалов. Вот «Ягу» и решило отжать лицо еврейской национальности.
— Это Шмиль, что ли? — вскинулся сидящий
— Ничего вы не докажете, — вздохнул Камов. — Свидетелей нет, разговаривали один на один.
— Давайте поговорим теперь о вас, — натянуто улыбнулся мужчина за столом. — Телеграф хоть немного знаете?
— Знаю, заодно хочу проверить у вас. Чтобы был, так сказать, официальный экзамен. Не сможете мне помочь со сдачей прямо сегодня?
— Евгений Иванович, я вас очень прошу помочь моему однополчанину, — обратился к нему Олег.
— Хорошо, тогда пройдёмте на третий этаж.
Внутри радиокласса Алексей сразу испытал ностальгию по прошлому миру — всё было расположено почти так, как во времена экзамена в той областной коллективке, где он проходил его в юности.
— Какую скорость ставить? — спросил его Евгений Иванович.
— 80–90 знаков.
— А потянешь? — удивлённо посмотрел на него Олег.
— Посмотрим, — пожал плечам Алексей.
Но если перед экзаменом Камова охватил мандраж первокурсника на первом зачёте, то после принятия на слух нескольких групп знаков к Алексею вернулось спокойствие.
— Тэкс… посмотрим-посмотрим… — экзаменатор взял листок с принятыми группами знаков. — Ну что ж… вы отлично сдали экзамен на вторую категорию. Всего одна ошибка в самом начале.
— Поначалу немного волновался.
— В любом случае я завизирую сдачу вашего экзамена, а Олег пойдёт вторым заверяющим лицом, — он пристально посмотрел на Борисова.
— Без проблем, — развёл тот руками.
— Вы захватили два фото 4 на 5?
— У меня с собой все необходимые документы для открытия третьей категории.
— В принципе, они абсолютно одинаковые, что на третью, что на вторую. Если хотите, я могу помочь с заполнением?
— Буду вам очень признателен, — кивнул Алексей. — И ещё… неудобно просить… вы и так сделали для меня очень много…
— Давай, говори, — махнул рукой Борисов.
— Опробовать бы мне усилитель… хочу знать, что никаких проблем с ним потом не будет.
— Какой усилитель? — недоумённо посмотрел на него однополчанин.
— Всего на 10–15 Ватт, на 6П3С сделан. Я анодное уменьшу, и будет в самый раз.
— А что, сейчас больше? — удивился Борисов.
— Ну да… там Ватт сорок будет.
— Сорок? На 6П3С? — удивился Евгений Иванович. — Это как же так?
— Всё просто. На управляющую сетку лампы подаёте минус 14 Вольт стабилизированного напряжения, и при анодном в 750 у вас будет как раз заявленные мной 40 Ватт. Только лампа прослужит неделю, не больше.
— Ничего себе — просто!! — мотнул головой Борисов. — Ну, Лёха! Ну, рационализатор! А у тебя же сейчас появится возможность использовать лампу ГУ-19?