Новые горизонты
Шрифт:
Лэн Остэн тем временем сцепил руки на столешнице и уставился на меня, словно хотел увидеть насквозь.
Причем смотрел он долго, остро, тем самым пронизывающим взглядом, которым, как я уже заметил, обладали все, у кого в руках находилась хотя бы капелька реальной власти. Причем неважно где: в роду, в крепости, в целой академии… по какой-то непонятной причине люди на высоких должностях в чем-то были неуловимо похожи. То ли умением видеть собеседников насквозь, то ли способностью за версту чувствовать малейшую фальшь. Наверное, без этого им не удалось бы занять такой высокий пост и уже тем более не получилось
— Вы — очень своеобразная личность, лэн Гурто, — наконец уронил в оглушительной тишине лэн Остэн. — Поначалу у меня сложилось о вас сугубо положительное впечатление. Талантливый самородок, студент с хорошей успеваемостью и ярко выраженной тягой к знаниям. У вас самое большое количество факультативов среди студентов первого курса, вы об этом знаете?
Я молча покачал головой.
— И самый широкий спектр проявленных интересов, — продолжил куратор. — На протяжении всего первого полугодия вы показывали отличные результаты, у вас самый высокий средний балл на курсе. Да и на практике вы поначалу показывали высокие показатели. Лэн комендант также остался очень высокого мнения о вашем опекуне, лэн Гурто. Да вообще старший род Хатхэ проявляет к вам повышенное внимание. Исходя из этого я полагал, что практику вы пройдете безупречно, однако во время военных игр вы, признаться, сумели меня неприятно удивить.
Я мысленно поморщился.
Ну вот. Неужели мне в третий раз подряд придется рассказывать про подставу Дэма?
— Вы предали свою команду, — подтвердил мои наихудшие подозрения куратор. — Напали на коллег. Устроили настоящую охоту, проявив во время нее не только хладнокровие, но и неоправданную жестокость. Вы умышленно причинили боль своим товарищам по команде. Вы нанесли пусть не тяжкий, но все же ощутимый вред здоровью вашего командира. В нашей академии такое поведение не приветствуется. За это, конечно, не исключают, но по возвращении в столицу я рассматривал вариант применения в отношении вас серьезного дисциплинарного взыскания. И лишь по просьбе лэна Нардэ Хатхэ… на время, пока в крепости шло внутреннее расследование… согласился отложить применение данных мер. Как и этот разговор.
Я вопросительно приподнял одну бровь.
— И к какому же решению вы в итоге пришли?
Лэн Остэн с недовольным видом расцепил пальцы.
— Как я уже сказал, вчера я получил письмо из крепости Ровная с пояснениями причин вашего поступка во время военных игр. А вместе с ним — и эту запись…
Он коротким движением развернул ко мне экран своего компа, на котором, как оказалась, стояла на паузе обозначенная видеозапись. После чего вторым щелчком нажал на «паузу», и картинка на экране тут же ожила.
— …Ты — предатель. Тебе нельзя верить. Ты — не один из нас.
Ох ты ж е-мое! Ну надо же, я, лес, Дэм Хатхэ, все его шестерки… Да неужели дрон Всари успел в подробностях заснять и эту сцену?!
— Эй, вы что творите?! — пораженно воскликнул вышедший из-за дальнего куста Дар. — Семеро на одно?! На каком основании?!
— Гурто собрался нас предать, — процедил Дэм. — Но мы не дадим ему этого сделать.
— Да что он натворил-то?! — непонимающе уставился
— Да, парни! В чем он виноват? — прошелестел едва живой ботаник. — У вас доказательства какие-нибудь есть?
— Я его заподозрил. И этого вполне достаточно, — отозвался Дэм.
Лэн Остэн снова поставил запись на паузу и выжидательно на меня посмотрел.
— Скажите, лэн Гурто, почему после окончания военных игр вы не предоставили мне эту информацию? И почему я узнаю об этом уже потом и от совершенно посторонних людей?
Я пожал плечами.
— В тот день с нами случилось много разных и в том числе опасных вещей. Я подумал, что мы разберемся с этим вопросом позже.
— Тем не менее Дэм Хатхэ нашел время, чтобы изложить мне свою версию событий. Почему же этого не сделали вы? У вас для этого имелось гораздо больше возможностей.
— А я разве должен был это делать? — спокойно поинтересовался я. И про себя подумал: «Или, может, это руководителю практики имело смысл сразу вызвать для допроса вторую сторону конфликта?»
Впрочем, судя по всему, лэн Остэн прекрасно меня понял, потому что его лицо явственно потемнело, а в глазах мелькнуло и тут же пропало нечто такое, чему я не успел подобрать определение.
— То есть вы считаете, что в подобных ситуациях не нужно пояснять свою позицию, чтобы не возникло недопонимания?
— Нужно, лэн, — так же спокойно отозвался я. — Если она кому-нибудь интересна, конечно. Но при этом мне не кажется, что я должен был сразу по приходу в лагерь куда-то бежать и жаловаться, что меня обидели. Тем более что у всех нас и особенно у вас были более важные дела, а с обидчиком я в конечном итоге разобрался сам. Кстати, не подскажете, откуда у вас взялась эта запись?
— Ее мне передал лэн комендант.
— А он ее откуда взял, вы, случайно, не знаете?
Лэн Остэн усмехнулся.
— Полагаю, вам и так это прекрасно известно, лэн Гурто. Запись сделана одним из дронов лаира Всари, который, к слову, вы же потом и уничтожили. Но когда дрон нашли, карты памяти в нем уже не было. Кто-то успел ее забрать. А с учетом того, каким образом эта самая карта потом оказалась в лазарете, причем так, что даже сам лаир Всари не смог вспомнить, откуда она взялась, я склонен предполагать, что эту запись забрали именно вы. И вашими же усилиями она вернулась к законному владельцу. Или скажете, я не прав?
Я снова пожал плечами.
— Мне показалось, лаир Всари должен сам решить, стоит ли показывать ее коменданту и в каком объеме передать ему хранящуюся там информацию.
— Он передал карту памяти в полной сохранности, — заверил меня куратор. — И открыто признал факт сговора с Дэмом Хатхэ.
— Да? Надеюсь, его после этого не уволили?
— Нет. Но внутреннее расследование, как я уже сказал, в крепости все-таки провели. По его итогам, насколько мне известно, к лаиру Всари, ввиду его самоотверженного поступка, было применено лишь дисциплинарное взыскание, а нам направили письменное пояснение по сложившейся ситуации и настоятельную просьбу не применять аналогичное взыскание по отношению к вам.