Новичок

Дитрих Макс

Митра, шатаясь и дрожа, вставала с земли на колени. Её левая рука висела плетью вдоль тела. Кровь и грязь покрывали её с головы до ног.

— Артём… — голос её дрожал, срываясь на хрип. — Что это было? Где все?

Она толком ещё ничего не поняла, и вертела головой по сторонам с отсутствующим взглядом.

— Ты жива, а это уже кое-что хорошее. — Мне нужно было увидеть остальных. Эраю.

Я нашёл её, откинув в сторону изуродованное тело генерала Борка. Он словно закрыл собой хрупкое тело вампирши.

Она

ещё дышала, хотя и через раз. Каждый вдох давался ей тяжело, со свистом и хрипом. Грудная клетка с правой стороны была расплющена. Бледные губы были слегка приоткрыты, а глаза дрожали под веками.

— Тём… — Эрая слегка улыбнулась, увидев меня.

А у меня лишь слёзы хлынули из глаз, смывая грязь с лица. Нет, этого не могло произойти. Только не с ней.

— Любимая! — я принялся осматривать всё её тело, чтобы оценить ситуацию в целом. Как будто я только что не видел её раздавленной груди. — Всё будет хорошо. Ты, главное, дыши. Дыши…

— Тём…

— Да, это я, и я тебя никуда не отпущу. Слышишь? — я постарался улыбнуться, но вышло как-то коряво. — Я найду помощь.

— Тём. — Она подняла руку и вцепилась мне в предплечье. Я вздрогнул, выходя из мрачного оцепенения. — Крови мне дай. Очень срочно.

Блядь, какой же я идиот! Точно, кровь!

— Сейчас! Держись! — в панике я вскочил на ноги, озираясь по сторонам в поиске источника жизни для своей любимой.

Где-то на краю кучи людей копалась Митра, по улице бродили покалеченные люди. Нет, лучше я сам. Так должно быть лучше.

Я снова упал на колени, закатав рукав кимоно. Принялся было искать какой-нибудь острый предмет, чтобы полоснуть себя по запястью, но Эрая опасно закашлялась, и я понял, что времени нет. Осторожно наклонившись к её губам, я подставил свою шею.

Две слабые ручки обняли меня, заставив снова почувствовать тепло любви, а потом в меня словно воткнули пару плохо заточенных кинжалов. Боль была такая, что я закричал.

Холод начал расходиться по моему телу вместе со слабостью. Ноги стали ватными и больше не держали. Сколько ей нужно крови, чтобы восстановиться? Да сколько угодно, мне не жалко.

Сердце неприятно забилось не в ритм, и моя спина автоматически выгнулась. Эрая утробно зарычала, как кошка, вцепившаяся в кусок свежего мяса, но в итоге оттолкнула меня от себя, заставив упасть на спину с ней рядом.

Я повернул голову, чтобы видеть Эраю, и не поверил своим глазам. Щёки, по которым стекали ручейки крови, стали чуть розовее. Дыхание вампирши перестало так сильно хрипеть и выровнялось. Но самое главное — это её грудь. В месте, где чуть ранее была вмятина, что-то захрустело и начало вставать на свои места. Её тело восстанавливалось и приобретало прежнюю форму.

Сказать, что я испытал сильное облегчение, это не сказать ничего. В тот момент я готов был оторваться от земли

от переполнявшего меня счастья, не смотря на всё, творящееся вокруг. Она жива и будет жить. Что мне ещё нужно?

Громкий крик заставил меня вздрогнуть и уцепиться пальцами за грязную траву.

Кричала Митра. В её голосе были ужас и боль. Её крик эхом разносился по округе, возвращаясь пронзительным эхом. Нет, только не это.

Я бросил ещё один взгляд на вампиршу, медленно, но верно восстанавливавшую силы, и медленно встал, чтобы пойти на крик своей подруги.

Она стояла на коленях и закрывала ладонями лицо. Перед ней, свернувшись, словно младенец, лежал Кано. Тело его было разодрано огромными когтями и смято. Всё, что смог предпринять его организм после такого ужасного удара сверху, это подтянуть руки и ноги поближе к телу. Как когда-то в самом начале своего земного пути.

На нетвёрдых ногах я подошёл к дренейке и положил руку на её трясущееся плечо. Она уже не кричала, лишь рыдала, роняя слёзы на мёртвого возлюбленного. Надо же, лишь недавно они признались друг другу в своих чувствах, и как быстро всё оборвалось.

Опустившись рядом на колени, я протянул руку, чтобы попрощаться с боевым товарищем. С самым честным и храбрым из всех, кого я только знал. За всей его сдержанностью и рассудительностью всегда находилось огромное эльфийское сердце, которое оберегало всех нас от бед.

Прикоснувшись к нему, я почувствовал целый океан горечи и скорби. Боли и отчаяния. Любви. Он лежал, больше не в силах ничего поделать. Не в силах совершить ни единого движения.

Стоп. Это ведь его чувства. Не мои, не Митры, стоящей рядом. Он ещё жив. Не дышит, но искра души ещё не покинула его тело. Она здесь, и всё чувствует!

Идея пришла настолько внезапно, что у меня затряслись руки. Бредовая, безумная, сумасшедшая, но такая своевременная. Кем я буду, если хотя бы не попытаюсь?

Я бросился на его тело сверху, обнимая друга руками и ногами. Вцепляясь в него, словно какая-нибудь голодная сколопендра, поймавшая добычу. Чем крепче буду держать, тем лучше.

Митра вскрикнула от неожиданности и принялась оттаскивать меня назад за одежду.

— Бей меня по затылку! Быстро!

— Что? — я затылком чувствовал её замешательство. — Что ты делаешь?

— Прям копытом! Давай же, быстро! Не думай, бей, верь мне!

Мне срочно нужно было потерять сознание. Как я уже догадался, только так можно на время выпасть из этого мира. И я твёрдо решил утянуть с собой Кано в гости к Безымянной. Если что и могло мне сейчас помочь, это чудо. А она и есть живое воплощение чуда. Богиня, мать её так.

В затылке бабахнуло так, что я лицом впечатался в слегка шершавую щёку полуэльфа. Свет в моих глазах моментально погас.