Новенькая
Шрифт:
– Пап, здесь подъем очень крутой! Мы не залезем! – Карина уже начинала паниковать. – Я полезу первой! Ты держись за мной! – Девочка стала карабкаться наверх. Это оказалось очень трудно. Подъем был очень скользким, руки девочки то и дело соскальзывали.
– Держись за мной, папа! Я почти добралась!
Но когда Карина уже была у цели, в щель сунулась огромная и небритая голова.
– Ага, попались! Теперь вам конец!
От испуга, Карина завизжала и покатилась вниз по скользкому спуску.
– Папа! Помоги мне! Я соскальзываю! – закричала она.
С огромным трудом, Круст схватил ее за
– Надо воспользоваться моментом, когда мы в них врежемся, – раньше, чем успел даже додумать эту мысль, выдал Круст. – Как только собьешь их с ног, вставай и беги. Вряд ли они оставили охрану внутри дома!
Карина кивнула. План должен был сработать, но не сработал. Девочка сбила противников с ног и кинулась бежать, но они оказались проворнее ее. Громила схватил девочку поперек туловища с такой силой, что у той потемнело в глазах, и она потеряла сознание, успев только прошептать:
– Папа… беги…
– Девчонка у меня! – пробасил громила. – Держите Круста! Он удирает!
– Зачем он, шеф, только визжит, как побитая псина! И на выходе все еще есть кое-кто!
– Тогда бросьте его, девчонку спрячьте в камеру, где и была! Ее папаша все равно в нашей власти. Без нее он никто! Приготовьте раствор из яда посильнее первого. Посмотрим, что получится.
Двое парней схватили девочку и потащили ее в сырую и холодную камеру. Там ее снова привязали к кровати. Карина пыталась сопротивляться, но все было тщетно. Она уже знала, что сейчас будет. Боли, скрутившие девочку после второго укола были вдвое сильнее, чем в первый раз. Вопли бедной Карины эхом отдавались от стен и слышались по всему подземелью.
Круст, конечно, вовсе не собирался оставлять ее без помощи в таком ужасном месте, но в тот момент, когда их почти схватили, он понял лишь одно: без оружия, без подмоги, он не сумеет даже ценой свой жизни спасти ее. Истребитель точно уже в пути. И точно, точно!.. Все можно преодолеть.
Вокруг был лес. Круст помнил, о, помнил, что слышал машины, но не видел теперь пути к асфальтированной дороге. Далеко, видимо, далеко... Но сил должно хватить. Вскоре ему удалось различить свет фар. Должно быть, машина академии! Если так, то это ему на руку! Он сможет спасти свою малышку!
Круст чуть ли не кинулся на середину дороги, пытаясь остановить машину. Силы были уже на исходе. Он был близок к потере сознания. Голова гудела, в глазах все плыло.
Визг тормозов звучал уже где-то вне, за гранью его понимания. Чьи-то руки.
– Спасите ее, спасите!.. – и почти как бред сумасшедшего выкрикиваемые слова. Джек первым выскочил из машины и кинулся к агенту, облизывая ему лицо. Затем выскочили и остальные агенты. Они были взволнованы. Семен тоже был с ними. Он подбежал к Крусту, пытаясь привести его в чувство.
Истребитель же, с остальными высшими агентами, уже вступили в лес. Следов Круст в таком состоянии наоставлял море и не составило бы труда найти вход в подземелье. Времени на расспросы явно не хватало.
– Джек, беги за ними, Крусту поможет медицинский микроотряд, – Семену тоже хотелось помочь в спасении девушки, но он понимал, что в первую очередь должен помочь агенту добраться до нужной машины. Круст же, кажется, не понимал уже совсем ничего.
Когда
– Мы нашли вход в тоннель.
И тут же раздались сигналы на устройствах – другая часть отряда обнаружила странное здание совсем рядом. Оставалось лишь ворваться туда!
Джек обнаружил вход первым. Он разрыл лапами землю, пролез внутрь и угодил прямо в камеру, где лежала бессознательная Карина. Боль отпустила ее, девочка лишилась сознания из- за сильного болевого шока. За дверью послышался грохот, удары, выстрелы, звуки борьбы. Джек с трудом открыл дверь изнутри, отодвинув защелку зубами. Подбежав к своей хозяйке он стал лизать ей лицо. Но это не помогало. Девочка не реагировала и была в ужасном состоянии. Джек тут же горестно взвыл, а затем с рычанием и лаем бросился в самую гущу борьбы. Сейчас он был готов порвать на куски всех, кто так издевался над его девочкой!
Крики становились громче, выстрелы звучали там и тут, но к комнате будто бы совсем никто не приближался.
Джек снова залился пронзительным лаем, словно призывая на помощь агентов.
Но прорваться к ним даже этим сильным людям было вовсе непросто. Бандиты охраняли вход в комнату так, будто там было зарыто бесценное сокровище.
Джек бросался то на одного бандита, то на другого, стараясь открыть агентам доступ к комнате, где лежала Карина.
Наконец один из них оказался совсем рядом. Оставалось, наверное, сделать только один шаг...
Но внезапно перед ним вырос тот самый громила и нанес агенту сильный удар в живот. Джек вне себя от злости бросился на громилу и схватил его зубами за ногу. Началась потасовка.
Но в общем гомоне она не становилась ничем новым. Не становилась бы, если бы не громкий, слишком откровенный для агента крик боли. Мужчина рухнул на пол. Еще двое агентов кинулись к нему. Особенные устройства для связывания были как никогда кстати!
Наконец Джек толкнул тяжелую дверь в камеру, впуская агентов. Карина по – прежнему лежала на скамье, бледная и без сознания. Но сейчас это было им на руку: без сознания она не могла бы испугаться и запаниковать, а значит, ее проще было вынести из дому. Оставалось лишь преодолеть это место, так скоро ставшее полем страшного боя.
Когда Семен увидел, как бесчувственную Карину выносят из здания, он бросился к агентам и сам взял девочку на руки. Слезы застилали ему глаза. На шее девочки виднелись синяки после уколов.
– Не время, агенты не показывают эмоций в такие моменты, – голос Истребителя будто звучал только в памяти, хотя на самом деле Высший агент просто на огромной скорости, продолжая биться с одним из негодяев, пролетел мимо.
И Семен понимал, что директор абсолютно прав. Нет, никакого волнения, никаких переживаний и слез прямо сейчас. Потом. После. Может быть лишь тогда, когда она будет в безопасности и придет в себя, но не раньше!