Норильск-79
Шрифт:
В 1977 году пермские социологи в результате многомесячных исследований составили портрет среднестатистического работника Норильского комбината: 32 года, в Норильске живет 7 лет, каждый месяц прочитывает по 3 книги и 5 раз посещает кинотеатр. Спортзал посещает чаще, чем ресторан, собственную профессию любит и гордится ею. Именно такой человек служил своеобразным «эталоном качества» советского человека.
Для спуска в рудник используется клеть. Самый глубокий клетевой ствол уходит в землю на 1532 метра. Клеть спускается на глубину больше километра за 5-7 минут. Развитая система подземных дорог в руднике исчисляется тысячами(!!!) километров. Температура в руднике значительно выше, чем на поверхности
Норильск – самый северный город в мире с населением более 150тысяч человек.
Продолжительность полярной ночи в Норильске – полтора месяца. Продолжительность полярного дня – немного больше двух месяцев.
В 1979 году выдалась необычайно холодная зима. В январе столбики термометров опустились до -56 градусов. Город жил своей обычной жизнью. Обычно такие сильные морозы в Норильске долго не держатся: неделя, другая и начинается пурга, несущая потепление. Тогда же морозы не отступали слишком долго, уже февраль начался, а термометры теплее -40 ни разу не показали.
Утром 2-го февраля в квартирах несколько похолодало. Такое иногда бывало, когда на городской ТЭЦ немного сбрасывали параметры – так требовала технологическая схема. А вот к вечеру, когда в некоторых домах и общественных зданиях температура понизилась аж до 10-12 градусов, по городу поползли слухи: на газопроводе, питающем энергией единственную ТЭЦ, произошла авария и все дома остались без горячей воды и тепла. Вода вскоре появилась, а вот батареи были холодные… Сразу стало страшно – бежать греться некуда! С каждой минутой напряжение нарастало, а слухи становились всё более зловещими.
Между тем, ситуация и в самом деле сложилась катастрофическая. На газопроводе Мессояха-Норильск, единственном источнике энергии всего промышленного района, лопнули немецкие трубы, не выдержали сверхнизких температур. Газопровод эксплуатировался уже десять лет и считался надёжным, проверенным сооружением. Однако длительные аномальные морозы оказались сильнее германской стали. По официальной версии, трубы лопнули от гидроудара и пошла цепная реакция: струя газа срывала части трубопровода с опор и разбрасывала по тундре. За несколько минут в сотне километров от города раскидало около сорока километров трубопровода на двух участках! Самое страшное, что резервного газопровода не было – «голубое топливо» подавалось в Норильск по единственной нитке. В такой ситуации о быстрой ликвидации аварии даже мечтать не приходилось. Место катастрофы из вертолёта выглядело так, будто рассыпали коробок спичек. Все жилые, общественные и промышленные объекты, весь огромный, отрезанный от мира заполярный социум – всё это в одночасье осталось без тепла.
Передачи норильской студии телевидения ежедневно начинались в 18-00 – с мультфильма, которого ждали все дети. Тем страшным февральским вечером мультфильма не было – в эфире появился директор комбината Борис Колесников и рассказал о случившемся.
В Москве, в министерских кабинетах при попытке рассмотреть вариант эвакуации населения самолётами (а это почти 300 тысяч человек), выяснилось, что в лучшем случае процесс затянется на полгода – 2300 авиарейсов! Значит никаких других вариантов, кроме как переключаться на резерв угля и дизельного топлива, а после ударно восстанавливать газопровод, у Норильска не было. И в этом процессе права на ошибку уже не оставалось.
Каждую минуту город замерзал, и остановить это надо было в считанные часы. Срочно расконсервировали запасы угля и открыли старые угольные разрезы. Позднее, за несколько дней наладили отгрузку угля на ТЭЦ. Остановили всё металлургическое производство,
Штаб по ликвидации аварии собрали сразу, понимая степень ответственности за решения и результат. Первое, что прозвучало на заседании: нельзя ни в коем случае допустить паники. Город должен жить обычной жизнью. Ни один спектакль, ни один концерт, ни одно массовое мероприятие нельзя отменять. Все учреждения должны работать в штатном режиме, включая даже рестораны.
Через семь дней газовики смогли сделать перемычку и «продавить» газ в обход разрушенного участка через конденсатопровод. После этого газ понемногу, но всё же пошёл на ТЭЦ, и все облегчённо вздохнули. Долгих семь суток инженеры «Норильскгазпрома» жили прямо на рабочих местах, все основные службы города и комбината находились в режиме круглосуточной связи и были готовы оперативно решать вопросы, когда угодно. Теперь положение стабилизировалось.
Но радоваться было рано! Той же ночью, 9 февраля, температура наружного воздуха, державшаяся до этого в районе -40С, опять упала до 52 градусов ниже нуля, и пришлось остановить подачу газа по временной схеме: рисковать было нельзя, любая случайность могла стать роковой.
А ситуация становилась всё хуже, всё опаснее. Из-за низких температур перемораживались и лопались трубы в жилых и общественных помещениях, в цехах ломались калориферы, арматура… "Размороженные" здания – зрелище страшное! Когда вода в системе отопления замерзает, то трубы разрывает льдом, как взрывом – пар, лед, покорёженный металл… Оборудование покрывалось наледью, инеем, с потолков свисали сосульки. По радио то и дело жителей призывали экономить горячую воду (а она была!) и не включать электрические обогреватели. Но становилось всё холоднее, норильчане грелись печками и калориферами, но предохранители не выдерживали, и многие сидели без света. Аварийные бригады электриков и сантехников работали постоянно, круглые сутки, падая от усталости и не успевая устранять поломки.
Ситуацию удалось взять под контроль и стабилизировать только 12 февраля. Морозы немного отпустили, параметры тепла восстановили, наладив временную схему с использованием угля. Теперь надо было решить главную проблему – восстановить разрушенную магистраль. Газопровод восстановили только в середине марта, и срок этот следует считать рекордным в создавшейся ситуации. Газ снова пошёл на ТЭЦ в полном объёме. Норильск вернулся к обычному режиму жизни.
Ещё в 1979 году в Норильске было раскрыто уголовное дело, которое тогда назвали – самым громким в Советском Союзе.
Глава 1
«– Дело в том… – тут профессор пугливо оглянулся и заговорил шепотом, – что я лично присутствовал при всем этом.»
М.Булгаков «Мастер и Маргарита», гл.3
Ближе к лету ночи в Норильске короткие. Только стемнело, а уже через час – рассвет. Спать в такое время тяжело, потому что свет в окно бьёт, но привыкаешь, а, если ещё и на работе навкалываешься, то уж и, подавно, спишь крепким сном.
В одной из комнат общежития на улице Лауреатов в окне горит свет. В комнате гостиничного типа три человека. Один – молодой, здоровый – с безразличным взглядом сидит на кровати, привалившись к стене. За столом сидят ещё двое: пухленький, лет двадцати пяти, весь такой весёлый, и другой – взъерошенный, с бегающими глазами, явно, очень сильно расстроенный. На столе разбросана колода карт, стоят пустые стаканы, пепельница.