Норд

Дубов Дмитрий

Когда он передал Афродите все пакеты, которые принёс с собой, она спросила:

– У нас сегодня какой-то праздник?

– Праздник? – хмыкнул хозяин, проходя на кухню. – Пускай будет праздник. Какой? Это ты уж придумай, пожалуйста, сама.

Девушка разбирала пакеты. Из их содержимого можно было сварганить поистине королевский ужин.

– Сегодня, – сказала она, – ровно месяц, как я живу у тебя.

– Я думаю, что это подходящий повод, – отозвался Арти.

Я носился от одного к другому и норовил ткнуться своим носом им в руки,

выказывая тем самым, что полностью поддерживаю их желание устроить себе праздник. Я тоже хотел праздника, надеясь, что это хоть как-то изменит тяжёлую атмосферу, сгустившуюся в нашей квартире.

Спустя ещё час праздничный ужин был готов, свет потушен, а свечи зажжены. Я примостился под столом и стал внимательно слушать, о чём будут говорить эти два человека

* * *

– Но всё-таки мне интересно, – начала разговор Афродита после нескольких глотков дорогущего и прекраснейшего вина, – чего ради весь этот шик? Не просто ж так?

Арти задумался. Он не знал, что на это ответить, и постарался переменить тему.

– Хочу заострить внимание, – сказал он, – что в этом месяце ты прекрасно выполняла свои обязанности, поэтому я решил поднять тебе зарплату.

– Я и так получила больше, чем некоторые работяги за год, поэтому, думаю, не стоит.

– Ну, это позволь решать мне.

– Хорошо.

В следующие несколько минут никто не решался продолжить так неловко начатый разговор. Оба поглощали изысканные деликатесы, запивая их шикарным вином. Делали они это без особого удовольствия, и всё шло к тому, что очередная попытка наладить отношения срывалась.

Но тут вмешался Норд. Своим мокрым носом он приподнял брючину своего хозяина и ткнулся в его обнажённую голень чуть повыше носка. Артист едва не подавился, а затем спросил девушку, одновременно слегка пнув Норда под рёбра:

– А кем бы ты хотела стать?

– Я?!

– Да, ты.

– До недавнего времени моя жизнь вообще не имела смысла, а последний месяц меня всё устраивало. Почти…

– Ты никем не хотела стать? – У Арти на лице появилось удивление.

– Хотела. Но очень-очень давно… в детстве.

– И кем же, если не секрет?

Афродита задумалась и, как ребёнок, стала кусать губу. Потом исподлобья глянула на мужчину, сидящего напротив неё, и смутилась.

– Я хотела стать актрисой, а потом обнаружилось, что я обладательница неплохого голоса, и я долго лелеяла в себе мысль стать певицей, но…

– Но?

– Но все мои мечты разбились. Ты помнишь, в каком состоянии меня приютил. Если бы не ты, меня бы уже не было на белом свете.

Афродита расплакалась.

– Ну, хватит. Не надо, не плачь, – принялся успокаивать её Арти. – Что касается актрисы, то, прости меня, пожалуйста, с твоими внешними данными возможны только роли второго плана, а вот что касается призвания певицы, то тут я смогу тебе помочь. Но только в том случае, если у тебя действительно есть голос. Спой мне что-нибудь.

– Прости, но я сейчас не в форме. – Девушка перестала

плакать и теперь с интересом, смешанным с благоговейным страхом, смотрела на хозяина Норда – пса, который в этот момент всем телом прижался к её ноге, как бы ободряя её.

– Настоящая певица всегда должна быть в форме, – парировал Арти.

В какой-то момент Афродита почувствовала подступающий к горлу комок, который хотел помешать её приближению к мечте. Так же появилась сухость в горле и другие признаки волнения. Она закрыла глаза, сосредоточилась на словах, заученных давным-давно и запела:

Мне почему-то кажется,

Мне кажется сейчас,

Что наши души свяжутся,

Познав любви экстаз.

И в синеве заоблачной,

Летая в вышине,

Ты скажешь без разбора, что

Сказать хотела мне;

И скажешь без разбора, что

Ты чувствуешь ко мне,

И мы безоговорочно

Растаем в сладком сне.

Девушка замолчала, бросила косой взгляд на артиста и увидела в его глазах неподдельное восхищение.

– Прекрасно! – выдохнул он полушёпотом. – Это просто прекрасно. Такого голоса я не слышал уже очень давно.

– Спасибо, – откликнулась Афродита.

– Грустная песня, – заметил Артист.

– Да, она очень похожа на мою жизнь.

– Что ж, понимаю, мне интересно, чем закончилась эта песня, – признался Арти.

– Я не хочу больше петь.

– Тогда, – Арти потянулся за бокалом, – я предлагаю выпить за…

– Прости, – прервала его девушка, – но у меня что-то разболелась голова. Я пойду к себе.

Она встала и вышла из гостиной. Норд влажными глазами следил за её размытым силуэтом, пока тот не скрылся в темноте квартиры.

– …хороших поэтов, – закончил тост хозяин пса и залпом выпил полбокала элитного вина так, будто это была водка или самогон. – Ну, что, пёс, нам тоже пора байки, или прогуляемся?

Норд вылез из-под стола и, не оборачиваясь, поплёлся в комнату домработницы.

– Что ж, пусть будет так, – Арти налил себе ещё вина, встал и подошёл к окну.

За окном царила ночь. Небо было не по-апрельски звёздным. Где-то далеко слышался шум проходящих поездов, а прямо под окном то и дело сновали запоздавшие автомобили. Пахло рождением жизни и ночью.

Мужчине показалось, что одна из звёзд погасла. Он присмотрелся и увидел, что в созвездии над головой действительно не хватает одной. Так же внезапно, как и исчезла, звезда появилась, только Арти показалось, что зажглась она в стороне, да и горела теперь менее ярко.

Глава третья. Май

Я проснулся от того, что нашу квартиру заволакивал непривычный запах. Даже я со своим обонянием не сразу смог его определить. Позднее оказалось, что это Афродита варила себе утренний кофе на молоке. Вкус, должен Вам сказать, довольно специфический (я выпросил-таки пару глотков).