Нопилей
Шрифт:
— Пошел отсчет времени до старта. Четыре мизуры до достижения точки входа, — сказал компьютер. — Доктор Норман, майор Селдон, подтвердите, пожалуйста, рабочие параметры переходного модуля.
Тут же над консолями автоматически открылись поля данных. Сиобан и Селдон практически одновременно снова стерли проекции: с тех пор как они вошли в помещение кокпита, они только этим и занимались: перепроверяли прыжковый двигатель!
— Да. Подтверждаю, — ответила Сиобан.
— Подтверждаю, — сказал и Селдон. Он поднял большой палец и улыбнулся.
— Четыре мизуры
«Аргон-Один» давно остался далеко позади. На расстоянии сотой доли световой сезуры не было, если верить гравидару, ни одной станции и ни одного функционирующего предприятия.
— Две мизуры до достижения точки входа. Доктор Норман, майор Селдон, пожалуйста, дайте ваше разрешение на деблокировку переходного модуля.
На этот раз на консолях не появились непредвиденные видеополя. Сиобан и Селдон дали подтверждение, и снова наступила напряженная тишина.
— Восемнадцать сезур до достижения точки входа. Переходный модуль активирован в соответствии с правилами.
Генератор в брюхе корабля застучал, резко увеличил частоту и наконец негромко, но энергично свистнул. При этом звук отозвался физически ощутимой вибрацией всего корабля. Прямо перед кокпитом появилось кольцо ослепительного синего света, настолько яркое, что диски из стеклометалла сразу же потемнели. Сиобан почувствовала, как сжался желудок, когда нити искаженной пространственной геометрии охватили ее тело, — и это несмотря на то, что она уже была готова к подобному ощущению.
— Корабль соприкасается с точкой входа. Все данные номинальны.
Когда синий водоворот стал постепенно бледнеть и на гравидаре снова появились нормальные данные, компьютер сказал: «Входим в сектор Туманность Херона».
— Вы видите, майор? Расчет вероятности дружит с нами!
Сиобан включила виртуальные переключатели, чтобы традиционным образом отправить коммуникационного шмеля на «Аргон-Один». Бортовой компьютер загрузил основные данные в накопитель мини-аппарата и отправил его в путь. Шмель, получив огромное ускорение, пронесся через стартовые ворота, где только что материализовался «АП Предвидение».
— Я все предвидел, — засмеялся Селдон. — Поздравляю, доктор! — Перепроверив показатели, он продолжил: — Девять мизур до того момента, когда перезагрузятся преобразователи. Может быть, мне стоит выйти и взглянуть на корабль снаружи?
— Для чего? — удивилась Сиобан. — Разве существует служебное предписание разбирать корабль после каждого прыжка, а потом снова его монтировать?
— Нет, — ответил Селдон, которого искренне забавлял налет сарказма в голосе Сиобан. — Я просто хотел проверить, выдержит ли мой скафандр.
— Замечательно, майор. Но я предпочла бы, чтобы вы остались здесь и помогли мне проверить системы переходного модуля.
Через восемь мизур Сиобан с майором проверили модуль настолько тщательно, насколько позволяли ограниченное время и имеющиеся подручные средства. И хотя настройка переходного модуля немного сбилась, бортовому компьютеру все же удалось самостоятельно ее отрегулировать, так
По сигналу Сиобан майор Селдон запустил прыжковую частоту. Компьютер снова начал обязательный отсчет времени до старта, в брюхе маленького корабля застучал генератор, возникло прыжковое поле.
— Корабль соприкасается с точкой входа, — в очередной раз заявил компьютер, на сей раз умолчав о номинальных значениях. — Ошибка в определении цели. Входим в сектор Черное Солнце.
— Что… — начала Сиобан, как вдруг вместо голубой вспышки энергии прыжкового поля неожиданно возник красный огненный смерч, который подхватил корабль и, кружа, понес его, совсем как ураган — увядший листок. Сиобан вскрикнула, когда мимо лобового стекла кабины пилота пролетел обруч стартовых ворот. Компьютер выдал предупреждение об опасности столкновения и включил энергетические щиты.
Перевернувшись брюхом вверх, «АП Предвидение» падал на одну из пространственных оттяжек ворот. Из кокпита можно было видеть пламя юстировочных двигателей, но его свет почти терялся на фоне царившего снаружи ада. Майор Селдон в отчаянии вцепился в рычаг управления, но, несмотря на относительно небольшую массу корабля, столкновения, похоже, было не избежать.
Экспериментальный корабль с оглушительным треском врезался в правую пространственную оттяжку стартовых ворот. Сиобан почувствовала сильный рывок, когда на мгновение вышли из строя инерциальные компенсаторы, поскольку ускоряющие поглотители не могли справиться с резко увеличившейся силой инерции. У женщины возникло такое ощущение, будто ее подняла в воздух гигантская рука. Но прежде чем следующий толчок швырнул ее через всю кабину, как тряпичную куклу, снова включились компенсаторы. Искусственная сила тяжести резко бросила Сиобан в кресло, и она сильно ударилась ногой о подлокотник.
Что-то с душераздирающим скрежетом царапало внешнюю обшивку «АП Предвидение» и трясло корабль. И только посмотрев в окно кокпита, которое снова стало прозрачным, Сиобан поняла, что корабль, вероятно с чем-то столкнувшийся, был приведен в состояние практически полной неподвижности. Все та же огненная стихия прижала «АП Предвидение» к пространственной оттяжке и медленно подталкивала его к внешнему краю обруча стартовых ворот. В ореоле белых, раскаленных искр пространственные оттяжки с неудержимой силой взламывали щиты экспериментального корабля.
— Новая звезда! — закричала Сиобан. — Майор, мы должны убираться подальше от оттяжек! Может быть, энергетические щиты и смогут какое-то время выдерживать напор сверхновой, если корабль подстроится под линию удара. В любом случае щитовые генераторы откажут через несколько мизур, если оттяжка будет и дальше перерезать наши щиты!
Селдон тоже это понял. Он включил главный двигатель «АП Предвидение» на полную мощность. Обруч ворот подпрыгнул и проскочил мимо корабля. Взметнулись языки пламени, показатель мощности щитовых генераторов упал сначала до шестидесяти двух процентов, потом сразу до четырнадцати, а Сиобан услышала собственный крик.