Ноосферату
Шрифт:
– Пока присаживайтесь, леди… - Кавридес вскрыл конверт, прочел содержимое и тяжело вздохнул. – А что, кроме бладзаугера никого больше не было?
Джин развела руками.
– Хорошо. Эвори проводит вас до научного отдела, потом покажет Вам пещеру. Но это и всё! Постарайтесь уложиться до рассвета… - Генерал посмотрел на меня. – А ты… Ты зря дьюринга угробил, эти твари злопамятные, они достанут тебя где угодно!
– Ну, кто к нам того, того мы и того… - Вспомнил я любимую приговорку нашего винтокрылого генерала. – Милости просим,
– Ты хоть знаешь, кто они такие, дьюринги? – Генерал недоуменно уставился на меня, не проявлявшего какой-либо опаски. – Их выводили как «уберсолдиров», но получились они как «уберчиновники» - неуничтожимые, не знающие жалости, но годящиеся только и исключительно на роль госслужащих. А еще, они исключительно злопамятны и весь твой бизнес покатится в говняный закат…
– Мне так страшно… – Вырвалось у меня на чистом русском. – Аж сейчас описаюсь!
– А-а-а-а-а, русский! – Расцвел генерал. – Ну да, тебе-то точно дьюринги похеру, у вас там своих хватает…
Подозвав жестом легкокостного сержантика Эвори, пахнущего молоком и кровью, генерал развернулся на каблуках и устучал на них в дальний конец палатки.
Или это были копыта фавна?!
– Научные сотрудники обосновались в палатках семь, девять и пять… - Сержант вздохнул. – Но нам разрешен доступ только в девятую, общую. Остальные – лаборатории и доступ туда только авторизованному персоналу.
– То есть ленивым тупарям, которые сейчас занимаются проведением углеродного анализа в походных условиях и отработкой академической части теоритического строения версий. – Хмыкнул я, глядя на пьяного в жопу научника, качающегося нам на встречу.
– В составе породы было обнаружено легко наркотическое вещество… - Вступился за пьянь сержант, намертво забывая, что обоняние у нас с Джин совершенно точно не отбито!
Толкнув меня плечом, научник прошествовал к палатке с цифрой пять, задрал полог, закидывая его себе на голову, покачался, расстегивая ширинку и, почти с оргазменным стоном, освободил мочевой пузырь.
– Окуеть! – Вырвалось у меня. – Ну и порядки на вашей грядке…
– Ученые люди… - Вздохнул сержант, сдвигая нависающую ткань палатки с номером девять. – Сложные существа…
– Мудаки они, сержант»! Мудаки, говнюки и пидоры! – Когда-то, в детстве, именно так я себе и представлял самого настоящего, всамомделишного, взаправдашнего, профессора!
Бойкий шарик на коротких ножках, всклокоченный, дерганный и с глазами, горящими фанатичным пламенем святой науки!
– Это, сержант, не ученые! Это – долбоящеры от профанации! Алкоголики от усреднения ума! Наркоманы с разжижением мозгов! – «Колобок» разглядел нас с Джин и слегка стушевался.
Ровно на столько, на сколько Джин представлялась.
Услышав должность женщины, профессор и вовсе помрачнел.
Даже не пытаясь скрыть
– Профессор! – Остановил я его, понимая, что «разговор» у Джин уже не получился. – Группы крови, собранные на полу и стенах, принадлежат разным людям и даже существам? А на потолке?
Колобок развернулся в мою сторону так быстро, что потоком воздуха сдуло со стола пару папок.
– В крови были обнаружены наркотики или алкоголь? Возбудители были? – Я прикрыл глаза, вспоминая расположения пятен крови, хоть и старательно замытых вояками, но для вампира все еще фонящими искрами жизни. – Еще, другие, телесные жидкости были?
– На данный момент, выявлено сорок пять разных проб крови. – Профессор сунул руки в карманы. – «Телесных» жидкостей, как вы выразились, тоже хоть отбавляй. И с запрещенными средствами, можете быть уверены, здесь никто не стеснялся их употреблять!
Я прикусил губу, оценивая услышанное.
– Кусочки черепов, частички сухожилий… - Джин успела оккупировать небольшой лабораторный моноблок и теперь на нем смотрела отчеты научной группы. – Здесь что, скальпы снимали?!
Я аж плечами передернул от омерзения.
А профессор, все так же глядя на меня, пожал плечами.
– Но этого же не может быть! – Джин помотала головой. – Сорок пять проб крови, семнадцать образцов тканей и – ни одного тела?!
– Либо все это чудовищнейшая мистификация, либо – чертовщина! – Провозгласил ученый. – И за то, и за другое – наука ответственности не несет!
– Джин… Я пойду, снаружи поброжу… - Предупредил я интерполовку и пошел вон из палатки, в которой явно только что кого-то очень старательно довели до оргазма, причем, явно прокусив кожу до крови!
– А?! Что?! А, да… - Джин махнула рукой куда-то в сторону выхода и углубилась в отчет, раскрытый перед ней на экране.
Я выбрался наружу и сперва слегка покружил по пещере, офигевая от количества нагнанного народа и скопления новенькой техники, потом повосхищался древними мастерами, которые создали целую систему желобов и канавок, доставляющих свежую кровь сразу с четырех жертвенников прямо к креслу-трону-ванне, в котором должен был восседать «царь-царей», обливаемый кровавыми потоками со стороны плеч, сверху, на голову и четвертая струя должна была ниспадать куда-то в район паха.
Забравшись в ванну, под укоризненными взглядами научников, посидел, пытаясь почувствовать себя орошаемым теплой кровью и, со вздохом, признал, что даже для моей вампирской сути, такая трата крови – совсем перебор!
Да и что за кайф сидеть в быстро остывающей крови, на холодном камне, покрываясь коркой…
В общем, бр-р-р-р-р, ну и вкусы были у создателя гробницы Сумрака!
Выбравшись из троно-ванны, обошел пещеру сперва по часовой стрелке, потом против часовой, пытаясь «запустить» интуицию.