Ноосфера

Размеренное клацанье клавиатуры да шум вентилятора – вот и все звуки, которыми была наполнена комната. Даже музыка сегодня звучала раздражающе. Он уже перенес в другую комнату настенные часы, которые нервировали своим тиканьем (да как же можно сосредоточиться при этом отвратительном звуке!?), спровадил кота за дверь, закрыл окно, чтобы не слышать детский смех. Без толку.

Алекс нервно выдохнул и откинулся на спинку стула. Почувствовал спиной кучу вещей, что нашли свое место на спинке. Кружка с остывшим кофе рядом с мышкой – надо налить новый. Фантики от конфет – мешают, надо выбросить. Баночка с

витаминами – не забыть выпить во время еды. И поесть бы уже не помешало.

Он привстал, желая немедленно пройтись по этому списку дел, и плюхнулся обратно. Казалось, все вокруг существовало лишь ради того, чтобы отвлечь его от работы. Он в который раз перечитал написанное – бред, безвкусица, посредственность. Заказчик такое не примет.

«Вы хотите сохранить изменения в документе?» – спросило всплывающее окошко после нажатия на красный крестик. Алекс прикрыл глаза, обдумывая. Ответ был очевиден – это никуда не годится. «Не сохранять» – кликнул он и поднялся, с грохотом задвинув стул. Возможно, стоило бы вообще отказаться от этого заказа, вернуть предоплату, а после – никогда больше не браться за это.

– Это все, на что ты способен, Алекс, – пробормотал он, сгребая фантики со стола, – либо это, либо тебе с котом будет нечего есть.

Фантики отправились в мусорное ведро под раковиной. Из раковины с укором выглядывала гора немытой посуды. С этим тоже нужно разобраться. Он не заметил, как от фантиков перешел к полноценной уборке во всей квартире.

Он мыл пол, когда в кармане домашних штанов завибрировало. Раздраженно отставил швабру – даже от этого отвлекают. На экране высветился неизвестный номер. Несколько секунд поколебавшись – точно пожалеет, нарвавшись на очередной спам! – он ответил. Из динамика раздался милый женский голос:

– Здравствуйте, вас приветствует…

На этом моменте Алекс уже хотел нажать кнопку сброса, но остановился, услышав тихое «лаборатория по изучению сна» в динамике отведенного от уха телефона. Приложил телефон обратно – вероятно, это могло бы его заинтересовать.

– Могу я услышать Алекса Венеди?

– Это я, – прокашлялся, – здравствуйте.

– Недавно вы проходили опрос на сайте и по результатам подходите для нового исследования.

Женский голос продолжал что-то рассказывать, а Алекс судорожно вспоминал, что это за опрос и на каком сайте. Он часто коротал время, проходя анкетирования за небольшое вознаграждение: на интернет хватало, да и нравилось ему это занятие. Голос в динамике прервался на мгновение:

– Алекс, вы на связи?

– А? Да, – кажется, он прослушал что-то важное.

– Вас интересует предложение?

– Да, – он толком не разобрался, на что именно согласился, но поучаствовать в каком-нибудь исследовании всегда хотел. – Вы можете прислать подробности?

– Вышлю на почту, указанную при прохождении анкетирования.

Девушка попрощалась, и Алекс задумчиво уставился на погасший экран мобильника. Его день сурка, кажется, разбавится чем-то интересным. Он зашел в почту. Письмо от «Лаборатории по изучению сна им. Вернадского» высветилось во входящих.

Алекс открыл письмо, по диагонали прочел приветственное слово для прошедших в группу эксперимента, пролистал общие положения, права и ответственности сторон. Было очень похоже на договор. Он остановился на разделе с оплатой: глаза округлились, когда он увидел сумму, которую получал как минимум за три заказа. Округлились еще больше, когда прочел, что это только за один день исследования. Уже на этом моменте он готов был поехать хоть на другой конец города.

Энтузиазм

сошел, стоило ему дойти до строчки «Договор заключается только после личного собеседования и оценки кандидата на пригодность к исследованию». Алекс выругался, но заглянул в сопроводительное слово к письму: там был указан адрес – конечно же, на другом конце города – и время. Завтра к полудню ему предстояло приехать на собеседование.

Эта ночь казалась нескончаемой. Алекс крутился, укрывался-раскрывался, вытаскивал ногу из-под одеяла, снова прятал ее обратно. Собеседование на пригодность. Да он даже спать-то нормально не может! А это главный навык, который нужен для исследования. Он думал о том, что им еще может понадобиться от него, и любая идея почти доводила до паники. Он же посредственность, ничтожество, ни на что не годный. Так и прошла ночь: от паники до отчаянья. К утру он все же смог ненадолго провалиться в сон. Между этим моментом и звонком будильника, как показалось Алексу, прошло не больше мгновения.

На место прибыл даже раньше назначенного. Высокие потолки, идеальная белизна стен, контрастная зелень фикусов. Лаборатория находилась на верхнем этаже офисного здания, так что через стекло панорамных окон можно было окинуть взглядом почти весь город. Алекс смотрел в окно, когда к нему подошла девушка с папкой в руках:

– Здравствуйте, вы из группы эксперимента?

– Алекс Венеди, здравствуйте.

Она кивнула и пригласила следовать за ней. Алекс шел, разглядывая бесконечные ряды стеклянных дверей. Какие-то были прозрачные, и можно было увидеть, что происходит внутри, какие-то – покрыты матовым. Они шли по коридорам, сворачивая то направо, то налево – сам бы он здесь наверняка заблудился. Наконец она остановилась:

– Вам сюда, – она слегка улыбнулась, повела рукой в сторону двери, – часть группы прошла собеседование еще вчера, поэтому ждать не придется.

Алекс кивнул. Сердце предательски ускорилось: если кто-то проходил собеседование вчера, значит, он наверняка был лишь запасным вариантом. Кто-то из вчерашних не подошел, и им срочно нужно было найти замену. В таком случае вовсе не стоило тратить на это время. Он нервно выдохнул и вошел в кабинет.

Весь воздух был пропитан парфюмом, который сразу буквально забился в ноздри, – дерево, кожа, нотки цитруса. За этим шлейфом угадывался еще один, едва заметный – сигарет. Обладатель этого свербящего нос аромата широко улыбнулся, поприветствовал, приглашая пройти к креслу. Алекс приближался, бросая на него неловкие взгляды. Волосы почти полностью седые, густые – даже слишком (у самого-то Алекса уже пошли небольшие залысины в районе лба), подбородок выбрит идеально гладко. Лицо сухое, жесткое, с редкими, но глубокими морщинами. И глаза – Алексу они не нравились. Такие обычно называют «глазами охотника». Несмотря на то, что человек перед ним улыбался, во взгляде этой улыбки не было.

Когда Алекс сел, от мужчины его отделял лишь маленький кофейный столик из стекла. Намного спокойнее было бы, если бы стол был как у врачей – большой, деревянный, позволяющий хотя бы частично скрыться от пристального взгляда. Алекс поерзал, и кожа кресла издала под ним неприятный звук.

– Меня зовут Дмитрий Агатов. Можете называть меня доктор Агатов, – мужчина кивнул.

«Русский, но говорит без акцента» – отметил Алекс.

– Очень приятно, я…

– Ваше имя я уже знаю, – Агатов улыбнулся. – Что вы можете сказать о ноосфере? – он закинул ногу на ногу и сложил сцепленные ладони на колено.