Нон Лон Дон

Мьевиль Чайна

– Бежим! – закричала она, схватив за руку Хеми, к которому отвратительные кровососущие тоже алчно протянули свои крохотные ротики.

– Быстрей! – подхватила Книга.

Диба и Хеми как могли помогли пройти опасное место выбивающимся из сил словенышам, и как раз вовремя: отвратительные кровососы градом посыпались сверху у них за спиной – слышно было, как они шлепаются на пол и шуршат, расползаясь в разные стороны. Ускорив шаг, хотя это было и нелегко, путешественники двинулись дальше вдоль длинного коридора второго этажа вслед за ушедшим

вперед мистером Клеткой.

– Да-а, до сих пор нам везет,- заметила Книга.- Учитывая тот факт, сколько тут всяких опасных тварей.

Птичка в клетке мистера Клетки что-то пропела.

– Уже недалеко,- перевела Книга.- Это ему подсказали здешние птицы. Они-то знают, где обитают попугаи, да и не только они. Он уже все здесь успел разведать.

Йорик протянул руку вперед. Сквозь просветы в низко свисающей листве, в самом конце коридора виднелась дверь.

– А этот… как его… ключник… Он нам даст перо? – неуверенно спросила Диба.- Если мы попросим?

– Сомневаюсь,- холодно ответила Книга.

– Но почему? Ты его знаешь? У него что, скверный характер?

– В этих делах просто ничего не бывает,- ответила Книга- Пришел, попросил, получил. Все гораздо сложней. Вот почему это и называется «испытание».

Птичка в клетке мистера Клетки вывела еще одну замысловатую трель.

– Лучше всего, если мы разработаем еще один план, запасной,- перевела залихватскую песню Книга.

Некоторое время они стояли молча.

– Стёб, Прикид,- позвал Хеми словенышей.- Вы хорошо умеете лазить… ну, скажем, по деревьям, по стенам?

Дверь была не заперта и открылась от легкого толчка. Перед их взорами предстало крошечное помещение, также густо заросшее растительностью. Размерами оно было чуть больше душевой кабинки. С одной стороны в ней была наполненная до краев водой раковина умывальника, в которой росли крошечные лилии и плавали водяные змеи. Краны над ней были опутаны корнями растений. Потолок оказался на удивление высок и тоже густо зарос ветвями, из которых торчал провод, на конце которого висела лампочка. В густой листве шебурши-лась какая-то живность.

А прямо перед ними, словно некий миниатюрный храм древней, давно погибшей в непроходимых джунглях цивилизации, возвышался белоснежный унитаз. Наверное, он давно засорился, потому что чистая как слеза вода, неясно журча, переливалась через край этого великолепного произведения рук человеческих, миниатюрным водопадом низвергалась вниз и тоненьким ручейком бежала по полу к двери и дальше по коридору и вниз по лестнице.

– Мы отыскали исток, здесь берет свое начало здешняя речка,- прошептала Книга.

Где-то под самым потолком виднелся увитый лианами сливной бачок, с которого свисала цепочка с керамической рукояткой на конце.

– Ну теперь, Стёб и Прикид, вперед! – так же шепотом приказал Хеми.

– Это на всякий случай,- добавила Диба.- Может, вы и не понадобитесь. Но как только мы вас кликнем, действуйте!

Словята молча закивали. Они знали, что им надо делать.

С

двух сторон они осторожно пробрались в заросший густой растительностью туалет и, цепляясь за свисающие ползучие растения, полезли вверх – Стёб помогал себе острыми, крючковатыми коготками, а Прикид ловко управлялся всеми своими шестью лапами. Они карабкались все выше и выше, стараясь не очень высовываться из густой листвы.

Диба, Хеми, Котелок и Йорик Клетка продолжали стоять на пороге. Йорик держал перед собой Книгу, птичка в его головной клетке во весь голос распевала свои песенки, и множество пернатых, прячущихся в зарослях, откликались на него резкими криками.

– Он зовет хозяина ключ-перышка,- прошептала Книга,- заливается соловьем, такие турусы на колесах подпускает, что ой-ой-ой! Мол, он не встречал еще в жизни столь прекрасной птицы, и что место, мол, ее не здесь, а где-нибудь в раю, и все в таком духе. Остальные птицы пока только смеются.

Мистера Клетку, однако, это не смущало; казалось, он с кем-то спорит, что-то кому-то пытается доказать. Он отчаянно жестикулировал, торс его изгибался и тело наклонялось в разные стороны, как у всякого человека, который о чем-то горячо говорит,- птичка в клетке его щебетала во все горло.

А из зарослей ей отвечали невидимые родичи.

– Они говорят, что они ничем не хуже…- перевела потрясенная Книга.

Она была явно очарована происходящим поэтическим соревнованием.

Перепалка пернатых продолжалась. Йорик все более возбуждался… Как вдруг из густых зарослей выпорхнула целая стая птиц и расселась вокруг путешественников на ветках и других подходящих предметах.

Птицы тут были самых разных пород: зеленые попугаи, какаду, попугаи ара – они топорщили перья и хрипло кричали, разевая свои уродливые крючкообразные клювы. Орали они все одновременно и такими противными голосами, что Дибе пришлось заткнуть уши.

– Они требуют, чтобы Йорик Клетка вел себя более почтительно при дворе попугая-ключника,- успела она услышать комментарий Книги.

– Йорик, ты посмотри туда! – взволнованно крикнул Хеми и указал вверх.

На самом краю сливного бачка сидела птица, которая не подавала голоса, а лишь наблюдала за происходящим. Это был зеленый попугай, но каких размеров! Такой громадной птицы они не видывали ни разу в жизни.

Но вот наконец этот попугай разинул клюв и резко, словно ворона, каркнул.

Он был поразительно красив в своем ярком оперении, в котором столь гармонично сочетались красные, синие и желтые цвета. А вокруг него почтительно порхали его родичи размерами поменьше, проделывая в воздухе самые невероятные кульбиты и фигуры высшего пилотажа.

– А где же…- начала было Диба, и сразу же несколько попугаев насторожились, и хохолки на головах у них резко поднялись вверх. Словно яркие, разноцветные маленькие короны из 1 юрьев вдруг разом украсили макушки этих птиц, и в центре каждой короны красовалось самое длинное перышко в форме ключа.