Нон Лон Дон

Мьевиль Чайна

Диба еще никогда в жизни не видела, чтобы птичка смущалась.

Они решили, что спать в открытом коридоре было бы слишком рискованно, поэтому пробились сквозь густые заросли к ближайшей двери. Не пользовались ею, видимо, уже несколько месяцев – она вся заросла, и открыть ее оказалось не так-то просто. В конце концов, после нескольких попыток, они распахнули ее и вошли в гостиную комнату.

Сквозь густой подлесок переплетенных стволов они увидели диван и несколько стульев, стоящих перед телевизором, в некоторых местах прогрызенным мышами, землеройками и обвитым вьющимися растениями. Телевизор оказался включен, экран светился, только звук

был слегка приглушен. Сквозь лианы, наполовину закрывающие его, видно было, что там показывают какую-то телевикторину.

Наши путешественники расчистили место стоянки, убрав лишние камни и сухие ветки. И как раз вовремя. Спустились сумерки, и лампочки, прежде освещавшие пространство дома, одна за другой стали гаснуть. Характер звуков в лесу тоже изменился. Прежние, дневные звуки умолкли, зато вступил и зазвучал хор каких-то неизвестных ночных существ.

– Вы что, и вправду собираетесь отправиться сейчас на поиски знакомых? – спросила Диба.

Мистер Клетка утвердительно наклонил свою клетку.

В мелькающем свете цветного телеэкрана Диба наблюдала за действиями путешественника. А тот спокойно протянул руку к своей головной клетке и открыл дверцу. Птичка возбужденно защебетала.

– К утру вернется,- сообщила Книга.- Просит, чтобы мы приготовили вторую половину его гонорара.

– Что ж, гонорар свой он отрабатывает на совесть, – заметила Диба.

Птичка тем временем соскочила на порог клетки, еще раз чирикнула и вылетела вон. И в ту же секунду тело мистера Клетки замерло; теперь он стоял почти совсем неподвижно, лишь едва заметно покачивался на одеревеневших ногах.

А птичка порхнула прямо в густые заросли переплетенных между собой стволов и лиан и с веселым щебетом скрылась во мраке за открытой дверью.

Улучив момент, когда никто не смотрел в ее сторону, Диба решила произвести маленький опыт: она незаметно протянула руку и пощупала ногу мистера Йорика Клетки. Надо же, нога как нога – теплая и мягкая, как у всех нормальных людей. Но на прикосновение Диби-ной руки она никак не отреагировала, даже не дрогнула. Тело оставалось неподвижным, и рука Йорика была протянута к отворенной дверце его клетки

У речного истока

Среди ночи Диба несколько раз испуганно просыпалась. Ее будило громкое рычание каких-то ночных хищников. Но всякий раз Хеми или один из словенышей, стоящих на часах, успокаивали ее, и она снова засыпала под звуки негромкой беседы Хеми с Книгой или просто ее бормотание, когда на часах стоял кто-нибудь из бессловесных словенышей. И когда она проснулась при первых слабых проблесках лампочки под потолком, то поняла, что проспала всю ночь – обязанности ночного дежурства верные ее товарищи полностью взяли на себя.

– Почему ни разу меня не разбудили? – сердито спросила она Хеми.

Он не отвечал, только смущенно улыбнулся, стараясь не смотреть ей в глаза.

Мистер Клетка стоял все в той же позе, в какой застыл, когда птичка отправилась на ночную разведку. За завтраком Диба заботливо смахнула с его штанины медленно ползущую вверх улитку.

Прошло не менее часа, когда птичка (она, собственно, и была мистером Клеткой) с шумом и щебетом выпорхнула из чащи на полянку, где расположился бивуак путешественников. Не переставая оживленно чирикать, она сделала несколько кругов и подлетела к своему обиталищу.

И как только лапки ее вцепились в металлическую перекладину на пороге, у самой дверцы, тело Йорика Клетки ожило и шевельнулось. Вот птичка порхнула на перекладину

качелей. Мистер Клетка потянулся, расправил все члены и прикрыл дверцу. Птичка разразилась длинной и довольно сложной трачью.

– Я так и думала,- отозвалась на ее свист Книга.- Где же еще могут водиться птицы столь высокого полета, как попугай-ключник? Конечно там, наверху! Так что собирайтесь и идем к лестнице!

Подъем по лестнице оказался долгим и очень утомительным. Каждая ступенька густо поросла растительностью, но не только это осложняло их путь: путешественникам пришлось еще преодолевать поток воды, стекающий сверху по ступеням вниз.

На площадке между двумя лестничными пролетами, где ступени дачали резкий поворот, они устроили краткий привал, отдышались и отправились дальше. Мистер Клетка шел впереди, держа перед собой Книгу. Его старый полувоенный костюм давно утратил былую опрятность. Птичка распевала во все горло, побуждая их торопиться, и Диба с Хеми, а вместе с ними и словеныши старались изо всех сил. Словеныши помогали друг другу, по очереди подставляя один другому спины, и, составляя как бы живую и непрерывную цепь, азартно карабкались наверх, штурмуя ступени.

– Хотела бы и я так же,- проворчала Диба. Хеми услышал и удивленно вскинул брови.

– Ну что ты на меня так смотришь! – повысила она голос- К тебе это не имеет отношения!

Наконец они добрались до верхней площадки и, тяжело дыша, остановились. Перед ними открывался довольно большой холл, по обе стороны которого сквозь густые заросли можно было увидеть две двери. В самом конце холла виднелось небольшое оконце. Оно было почти полностью закрыто листьями, и дневной свет едва-едва пробивался сквозь них.

Они двинулись вперед и почти сразу же трижды подверглись нападениям, и им пришлось побыстрей уносить ноги. Когда путешественники проходили мимо одной из дверей, ближайшей к ним, из-под нее вдруг медленно вытянулся отросток ползучего растения. И сразу же резким броском он захлестнул Хемину ногу и, дрожа всеми листьями, потащил мальчишку к дверному проему. Дверь с визгом распахнулась, и зияющий мрак дохнул на путешественников ледяным холодом. Хеми упал и в отчаянии ухватился за корень какого-то дерева. И не будь он по природе наполовину призрак, ничто уже не могло бы спасти его. Хеми напряг все свои силы, и Диба увидела, как щупальце лианы затянулось на пустой штанине парня: усилием воли он сделал плоть под ней проницаемой и почти нематериальной. Кряхтя от напряжения, Хеми освободил свою полупризрачную ногу, оставив хищному растению лишь оторванный клок штанины.

Но тут из-за другой двери вдруг раздался такой страшный рев, что кровь застыла у всех в жилах. Дверь приоткрылась, откуда-то изнутри высунулся длинный, ужасного вида коготь и вцепился в дверную коробку. Слава богу, Диба и Хеми успели сообразить: они быстро захлопнули дверь, с силой прищемив коготь неизвестного зверя. За дверью послышались жуткий вопль и мощные шлепки огромного тела какого-то чудовища.

По мере того как они, тяжело дыша, продвигались вперед, за ними постоянно наблюдали злые глазки каких-то маленьких зверьков, похожих то ли на енотов, то ли на скунсов. Один раз Диба остановилась; ее заинтересовали сочные ягоды, свисающие прямо у нее над головой. Но, едва протянув руку, она вскрикнула от отвращения: это были вовсе не ягоды, а мерзкие черви толщиной с больптой палец; извиваясь на ветках, они тянулись к ней и явно имели намерение присосаться и попить немного крови.