НОЛЬ НОЛЬ
Шрифт:
– Что? Да говорите же… - она улыбнулась.
– если это будет слишком бестактным, я вас всё равно прощу, хорошо?
– Хорошо. Ловлю на слове! Я могу составить вам компанию. Я знаю языки, и могу быть вам полезным в поисках этого доктора. Это будет большая честь для меня. С тех пор как выяснилось, что у меня теперь нет семьи и друзей, я путешествую один, - он посмотрел мимо неё в окно и погрузился ненадолго в свои мысли.
– Если вы позволите вас немного сопровождать, я бы помог не только с языком. А вы в свою очередь, были бы моим гидом
– Вы действительно можете быть моим переводчиком?
– А почему бы и нет? Я относительно свободен, время меня не поджимает…
– А работа?
– Нет у меня никакой работы, живу на скопленные средства, - слукавил Мишель и подумал: «Не рассказывать же ей, как он снимает деньги с банкоматов…»
– А у вас как с учёбой? Вы ведь учитесь?
– Ничего страшного. Школа позади, а университет впереди. Могу позволить себе попутешествовать этот год, - она опять как-то мечтательно посмотрела в окно, и продолжила:
– Хорошо. Я согласна. Но вы же понимаете, что дело необычное, и могут быть самые разные развороты…
– Понимаю. Поскольку вся моя жизнь уже стала приключением, то одним больше, одним меньше…
За обычным трёпом время пролетело незаметно, и они не заметили как оказались в очереди на паспортный контроль. И только тут, в Александрии, ему вдруг пришло в голову, что они не познакомились.
– Я совершенно забыл…раз уж мы путешествуем вместе, я должен представиться, - он смешно сделал важный вид.
– Мишель Рено, француз и полиглот.
– А я тогда Фелисия Энелиль, - сказала она по-французски.
– И давайте, перейдём на «ты», на английском это будет сделать трудновато…
Мишель подумал, что её словечко «тогда», можно интерпретировать по разному. Может, потому, что он не назвался Фемом?
«Так ли это, или нет, но забавно…» - подумал он.
– С удовольствием. Так мы будем говорить по-французски?
– Будем менять язык, в зависимости от обстоятельств, хорошо?
***
От Александрийского аэропорта Борг эль-Араб до Каира проходит две дороги – старая дорога, что идёт по дельте Нила, и новая, по которой должны были ехали Мишель и Фелисия. Она называлась «пустынная», и шла напрямик.
Проверить, насколько она «пустынная», пока не представлялось никакой возможности. Дело тормозила необычайно полная американка, потерявшая свою косметическую сумочку. Судя по размерам дамы, сумочка должна была быть не меньше рюкзака.
Тем не менее, поиски затянулись, и водитель уже сильно нервничал. Он по арабски высказывал недовольство, сопровождая идиоматические выражения циничной артикуляцией. Фелисия заметила, что среди этой словесной арабской вязи, почему-то угадывалось повторяющееся слово Мак Дональдс. Когда она уже собиралась спросить об этом Мишеля, раздался победный клич, и над головами взлетела потрясаемая дамой сумка. Автобус тронулся с опозданием в полчаса.
– Он нагонит время в пути, - произнёс
– Так он сказал.
– Я где-то читала, что даже если египетский автобус и не торопится, то всё равно, пару раз он проедет поворот на двух колёсах…
– Я надеюсь… - произнёс Мишель, думая, что если дело запахнет жареным, он успеет ограничить скорость.
Мимо проносились какие-то сады и угодья, отнюдь не оправдывающие название этой «пустынной» дороги. Какая-то тётка рядом вещала в ухо американке, что тут нашли несколько лет назад подземные воды, и теперь, вокруг дороги выращивают овощи и фрукты.
Водитель шёл на максимальной скорости, при этом продолжая кого-то ругать и размахивать руками. Краем уха Мишель услышал, что отведённые четыре часа на дорогу, он теперь обязуется сделать в три.
Какое-то время они ехали молча, настороженно поглядывая на рулевого.
– Интересно, как здесь было, когда строились пирамиды?
– вдруг спросила Фелисия.
– И кто их строил, не эти же… - сказала она косясь на водителя.
– Не знаю как, но интересно точно. Я думал над этим вопросом, и не раз. Поражает то, что они строились подразумевая подозрительно долгую жизнь. Необоснованные затраты, если учесть, что никто не жил так долго.
– А может, чтобы противостоять какой-то энергии. Я думаю от нас многое скрывают…
– Это точно… И никаких украшений. Всё функционально, как на космодроме… - Мишель со всё нарастающей тревогой следил за скоростью.
– А как звали того доктора, которого мы ищем?
– вдруг спросил он.
– Энелиль. Доктор Энелиль, - Фелисия посмотрела прямо в глаза Мишелю.
– Он твой отец?
– у Мишеля брови поднялись сами собой.
– Нет. Но странное совпадение меня тоже шокирует.
***
В этот момент автобус пошёл на обгон грузовичка. Это была, видимо, его максимальная скорость. Другой водитель, похоже, решил тоже посоревноваться, и добавил газу. Хорошо ещё, что было широко, и не надо было выезжать на встречную полосу.
Проехав таким образом несколько километров бок о бок, до местечка Банха, автобусу пришлось временно уступить в гонке.
Мишель с трудом различал отрывки фраз, летевшие с водительского кресла, но было ясно, что тот не уступит в схватке с грузовиком. Продолжая комментировать гонку и театрально размахивая маленькими ладонями, он удвоил остервенение.
Догнать грузовичок удалось лишь перед самым въездом в Каир. Поскольку того уже обгоняли слева, автобусник решил атаковать справа, практически по обочине. Это было большой глупостью. Накрапывающий дождик сильно размыл обочину, и правые колеса автобуса поехали сами по себе. Араб нажал на тормоза, и это было ещё одной ошибкой. Тормозили только колеса слева, и как следствие, огромную машину стало разворачивать против часовой стрелки налево. Секунда, и автобус летел боком на двух колёсах вдоль дороги.