Ночные джунгли
Шрифт:
Однако, хотя ночь обещала быть долгой и бессонной, а Мак Интайр и Конрад из кожи лезли вон, надеясь «уличить» Ногара, Раджастана это не особенно волновало. Если бы пинки были уверены, что деньги — «грязные», Ногара не держали бы столь долго в комнате допросов штаб-квартиры полиции, а давно бы уже бросили в камеру предварительного заключения федеральной тюрьмы.
Мак Интайр только было собрался в очередной раз принять эстафету допроса от Конрада, когда детектив Харск открыл белую металлическую дверь, впустил в кабинет Ишэм и вошел сам. От Харска буквально пахло гневом. Он ткнул большим пальцем правой руки в сторону
— Мак Интайр, Конрад, выйдем отсюда. Я хочу сказать вам пару ласковых.
На Мак Интайра приказ не произвел впечатления.
— Мы еще не закончили.
— Я сказал, выметайтесь! — рявкнул Харск.
Оба пинка с явной неохотой собрали свою записывающую аппаратуру и вышли из комнаты. Харск последовал за ними. Ногар остался в кабинете наедине с Ишэм. Она швырнула на стол ключ и указала на наручники.
— Сними свои браслеты.
Обернувшись к большому зеркалу на противоположной от Ногара стене, Ишэм сняла свои солнцезащитные очки, легонько постучала ими по зеркалу и сказала, обращаясь явно не к Раджастану:
— Я жду.
Ногар понял, что она приказала убраться из соседней комнаты кому-то, кто наблюдал за допросом через прозрачное с одной стороны зеркало.
Ишэм повернулась к тигру лицом и улыбнулась.
— Теперь мы можем поговорить спокойно.
Ногар наконец-то увидел ее глаза при ярком свете. На первый взгляд они походили на человеческие — круглая радужная оболочка, вполне различимые белки. Но Раджастану не доводилось встречать пинков с желтой радужной оболочкой глаз.
— Так что же, вы не хотите их снимать? Вам так удобнее беседовать?
Ногар совсем забыл о наручниках. Он взял ключ и начал возиться с замком.
— Позвольте один вопрос. Каким образом вы, Франкенштейн, оказались на службе в ФБР?
Она снова надела очки и опять стала почти не отличима от человека. Почти. Во-первых, от нее не исходило никакого запаха. Во-вторых, дышала она совершенно беззвучно.
Ишэм не сразу ответила на вопрос Ногара.
— Не все в этой стране заинтересованы в запрете на макрогенную инженерию. Если бы не этот запрет, определенные службы сами изготавливали бы себе столько агентов, сколько им требуется.
Ногар положил наручники и ключ на стол, пытаясь скрыть свою нервозность, обусловленную общением с этим жутковатым существом — не пинком и не моро.
— И поэтому они довольствуются тем, что нелегально просачивается сквозь границы?
— Ну ладно, довольно об этом. Приступим к делу. Мне нужна информация.
Ногар вздохнул.
— Я ведь уже говорил полицейским, что не имею…
Губы Ишэм растянулись в презрительной улыбке.
— Эти поцы никогда прежде не имели дел с моро. Они абсолютно уверены в том, что все моро знают друг друга и все вовлечены в наркобизнес.
Она сунула руку в карман и, вытащив небольшую цветную фотографию, бросила ее через стол Ногару. Это был снимок лохматого пса, одетого в камуфляжный комбинезон. Гассан.
— Я разыскиваю одного представителя семейства собачьих, который называет себя Гассаном Сабах. Профессиональный киллер, специализация — политические убийства. Начал свою деятельность во время оккупации Северной Индии афганцами. Сотрудничает со всевозможными экстремистами — японские националисты, ирландские республиканцы, южноафриканские белые расисты, перуанские маоисты из группировки «Светлый путь»… список
Ишэм сопровождала свой рассказ демонстрацией соответствующих фотографий: китайский наместник Йокогамы, взорванный в собственном лимузине; пожар в одном из отелей Белфаста, в результате которого погибли три министра из правительства Соединенного Королевства; полдюжины зулусских партийных лидеров, расчлененных ударами ножей-мачете в Претории; взвод кроликов-пехотинцев, расстрелянных в казарме на окраине Лимы…
— Гассан проник в Штаты в прошлом году с очередным потоком беженцев из Гондураса. Бюро не имело понятия о том, что он находится в стране, пока его не опознала одна моро из Кливленда, уроженка Белфаста. — Ишэм постучала по фотографии Гассана кончиками пальцев. — Он — в Штатах, и он связан с Зипперхедами.
— Так почему же вы хорошенько не потрясете эту вашу моро? — спросил Ногар, хотя уже начал понимать, почему.
Ишэм швырнула на стол еще одну фотографию, которая подтвердила подозрения Ногара. На фото была изображена лисица-моро с кроваво-красной раной на месте правого глаза.
— Она была нашим осведомителем. Молодая лиса из Северной Ирландии. Член уличной банды под названием Бешеные Лисицы… насколько я понимаю, вы знаете, что случилось с Лисицами. Я не успела связаться с ней. — Ишэм на секунду умолкла, затем продолжала. — ФБР предполагает, что в этом деле замешан Гассан. Но в Вашингтоне опасаются, что последней его мишенью является предвыборная кампания Джозефа Байндера. В Бюро считают, что здесь, в Кливленде, функционирует радикальная организация моро. Террористические акции Зипперхедов дают все основания для такой точки зрения.
— А почему вы думаете, что я располагаю информацией о Гассане?
— Ваши с ним пути пересекались по крайней мере трижды. Первый раз — когда Гассан прикончил местного сутенера по имени Тисаки Нугоя. Второй — во время попытки убийства Стефани Вейр, бывшей помощницы покойного Дэрила Джонсона. И, наконец, во время взрыва, в результате которого погиб Десмонд Томсон.
— Поджог дома Томсона — тоже дело рук Гассана?
— Да. Один из охранников успел перед смертью дать показания.
Ногар решил поторговаться.
— Что я получу взамен предоставленной вам информации?
Ишэм сняла очки и оглядела Раджастана так, будто исследовала труп на предмет установления причины смерти.
— Вы получите мое доброе к вам расположение, — произнесла она ледяным тоном.
Ногар внутренне поежился. Поразмыслив немного, он пришел к выводу, что не стоит приобретать врага в лице этой крутой франкенштейнихи.
— Ну хорошо, я расскажу вам, но информация эта — мои предположения, по большей части…
Он ознакомил ее со своим видением хода событий, опустив в своем рассказе все, что касалось МЛИ. Суббота, 19-е июля — Янг впускает Гассана в дом Джонсона. Гассан всаживает Джонсону в затылок пулю из «Левитта». Четверг, 24-е июля — Гассан, во время грозы после разборки Зипперхедов со «Стигматой», занимает огневую позицию в «Башне Музыканта» и выстрелом из того же «Левитта» разбивает витражное окно в доме Джонсона. Четверг, 31-е июля — Янг крадет финансовые отчеты Байндера. Пятница, 1-е августа — Янг сжигает их, а заодно и себя. Понедельник, 4-е августа — Зипперы предпринимают атаку на кафе «Арабика». Руководят ими, скорее всего, Гассан и Терин…