Ночной ураган
Шрифт:
Джинни, плотно сжав губы, наблюдала за баркентиной. Они могли погибнуть в шторме! Эта мысль приводила ее в бешенство. Она злилась на себя за глупость, за эгоизм… и не переставала думать об этом. И хотела, чтобы он был рядом.
Ничто на свете не имело больше значения. Только быть с ним.
Баркентина находилась в опасной близости от клипера. Ветер внезапно переменился, и Джинни поняла: столкновение неизбежно. Она судорожно схватилась за основание грот-мачты, но в последнюю минуту баркентина резко отвернула.
Алек взвился в воздухе. На какой-то бесконечный момент ветер удерживал его, словно невесомую игрушку, и так же внезапно толкнул вперед. Он приземлился на ноги, с согнутыми коленями, но сила удара была такова, что швырнула его на палубу. Алек ловко перекатился на бок и вскочил, широко улыбаясь. Матросы ринулись вперед, чтобы пожать ему руку. С баркентины слышались приветственные возгласы. Команда клипера разразилась радостными воплями. Джинни стояла словно прикованная к месту, глупо улыбаясь мужу.
О'Ши, снова повернул штурвал, и нос баркентины легко царапнул корму клипера. Алек выпрямился и взглянул на жену. Она в безопасности!
Он шагнул к ней, пошатываясь под бешеным ветром, и, подойдя ближе, протянул руки. Джинни без колебаний бросилась ему в объятия.
— Ты жива и здорова, — пробормотал Алек прямо в ее мокрую шерстяную шапку. — Слава Богу, ты жива. Я не перенес бы, если…
Чувства были слишком сильны, слишком новы для нее, и Джинни, сама не понимая, что говорит, выпалила:
— Ты оставил О'Ши за капитана?
— Он прекрасно справится, — улыбнулся Алек. — Я хотел убедиться, что с тобой ничего не случилось.
Его руки окутали ее, обвили, скользя по плечам и спине. Наконец Джинни немного отстранилась.
— Мы в относительной безопасности, но все может случиться. Теперь, когда мы убрали паруса, остается только пережидать шторм.
Наступила его очередь немного помолчать; потом Алек снова улыбнулся ослепительной, бесшабашной улыбкой, и прекрасные глаза весело сверкнули в полумраке.
— Гонки до Нассау — вот все, что я хотел. И посмотри, до чего ты меня довела, женщина, и куда втянула! Проклятый ураган! Не могу только решить, Джинни, когда поколотить тебя — сейчас или потом.
— Значит, этот отвратительный шторм — моя вина?
— По правде говоря, вряд ли. Давай-ка лучше уйдем с этого чертова дождя. Говоришь, все люки задраены?
— В отличие от твоей неповоротливой баркентины на моем клипере почти нет люков. Но, может, мы спустимся в каюту? Я оставлю на палубе только троих. Ни к чему остальным терпеть этот кошмар.
Минуту помолчав, Джинни намеренно-спокойно добавила:
— Если случится худшее, мы еще успеем выбраться
Алек зябко поежился. Но что тут можно сделать? За все годы, проведенные в странствиях по Атлантическому и Тихому океанам, он перенес немало штормов, но никогда не встречался с ураганом такой силы, способным за считанные минуты разметать по морю обломки баркентины. Он уже направился к трапу, но внезапно остановился:
— Ты велела привязать Дэниелса к штурвалу?
Джинни кивнула:
— Кто знает, как поведет себя ветер? А О'Ши тоже так сделал?
— Пока нет, но скоро, вероятно, последует примеру Дэниелса. Иди ты первая. Я после тебя, жена.
Но Джинни неожиданно замялась. Она так обрадовалась, что Алек рядом, и на минуту совершенно забыла, что ответственность за «Пегаса» лежит на ее и только на ее плечах. И не только за клипер, но и за команду, людей, перенесших вместе с ней немало тяжелых минут.
— Я капитан, Алек. И не могу оставить Дэниелса одного.
— Но что может дать твое присутствие? Чем ты поможешь?
— Поговорю с ним. Посоветую, если потребуется. Отдам приказ, если понадобится.
«Да, — подумал Алек, мгновенно сбитый с толку, — это настоящий удар ниже пояса!»
И предложил весело, почти небрежно:
— Спустись со мной в каюту, хоть ненадолго, любимая. Только, чтобы переодеться в сухую одежду.
Джинни кивнула. Алек прав, нужно сменить костюм. И по правде говоря, она хотела прижаться к нему, еще раз убедиться, что с ним все в порядке, что он цел и невредим.
Ступив в капитанскую каюту, Джинни зажгла фонарь, надежно закрепила его на крышке стола — в такой ураган не хватало только пожара на корабле! И только после этого повернулась к мужу:
— Ты слишком рисковал! Я ужасно испугалась! А если бы сломал ногу или руку?
— А ты переживала бы?
— Немножко, — лукаво усмехнулась она. — Как не бояться за рыцаря, явившегося из тьмы, чтобы быть рядом со мной?
— По правде говоря, я больше тревожился за твой клипер.
— Никто не рискует жизнью из-за вещи, Алек, — мягко возразила она, не собираясь попадаться на удочку.
— В этом ты права, жена. Но я ничего не повредил, так что об этом можно забыть, иначе я могу подумать, что ты начинаешь проявлять супружескую заботу.
— Пришлось бы пристрелить тебя, сломай ты ногу.
Теперь и Алек рассмеялся:
— Снимай-ка поскорее свои промокшие доспехи!
— А как насчет тебя?
Алек задумчиво нахмурился:
— Думаю, мне лучше залезть под одеяло. Не хочешь присоединиться?
Джинни поглядела на мужа так, будто он потерял рассудок:
— Алек, мы боремся с ураганом, а ты хочешь, чтобы я легла с тобой в постель?
— Почему нет? Все равно от нас ничего не зависит. Мы либо погибнем в следующие двадцать четыре часа, либо нет.