Ночной холод
Шрифт:
Но несколько недель назад Ника показала мне удивительную фреску, скрывающуюся под тенью, – картину, изображающую меня и моих друзей в Великом сражении против Жнецов. У каждого из нас в руках находилось оружие или какой-то другой предмет – и это были артефакты, которые просила меня найти и защитить от Жнецов Ника. До сих пор, однако, я смогла опознать и отыскать лишь сеть Ран.
Но и сегодня фреску затемняли тени. Значит, отсюда не будет никакой помощи. По крайней мере сегодня вечером.
–
Я не умею рисовать, даже если от этого зависит моя жизнь, но Оливер очень талантлив в живописи, поэтому он нарисовал для меня фреску, используя мои собственные грубые рисунки и описание. Его детальный рисунок я тоже, на всякий случай, носила с собой в сумке.
– Твой рисунок идеален и это определённо та сеть, которая нам нужна, – сказала я. – Ты не виноват в том, что я настолько глупа, чтобы понять, что в ней такого сногсшибательного.
– Не переживай, Гвен. Ты всё выяснишь. Тебе это всегда удаётся. Я верю в тебя.
– Хорошо, что хоть один из нас верит, – проворчала я.
Оливер усмехнулся в ответ на мой сарказм.
После того, как моя попытка с сетью не увенчалась успехом, я убрала на полки ещё несколько книг и вытерла пыль с витрин. Однако я не могла сосредоточиться на этих заданиях, делала всё автоматически – как всегда с тех пор, как уехал Логан. Не раз я ловила себя на том, что неподвижно смотрю в пространство, размышляя, где он и что делает. Всё ли с ним в порядке. Не холодно ли ему, не голодает ли, а может, боится чего или устал.
Думает ли обо мне.
Всегда, спустя примерно пару минут, я стряхивала с себя печаль и злилась, потому что постоянно думала о нём. Вик прав. Мне действительно нужно прекратить хандрить и прикончить парочку Жнецов вместо этого. Или хотя бы сделать домашку на завтра. Легче сказать, чем сделать. Потому что пять минут спустя я поймала себя на том, что не читаю книгу по мифистории, как должна, а снова думаю о Логане.
В конце концов я больше не могла это терпеть, поэтому повернулась на стуле к Оливеру, играющему со своим телефоном.
– Ну и...
– пробормотала я вскользь, потому что не хотела, чтобы он заметил, как для меня это важно. – Ты что-нибудь слышал от Логана?
Оливер застыл. Он посмотрел на меня, затем перевел взгляд на экран телефона. В зеленых глазах промелькнула вина.
– Вы переписываетесь прямо сейчас, да?
Оливер поморщился. Написал что-то ещё, затем засунул телефон в карман брюк. Однако он не ответил на мой вопрос.
– Как он? Где он? С ним все хорошо? Он когда-нибудь ещё вернётся в академию?
Это были те же вопросы, которые я задавала уже тысячу раз и чуть ли не каждому
Оливер вздохнул.
– Логану требуется время, Гвен. Ему нужна дистанция от академии и всего того, что случилось. Но да, отвечая на твой вопрос, с ним всё в порядке. По крайней мере, он так утверждает, когда пишет сообщения, – он заколебался.
– Если тебя это утешит, он все время спрашивает о тебе.
– И что ты ему рассказываешь? – мягко поинтересовалась я.
Он снова заколебался.
– Что ты скучаешь по нему. Что мы все по нему скучаем. Что он нам нужен, и что он должен взять и отбуксировать свой зад сюда так быстро, как только сможет.
– И что он отвечает на это?
Оливер пожал плечами.
– Ничего. Только... нет, ничего. Я не знаю, когда он вернется. Не знаю, вернется ли вообще. Не после того, что Жнецы с ним сотворили. И особенно не после того, что он сотворил с тобой.
Я выдохнула. Обычно я не позволяла себе слишком долго размышлять о том, что Логан, возможно, никогда не вернётся, но в этот момент не могла думать ни о чём другом, словно холодный кулак сжал моё сердце и медленно его раздавливал, сокрушая изнутри. Внезапно пространство за стойкой уменьшилось, так что стало трудно дышать. Здесь было слишком тесно, слишком оживлённо, слишком много людей.
Оливер заметил моё поражённое выражение лица.
– Я не это имел в виду, Гвен, – в том, что Логан уехал, нет твоей вины.
Нет, это моя вина, и мы оба это знали. Я покачала головой, схватила несколько книг и исчезла между полок, прежде чем Оливер смог увидеть, насколько мне было больно. К счастью, Оливер решил не ходить за мной. Я прошла к отдалённой части библиотеки, к тому месту, где когда-то стояла витрина Вика. Там я остановилась, закрыла глаза, прижимая книги к груди и стараясь дышать спокойно. Вдох-выдох, вдох-выдох, как меня научила мама делать всякий раз, когда я волновалась, нервничала, боялась или была расстроена.
Волновалась? Точно. Расстроена? Определённо. И снова я почувствовала этот всплеск гнева на Логана, потому что его не было рядом. Потому что он оставил меня, чтобы я сама справлялась со всеми сложностями.
Мне понадобилось несколько минут, но, в конце концов, сердечная боль отступила, а давление в груди уменьшилось. Но внутри я по-прежнему чувствовала холод, чувствовала себя холодной, притуплённой и пустой. Мой гнев исчез или, по крайней мере, просто ненадолго заледенел. Я даже не могла плакать. Казалось, слёзы замёрзли вместе с моими внутренностями.