Ночной гость

Брэдли Селеста

Она не улыбнулась, но в глазах ее светилось все, что она чувствовала.

– Не знаю, как смогу когда-либо восполнить тебе все это, – прошептал он.

Иззи невыносимо было видеть его таким. Быстрым движением она толкнула его на спину и уселась на него сверху. Глаза его округлились, и она была счастлива, видеть, как печаль в них сменилась смехом.

Иззи самодовольно ухмыльнулась с напускной мстительностью.

– Быть может, я позволю тебе попытаться, после того как ты немного… поупражняешься.

– Ах, поупражняюсь? – шутливо прорычал он в восторге

от ее игривости. – Ох, Иззи, любимая. Я никогда не смогу взять назад эти впустую растраченные месяцы. А так хотелось бы. – Он смотрел на нее серьезно, и в глазах отражалось все то, что было у него на сердце. Отведя прядь волос с губ, он намотал ее на пальцы. – Ты показала мне, как много я теряю, цепляясь за прошлое. Так что я больше не буду отягощать себя сожалениями. Посему единственное, что я могу, – это сделать твою дальнейшую жизнь такой счастливой, как ты того заслуживаешь. Со всеми моими детьми, которых ты сможешь выносить.

– Шесть, – тут же отозвалась она. – По меньшей мере.

Он округлил глаза, заморгал и снова улыбнулся:

– Шесть, ну да. – Когда выражение ее лица не просветлело, он усмехнулся. – По меньшей мере.

Иззи кивнула и нежно улыбнулась ему:

– А теперь, как ты понимаешь, тебе придется начать все заново.

– Что именно?

– Упражняться, – самодовольно ответила Иззи.

– А, ну разумеется.

С дьявольским блеском в глазах он скользнул ладонями вниз по ее рукам и переплел их пальцы. Когда она счастливо вздохнула, он поцеловал ее ладошки, сначала одну, потом другую, затем поднял ее руки над головой. Удерживая их одной рукой, он взглянул на ее лицо. Она лишь возбужденно выгнулась ему навстречу и поощрительно улыбнулась. Не теряя своего трофея, он начал избавлять ее от довольно многочисленных слоев одежды.

Когда она задрожала от наслаждения, Джулиан, стащив ленту с ее густых волос, использовал ее, чтобы нежно обвязать ей запястья.

– Ты больше никогда не оставишь меня! – прорычал он ей в ухо, затем лизнул языком влажное местечко, оставленное его дыханием. Она лишь вздохнула, и этот звук пробежал у него по позвоночнику, делая его тверже, чем он когда-либо считал возможным.

Гладя ее кожу большими, чуть шершавыми ладонями, он впервые смог как следует рассмотреть восхитительно изысканное тело своей жены. Груди, которые когда-то казались маленькими и изящными в лунном свете, сейчас заполнили его ладони.

Они были крайне чувствительными, обнаружил Джулиан к их обоюдному восторгу, и некоторое время он просто обводил их по периметру теплыми ладонями, лишь мимоходом касаясь затвердевших вершинок. Когда Иззи выгнулась и протестующее застонала, он зажал набухшие, потемневшие соски между пальцами и мягко сжимал и тянул их до тех пор, пока она не начала извиваться в мучительном наслаждении.

Улыбнувшись ей с коварным удовлетворением, он прорычал:

– Скажи мне. Скажи это.

– Я… поцелуй их. О, пожалуйста, поцелуй! Вскрикнув от удовольствия, когда он нежно зажал сосок зубами и стал легонько посасывать, она замотала головой из стороны в сторону, возбужденная до немыслимых

пределов. Бедра ее неосознанно раздвинулись, ноги беспокойно заскользили по простыне.

Он переключил свое внимание на слегка выступающий живот. С благоговейной дрожью в руках Джулиан погладил маленькую выпуклость. Прижавшись нежным поцелуем к пупку, он проложил дорожку из поцелуев вниз к каждому колену, избегая манящего треугольника между ног.

Иззи извивалась, дыхание ее вырывалось неровными, судорожными вздохами, когда она пыталась дотянуться до него.

Джулиан потянулся к основанию ее бедер, лаская мягкую плоть кончиками пальцев. Почувствовав, как она тут же увлажнилась, Джулиан понял, что она уже готова принять его. Ощутив аромат ее первого нектара на своей руке, он почувствовал, что не в силах больше ждать.

– Ах, любимая, я хотел бы дать тебе гораздо больше…

– Потом! – прервала она его. – Ты нужен мне сейчас, сию же секунду, любовь моя!

Услышав это, Джулиан едва не взорвался. Зная, что дальнейшие исследования и в самом деле придется отложить на потом, многие и многие «потом», он лег на нее – и только сейчас обнаружил, что почти полностью одет.

– О, проклятие! – вскричала Иззи и, прижав его к кровати, стала срывать с него одежду, если и без особой ловкости, то с огромным энтузиазмом. Ему было все равно. С ее помощью он в рекордное время оказался, в чем мать родила.

Ее волосы, рассыпавшиеся по его телу, были как прохладный шелк на огне. Он мягко намотал волнистые пряди на кулаки. Иззи двинулась вверх по его телу, шепча неразборчивые клятвы между поцелуями, которыми осыпала его трепещущую, покрытую испариной кожу. Он не мог расслышать ее слов, но хотел. Ему необходимо было знать, что она так горячо обещает, губами лаская его плоть.

Он притянул ее губы к своим и потребовал сказать ему. Она лишь рассмеялась своим теплым, сладостным смехом, который уже давно пленил его сердце. Он заглянул ей в глаза, твердо намереваясь узнать ее секрет.

– Скажи мне, – прорычал он. Когда она встретилась с напряженностью его голодного взгляда, вся игривость пропала с ее лица.

Заскользив вперед, пока ее тело не оказалось с ним сердцем к сердцу, она легонько куснула его за ухо и прошептала:

– Я люблю тебя.

С первобытным рычанием он схватил ее за талию и подмял под себя. Она ощущала его обнаженную плоть на своей, жар его кожи… Едва у нее промелькнула мысль, что обнаженный он еще прекраснее, Джулиан коленом раздвинул ей ноги, прижался к ней горячей плотью и вошел в нее.

Иззи ахнула, затем сладострастно вздохнула. Видеть ее под собой с великолепной копной волос, рассыпавшихся под ним, было куда более мощным возбудителем, чем любая самая смелая фантазия. Приподнявшись над ней на вытянутых руках, Джулиан вновь вошел в нее, затем вышел.

Когда она протестующе застонала, он лишь обнажил зубы в первобытной улыбке, затем снова быстро заполнил ее. Вновь и вновь распалял он ее желание медленными выходами и быстрыми, мощными толчками. Раз, за разом погружаясь в нее, он наблюдал за ее лицом.