Ночной дурман
Шрифт:
В моем списке кровососов вампиры тоже значились.
Деклан кивнул:
— Большинство людей не знают об их существовании. Они успешно скрываются уже очень давно.
М-да, водичка сейчас пришлась бы кстати.
— Это же всего лишь сказки.
Он скривил губы в очередной ледяной ухмылке.
— Прости, что именно я развеваю эту иллюзию, но вампиры вполне реальны.
Я ждала, когда же он наконец засмеется. Хотя, конечно же, не дождалась.
— Я не верю тебе.
— Не имеет абсолютно никакого
В желудке все перевернулось.
— Что ж, хорошо, потому что это самое бредовое заявление, которое я только слышала.
— Да ну?
— Если бы вампиры существовали, о них бы все знали. В новостях только об этом и говорили бы.
— Я смотрю, ты для себя все замечательно уяснила.
Снова сарказм. Вообще-то к сарказму, разбавленному юмором, я привыкла, общаясь кое с кем из своих друзей, да и сама обожала отпустить пару саркастичных замечаний. Но у Деклана все выходило по-другому. Далеко не весело. Скорее, насмешливо. И даже грубо.
Он бросил взгляд в зеркало заднего вида, и последний намек на юмор окончательно исчез с его лица.
— Большинство вампиров предпочитают скрываться под землей. Некоторые, правда, выбираются на поверхность и отправляются в крупные города, где ищут себе жертв. Но с ними расправляются.
— Расправляются, — повторила я.
— Чаще всего в рукопашной, потому что вампира сложно убить иначе. Пули им нипочем. Охотники не всегда выходят из схватки целыми. И, как правило, долго не живут. Ну, ты понимаешь, о чем я.
Шрамы Деклана. Те, которые изрезали левую сторону лица. Покрывали все руки. Пересекали живот.
— Ты один из охотников? — недоверчиво уточнила я.
— Ну надо же, и как ты догадалась?
— Потому что выглядишь так, будто тебя пару раз через мясорубку пропустили.
— Это был риторический вопрос. — Он коснулся повязки. — Мне не раз доводилось схлестываться с вампирами. К несчастью, хоть мои раны и заживают быстрее, шрамов остается больше, чем на обычном человеке.
Странные слова он выбирает — «чем на обычном человеке».
— Так ты… не человек?
Скривив губы, он ответил:
— Не совсем.
Так, ладно, пусть меня и отравили, сделали свидетельницей убийства и похитили, но разницу между смешным и несмешным я все еще понимала. Мне не нравилось, как Деклан играет на моих нервах и выдает неполные ответы, когда моя жизнь висит на волоске.
— Дай угадаю. Ты вампир?
— Будь я вампиром, то не разгуливал бы днем по улицам. Именно поэтому вампиры предпочитают отсиживаться в подземельях.
— Потому что на солнечном свету они рассыпаются в прах.
— Нет. Потому что солнце выжигает им глаза, и так их гораздо легче убить. Днем им приходится прятаться от солнца. Самые же умные прячутся все время.
Взгляд в окно убедил меня, что полуденное
— Тогда кто ты?
На скулах Деклана играли желваки, и в том выражении, что я могла хоть как-то разобрать на изрытом шрамами лице, не проскальзывало ни искры смеха.
— Это не имеет никакого значения.
— Кто ты? — настаивала я. Либо он мне тут вешал лапшу на уши, либо был окончательным — и очень опасным — психом. Причем я склонялась к последней версии. — Ты сказал, что не человек. Не совсем человек.
Он не ответил. Это разозлило меня еще сильнее.
— Я всего этого не просила. Если хочешь, чтобы я не выкидывала фокусы, пока ты везешь меня к своему отцу, чтобы тот смог избавить меня от яда, ты должен мне все рассказать.
Еще один хмурый взгляд.
— Мне стоило тебя связать и заткнуть рот кляпом, когда была такая возможность.
— Почему же ты этого не сделал?
— Не привык перевозить живые грузы. — Снова посмотрев в зеркало заднего вида, он поднял руку и поправил его. — Нам еще долго ехать.
Не совсем тот ответ, которого я ждала.
— Сколько это — долго?
— Пять часов.
Я взглянула на часы на приборной панели. Если они шли правильно, значит, без сознания я провалялась где-то около часа. Шесть часов езды от Сан-Диего. Уйма вариантов.
— Так ты скажешь мне, кто ты такой?
Смогу ли я разозлить его достаточно сильно, чтобы он потерял самообладание? Это безликое выражение, казалось, к нему так и приклеилось. Может, размахивая руками перед львиной мордой, я рискую потерять конечности, но вдруг мне удастся отвлечь его и тем самым получить столь нужный шанс на спасение? У меня ведь уже получилось пустить ему кровь. Он не какой-то там робот.
Я не знала, смогу ли сбежать и добраться до ближайшего телефона, но я привыкла доверять своим инстинктам. А теперь они почему-то говорили мне держаться рядом с Декланом.
Он сказал, что не бьет смертных женщин. Надеюсь, это правда.
— Ну? — не отставала я.
Пару секунд он молчал.
— Я как-то не привык к роли допрашиваемого.
— Ах, ты больше привык добиваться ответов, приставив пушку к голове жертвы?
— Умная девочка.
— Ты не вампир и не совсем человек. Кто же ты?
— Я дампир, — последовал ответ после долгой паузы. Он произнес это так тихо, что я с трудом разобрала.
— Дом пир? — Я недоуменно покачала головой. — Что за фигня?
— Дампир, — повторил он. — Моя мать была человеком, а отец… настоящий отец. — Деклан заметно напрягся. — Он был вампиром.
Я моргнула.
— Значит, ты полувампир?
Деклан снова уставился на трассу.
— Да.
На несколько долгих минут повисло тяжелое молчание.
Во рту у меня окончательно пересохло.