Ночной дурман

Роуэн Мишель

— Много читаешь? — рассеянно спросила я, пока мы шли мимо.

Маттиас кивнул:

— Собираю книги о магии.

— Магии?

— Гарри Гудини был моим хорошим другом, и он пробудил во мне интерес к миру волшебства. — На губах Маттиаса заиграла улыбка. — Я предлагал его обратить, но он отказался. Считал, что сумеет заполучить бессмертие иным путем. И, насколько мне известно, даже преуспел.

— Он же умер.

— Так принято считать. Ты ведь знаешь, он славился на весь мир своими трюками с исчезновением, так что я не верю, что он покинул нас навсегда.

— Куда

мы идем?

— К тому, кто сумеет нам помочь.

— В чем?

— Мне надо выбраться на поверхность. — Маттиас стиснул зубы.

До меня вдруг дошло, зачем.

— Девочка. Хочешь ее забрать?

— Да.

— Но почему? Кэтрин ведь от тебя сбежала. Это же о чем-то говорит, разве нет?

— Чего бы там Кэтрин ни хотела, от своей дочери я не откажусь. Не теперь, когда знаю о ее существовании.

— Доктор Грей о ней позаботится.

Его глаза полыхнули гневом:

— Ты даже не представляешь, кто такая эта Моника Грей. Она всю жизнь убеждала людей, что я чудовище. Но настоящее чудовище здесь Моника, осознает она это или нет. Я ведь рассказывал тебе о Кристофе и девочке-дампире?

Я изо всех сил пыталась забыть ту историю.

— Рассказывал.

— Кристоф входил в тайное общество под названием «Амарантос», члены которого убеждены — кровь дампира-ребенка женского пола дарует им истинное бессмертие. Хотя вампир способен прожить невероятно долго, и ни одна человеческая болезнь его не берет, все равно он уязвим. Кристоф верил в силу ритуала и со многими женщинами, хотели они того или нет, пытался зачать подобного ребенка. Когда же ему это удалось, он убил свою дочь, выпил ее крови сам и заставил другого вампира.

Во время этого рассказа у Маттиаса то и дело перехватывало горло, а в глазах отражалась боль, с которой он вновь проживал те жуткие события.

— Тот другой вампир… это был ты? — Мой голос дрогнул.

— Он связал меня и силой напоил ее кровью. — Не вдаваясь в дальнейшие подробности, Маттиас отвернулся.

Я вздрогнула:

— И это правда? Ты теперь абсолютно бессмертен?

— Точно не известно. Знаю лишь, что это была бесцельная трата одной крохотной жизни. Я и раньше догадывался, что Кристоф тот еще монстр, но с доказательствами лично не сталкивался. Его последователи верят каждому его слову. Все эти годы они таились во мраке, выжидая шанса найти его и снова сделать предводителем вампиров. Они считают, что я живу лишь собственными удовольствиями, не заботясь о своем народе, но это не так. Я должен питаться сексуальной энергией не реже, чем кровью, иначе слабею. С Кристофом та же история.

Я была вконец сбита с толку.

— Так что, все вампиры кормятся сексом?

— Нет. Молодые — нет. Но с годами эта потребность усиливается, и такие вампиры, как я и мой брат, сопротивляться ей уже не могут.

— Постой-ка. Кристоф — твой брат?! — потрясенно перебила я.

— Да.

— И ты запер его, чтобы он не мог больше никому навредить.

— Я не мог его убить, даже несмотря на все, что он сделал. Но он должен был заплатить за свои грехи. — Побледневший Маттиас отрывисто кивнул. — Из-за этого ритуала «Амарантос»

очень ценят девочек-дампиров. Так что я знаю, что моя дочь в большой опасности, и должен ее защитить.

Вот теперь все мои сомнения насчет Маттиаса развеялись. Страх перед ним, все такой же пронзительный, остался, но мое первое впечатление о короле вампиров как о безжалостном убийце и насильнике изменилось.

Он вовсе не насиловал мать Деклана. Деклану много лет врали. Ему рассказывали басни, чтобы воспитать в нем ненависть к вампиру, которого он никогда не встречал, создавая из дампира оружие против того, кто якобы виновен в смерти его матери.

— Ты мне поможешь? — спросил Маттиас.

— Да. — Это простое слово не могло выразить всего, что я сейчас чувствовала. Понимала ли доктор Грей, насколько опасно иметь в своем распоряжении дампира, особенно девочку? Если кто-то узнает, он попытается похитить ее. Убить. Выпить ее крови в надежде, что это сделает его неуязвимым.

Эта девочка — полная моя противоположность.

Моя кровь — мгновенная смерть для вампира. Ее кровь — вечная жизнь.

Нам встретилось несколько человек, но Маттиас даже головы в их сторону не повернул. Мы же с ним незамеченными не остались. Все, кто ни попадался на нашем пути, пристально на нас глядели. Я заметила на лицах настороженность, некоторое опасение и ярость из-за того, что такая опасная нежеланная гостья, как я, свободно разгуливает под ручку с действующим королем.

Стоило нам завернуть за угол, как дорогу преградили двое мужчин.

— Маттиас, — протянул один. Я с тревогой узнала в нем Девиса. Он сжимал нож. — Боюсь, мы не можем тебя пропустить.

— Это она? — спросил второй. Он тяжело задышал, а его глаза заволокло черным, значит, он был вампиром. — Носительница «Ночного дурмана»?

— Она, — подтвердил Маттиас.

— Какого черта ты еще не убил ее? — рявкнул Девис. — Если бы ты это сделал, выбрался бы из передряги живым. Даже сейчас, пока ты не сообщил нам, где Кристоф, я не могу тебя прикончить.

— Вам никогда не найти моего брата, — отрезал Маттиас.

— Ошибаешься. И когда мы его найдем, он дарует бессмертие всем слугам крови, мы с ним выйдем на поверхность и возьмем у людей то, что там надо. Настало время Кристофа.

— Уйди с дороги.

— Нет.

— Посмотри на меня, — велел Маттиас Девису.

— Чтобы ты заморочил мне голову и заставил выполнять приказы? Обойдусь. С меня хватит.

Маттиас покосился на вампира, который разглядывал меня так, будто я была мороженым, которое ему безумно хотелось лизнуть.

— Я попробовал ее, — заметил Маттиас. — Не смог устоять. Видишь следы на ее горле? Мой укус. И ничего не произошло. Это всего лишь уловка, чтобы заставить нас бояться врагов.

— Врешь, — прошипел вампир.

— Нет, не вру. На вкус ее кровь такая же восхитительная, как на запах. Думаешь, я сумел бы воспротивиться?

— Стой, не надо, — начал Девис. — Это не Маттиас ее…

Однако прежде чем он успел договорить, вампир меня схватил, причем далеко не деликатно. Он откинул мне голову и жадно вцепился клыками в шею.