Ночной десант

Мейер Боб

Задуманная операция может иметь успех лишь при условии, что удары будут нанесены по крупнейшим лабораториям. Если нам это удастся, наркобизнесу в Колумбии будет причинен серьезный ущерб.

– Какая у них система безопасности? – задал вопрос Пауэрс.

– По моим оценкам, крупную лабораторию охраняют от двадцати до тридцати человек, вооруженных самыми современными автоматами и пулеметами. Есть сведения, что на их вооружении находятся и ракеты класса «земля – воздух» против вертолетов, чему, зная финансовые возможности наркомафии, вполне можно поверить.

Имея

огромные деньги, наркобароны могут позволить себе практически любые затраты на безопасность. Имеются сведения об иностранных наемниках, которые обучают солдат наркокартеля и в ряде случаев выполняют заказы на убийства Мне говорили, что среди них встречаются американцы, но в основном это немцы и израильские военные.

В прошлом не раз бывали стычки между наркобаронами за сферы влияния. Как я уже говорил, в настоящее время там заправляют три самых влиятельных главаря. Совместно их называют картелем, но это отнюдь не означает согласованности в их действиях. Первый по имени Суарес базируется в Медельине. Второй контролирует Боготу и Барранкилью. Это Ахате, но ходят слухи, что в этой группировке произошел переворот и ныне там правит человек, о котором известна лишь кличка – Золотое Кольцо. В прошлом он служил у Ахате главой банды наемных убийц. Третий и последний, Рамирес по прозвищу Акула, властвует на побережье у Картахены.

Каждая часть картеля содержит свою армию. К примеру, банда Рамиреса называет себя «терминаторами» и оставляет на телах убитых след пуль в форме буквы Т. Еще есть «Рэмбо», банда Германа Ботеро, «Черное знамя» и прочие. Между прочим, среди платных убийц немало женщин.

– Колумбийский наркокартель – сбалансированная, мощная и абсолютно беспощадная организация, – заключил Стивенс. – Если бы началась война между правительственными войсками и наркокартелем, я бы сделал ставку на последний.

14:00

Наконец-то Райли собрался с духом, чтобы начать разговор с новым командиром группы 055. Во-первых, пришла пора принимать конкретные решения, чем по идее должен был заняться командир, во-вторых, хотелось узнать, что он думает по поводу операции.

Тяжело вздохнув, Райли встал и отправился к капитану. Постоял у его стола в ожидании момента, когда офицер заметит его присутствие.

Наконец Вон вскинул голову.

– Простите, сэр, мне кажется, нам бы не помешало обсудить кое-что вдвоем.

– Отличная идея, – согласился Вон. – Я как раз хотел обговорить некоторые детали.

– Мы можем пройти в кабинет генерала, – предложил Райли. – Он отбыл в Пентагон, чтобы скоординировать элементы поддержки.

Так они и поступили. Офицер уселся в кресло, а Райли устроился на краешке стола.

– Сэр, я думаю, с самого начала вам надо знать, что я не привык служить в отряде под командой офицера. Я руководил командой с тех пор, как больше года назад мне присвоили нынешнее звание. Так что мы оба оказались в положении, новом для обоих из нас. Надеюсь, мы сможем организовать работу так, чтобы не навредить общему делу.

В действительности они находились в неравном положении. Новым для Райли было появление непосредственного начальника, но служба

в спецназе была делом привычным, а для капитана все было внове. Райли рассчитывал, что Вон воспользуется его опытом, а в обмен был готов поддержать капитана и многому его научить.

Судя по ответу Вона, он либо не оценил предложения своего заместителя, либо не желал его принимать.

– Я все понимаю, в том числе и то, что тебе трудно согласиться с необходимостью подчиняться моим приказам. Но давай не будем забывать что мы оба служим в армии. Согласен, что у меня нет опыта службы в спецназе, но я четыре года командовал ротой в 82-й авиадесантной дивизии, и у меня неплохо получалось, как говорят. Так что я в курсе дела.

– Сэр – стоял на своем Райли, глядя капитану в глаза, – вы вскоре поймете, что у нас иные порядки, которые имеют мало общего с 82-и дивизией. Я сам прослужил два года в авиадесантной дивизии, когда поступил в армию, и знаю разницу. В спецназе другая жизнь, которой на курсах не учат.

– Не вижу необходимости вносить новые элементы в наши действия в ходе данной операции – возразил Вон. – На мой взгляд, все предельно ясно и понятно. Похоже на учебное задание в школе рейнджеров. Мы проникаем на территорию противника, уточняем цель и вызываем огонь.

Райли потер лоб. «Хорошо, что мама научила меня терпеть», – подумал он.

– Сэр если уж честно, то главная разница между спецназом и дивизией состоит в том, что мы действуем сами по себе. Это команда: вы и нас одиннадцать. Во-вторых, все не так просто, как представляется на первый взгляд. Наша операция может показаться несложной, но у меня на этот счет нехорошее предчувствие.

Судя по выражению лица Вона, он пытался понять, не прозвучала ли фраза «одиннадцать к одному» скрытой угрозой. Видимо, он так ничего и не решил и прицепился ко второму замечанию.

– О каком дурном предчувствии ты говоришь?

– Сэр, я всегда стараюсь найти мотив и в данном случае хочу понять, что за всем этим кроется? Почему, спрашивается, колумбийское правительство решило нацелить нас на лаборатории по производству кокаина? Ведь, если верить информации специалистов, между правительством и наркокартелем нет открытой вражды. Напротив, существует некий негласный союз, по условиям которого одна сторона обязуется не вмешиваться во внутренние дела другой. Отсюда вопрос: почему возникли разногласия?

Вон глубоко задумался. Казалось, из-за умственного напряжения от него вот-вот пойдет пар.

– В твоих словах есть доля правды, но я не думаю, что нам дано знать, что и почему. Очевидно, там произошли какие-то сдвиги, о которых мы не догадываемся. На мой взгляд, наша единственная забота – это избежать засады. Мы получим ответ при нанесении первого удара. Если потерпим неудачу, значит, нас подставили.

К счастью, капитан оказался вовсе не дураком и правильно оценил обстановку.

– Именно это меня и тревожит, сэр. Самый важный – первый удар. Поскольку нам все равно предстоит разделиться, я просил бы вас не отправлять вторую группу, пока не выяснится, что первая успешно справилась со своей задачей.