Ночная леди

Лафой Лесли

Дрейтон согласно кивнул.

– Кроме наполнения желудка, Дадли целыми днями занят с портными, которые расставляют его одежду и шьют новые костюмы большего размера, соответствующие его увеличивающемуся объему. Другой бы не выдержал и давно похудел, а он…

Кэрри вздохнула и бросила на мужчин предупреждающий взгляд, который сразу стер ухмылки с их лиц.

– Что до портных, – сказала она, вынимая из стопки почтовых отправлений завернутую в бумагу пачку перетянутых завязкой листов, – сегодня мы получили последний каталог платьев

от мадам Дюпре. Кто хочет взглянуть?

Йен и Дрейтон отрицательно замотали головами. Фиона хотела уже отложить пачку в сторону, но тут Шарлотта вдруг спросила:

– Кто такая мадам Дюпре?

– Это дама, которая придумывает фасоны платьев, – объяснила Кэрри, передавая Шарлотте каталог.

Взяв чашку, Фиона, заслоняясь ею, заранее знала, что задумала сестра.

– Ну как, – поинтересовалась Кэрри, – что вы думаете об этих платьях, Шарлотта?

– Ну, – девочка аккуратно складывала листы в стопку, выравнивая ее края, и медлила в поисках дипломатичного ответа, – в Англии совсем другие фасоны, а в Индии никто так не одевается.

– У мадам Дюпре свой взгляд на моду. – Кэрри засмеялась.

– Мне нравится вот этот цвет. – Шарлотта полистала страницы и отыскала нечто с нелепым турнюром и огромными рукавами ярко-синего цвета. – У нас дома были павлины, и, хотя это не очень-то приятные птицы, я всегда думала, что они очень-очень красивые.

Кэролайн склонилась над рисунком, потом снова откинулась в кресле.

– Пожалуй, вам пойдут эти тона, – сказала она, одобрительно кивая. – Смело можете заказывать наряды таких цветов.

Шарлотта просияла, но вдруг ее лицо омрачилось.

– Боюсь, все равно никто не взглянет на меня, по крайней мере, так, чтобы можно было принять взгляд за комплимент.

Фиона увидела, как погрустнели глаза Йена. Вероятно, он хотел сказать девочке что-нибудь утешительное, но Кэролайн опередила его, избавив от необходимости вмешиваться.

– Шарлотта, милая, – она положила ладонь на руку девочки, – напрасно вы себя недооцениваете. – Она взглянула на Йена и улыбнулась: – У вас есть планы на сегодняшний день, Йен?

– Никаких, кроме уже осуществленного побега, – осторожно ответил он. – Я думал, Фиона нам что-нибудь подскажет.

– Что ж, замечательно. Тогда давайте займемся гардеробом для Шарлотты.

– О нет! – Глаза Шарлотты широко раскрылись. – Я не…

– Кэрри такой модельер, до которого мадам Дюпре далеко, – тихо сказала, нагнувшись к девочке, Фиона. – Поверьте мне, Шарлотта. Вам ведь хочется заняться своим гардеробом, не правда ли?

Шарлотта сглотнула и сделала глубокий вдох.

– А это удобно?

– Очень удобно, – громко объявила Кэролайн. – Заканчивайте завтракать, дорогая, и сегодня нас ждет великолепное приключение.

Шарлотта посмотрела в свою тарелку и отложила вилку:

– Честное слово, больше не могу съесть ни кусочка.

– Тогда забирайте этот каталог мадам Дюпре, и мы отправляемся, – Кэролайн

встала, собрала почту и протянула ее Дрейтону: – А ты, дорогой, просмотри остальное. – Кэролайн отодвинула кресло Шарлотты от стола и вывезла его из столовой.

Удивляясь тому, как расширяются рамки приличий, когда на пальце у женщины появляется кольцо, Фиона обдумывала неожиданно открывшиеся перспективы. Самая приятная из них заключалась в возможности провести много времени с Йеном, но она же была и самой безрассудной.

– Я слышала, что сегодня доктор Фуллер читает лекцию о причинах возникновения и методах лечения подагры.

Йен кивнул:

– Думаю, ему известно о подагре все.

– Но вам неинтересно слушать эту лекцию, так? Хорошо, вычеркнем из списка сомнительную лекцию. А что вы скажете насчет пикника в зоопарке?

– Вот это мне нравится. – Уголки губ Йена медленно поползли вверх. – У вас нет возражений, ваша светлость?

– Дрейтон, – поправил тот, не отрываясь от газеты. – Никаких возражений, только небольшой совет, если позволите: держитесь подальше от обезьян. Эти милые животные очень любят бросать в посетителей разные неподходящие предметы.

– Принято к сведению.

Прежде чем Дрейтон смог бы вызваться сопровождать их, Фиона поднялась со стула:

– Пойду скажу повару, чтобы нам приготовили корзинку с едой. Я скоро.

Йен смотрел ей вслед, завороженный колыханием ее юбок, и благодарил моду за платье, которое идеально подчеркивало узкую талию и плавные изгибы безупречных бедер. К сожалению, домашние платья неизменно шились закрытыми до шеи, но облегающий лиф компенсировал этот недостаток, не давая зачахнуть его воображению.

Не сразу вспомнив, где находится, Йен неловко кашлянул.

– Вопреки тому, что вы видите, я прилагаю все усилия, чтобы оставаться джентльменом и руки держу при себе.

– Мне тоже долго пришлось бороться с собой. – Дрейтон понимающе кивнул. – Но я проиграл эту борьбу, к чему и вы близки. – Он бестрепетно встретил взгляд Йена. – Все мы люди, и я не могу ожидать, что вы окажетесь таким праведником, каким не удалось быть мне. Но помните, когда вы перейдете границу, то должны будете оправдать мои ожидания.

– Которые по большому счету не расходятся с моими. – Йен улыбнулся. – Предупреждение принято во внимание, ваша светлость.

– Скажите, вас интересует политика? – поинтересовался Дрейтон.

Несколько мгновений Йен решал, что выбрать – честность или семейную гармонию, и наконец нашел компромиссное решение.

– Меня волнуют определепные аспекты социальной реформы. Если участие в политической жизни поможет добиться результатов, я буду очень рад.

Дрейтон отложил газету, поставил локти на край стола и улыбнулся, а Йен сделал медленный вдох и, чувствуя себя птичкой в когтях у кошки, решил пожертвовать собой, чтобы произвести благоприятное впечатление на будущего родственника.