Ночная леди

Лафой Лесли

– Йен…

Он остановил ее движением руки.

– Я прекрасно понимаю ваши колебания относительно того, принимать или не принимать мое предложение. До сих пор я обнаруживал лишь полное отсутствие мыслительных способностей и исключительный эгоизм. Более того, я воспользовался вашим добрым сердцем, чтобы решить проблемы с Шарлоттой. Слишком длинный список непозволительных проступков… – Йен натянуто улыбнулся. – По правде сказать, я бы не вышел за себя замуж…

– И все же вы способны увидеть свои ошибки – это говорит в вашу пользу. – Фиона наконец улыбнулась. –

Как и то, что вы способны искренне просить прощения.

– Да, но остается выяснить, способен ли я вести себя по-другому и научиться другому. Мне не хотелось, чтобы замужество стало для вас длинной чередой разочарований и обид, перемежающихся время от времени извинениями, которые ничего не меняют. Едва ли такая повседневная семейная жизнь может показаться сколько-нибудь привлекательной…

Фиона некоторое время молчала, а затем робко подняла на него глаза:

– Могу задать вам вопрос?

– Конечно. Спрашивайте все, что хотите.

– Вы не находите меня физически привлекательной? То есть… – Фиона помедлила. – Я, как мне кажется, не вдохновляю вас, как…

– Как ваша тетя Джейн?

– Да.

Медленно проведя пальцем по линии ее подбородка, Йен шепнул:

– Я явно перестарался, желая оправдаться.

Простая ласка рассеяла ее последние сомнения. Необыкновенное тепло разлилось по ее телу, и Фиона, положив руки на лацканы его пиджака, смело посмотрела ему в глаза:

– Я буду глубоко признательна вам, Йен, если вы почувствуете себя полностью оправданным и перестанете изображать святого.

– С большим удовольствием. – Он наклонился и медленно поцеловал ее в губы. Его руки медленно притянули Фиону к себе, и она крепко прижалась к его груди, счастливо отдаваясь желанию, которое он так легко и быстро разжег в ней.

– О, прошу прощения!

Йен бросил быстрый взгляд в сторону дверного проема, но там уже никого не было. Потом он улыбнулся Фионе, и она нежно отвела с его лба прядь черных волос. Боже, разве найдется во всем мире более потрясающий мужчина? И подумать только, он захотел стать именно ее мужем!

– А знаете, я ведь пришел сюда, чтобы предложить вам отказаться от моего предложения! Но поскольку нас застали в столь интимный момент, я вынужден сделать предложение снова.

– Леди Фиона Тернбридж, – Йен глянул ей в глаза, – могу я просить вас о чести получить право защищать вас и вашу репутацию до конца моей жизни?

Сердце Фионы мгновенно растаяло.

– Разумеется, можете.

Широко улыбаясь, Йен опустил руку во внутренний карман пиджака.

– Я постоянно ношу это с собой, чтобы воспользоваться первым моментом вашей слабости, если таковой случится. – Он подал ей маленькую коробочку, обтянутую зеленым бархатом: – Надеюсь, это вам понравится.

Затем Йен с удовольствием наблюдал, как расширились глаза Фионы, когда она взяла из его рук коробочку и медленно открыла ее. Тихий возглас удивления вырвался у нее, когда она взглянула на лежащее на черном атласе обручальное кольцо, украшенное бриллиантами и изумрудами.

Глаза Фионы, просияв от благоговейного восторга,

медленно переместились на Йена.

– Спасибо, Йен, – прошептала она.

– Я рад, что кольцо понравилось, но все же я не считаю обручение по-настоящему состоявшимся, пока жених не наденет кольцо на палец леди.

Фиона улыбаясь вернула ему коробочку и терпеливо ждала, пока он достанет кольцо, после чего протянула ему левую руку.

Йен осторожно надел украшенное драгоценными камнями кольцо на тоненький пальчик Фионы. Кольцо оказалось как раз впору, и он знал, что так будет, с первой секунды, когда увидел ею на витрине ювелирного магазина.

– Оно просто великолепно, и я даже боюсь его носить! – Она искренне радовалась тому, как кольцо смотрелось на ее руке.

– Надеюсь, вы все же перемените свое мнение…

Она сияющими глазами посмотрела на него:

– Я никогда его не сниму!

Некоторое время Йен обдумывал, как ему быть дальше. Обручение на словах, каким бы милым оно ни было, нельзя считать выдающимся достижением.

– Я слышал, что в таких случаях принято и допускается, чтобы жених и невеста поцеловались.

– Я тоже. Не можем же мы нарушать традиции… – В глазах Фионы появились лукавые искорки, она обхватила руками шею Йена. – Но мы не хотим, чтобы о нас заговорили, верно?

– Мне все равно, будут говорить или нет. – Йен склонился к ее губам.

Когда Йен наконец оторвался от сладких губ Фионы, она удовлетворенно вздохнула и посмотрела на него огромными глазами, цвет которых стал глубже от огня желания, который зажег его поцелуй.

– Я думаю, нам лучше всего на этом остановиться. Я должен оберегать вашу репутацию, а не губить ее, – твердо сказал Йен.

Фиона согласно кивнула.

– Мне кажется, вам нужно проводить меня обратно в бальный зал, – сказала она, поправляя лиф платья.

Йен церемонно подал ей руку.

– С нетерпением жду времени, когда мы сможем отклонять предложения на светские вечера, чтобы посвятить себя гораздо более приятным развлечениям.

Ее щеки порозовели, и Фиона, улыбнувшись, взяла Йена за руку, после чего они покинули балкон и направились в танцевальный зал.

Глава 12

Сбросив изящные туфли, Фиона вздохнула, а затем опустилась на диван, не заботясь о том, чтобы не помять бальное платье.

– Надеюсь, ты очень довольна собой, да? – лукаво обратилась к ней Симона, тоже сбрасывая туфли. Положив веер на каминную полку, она опустилась в кресло, стоявшее рядом с камином.

– Почему бы и нет? – Фиона вытянулась во весь рост на диване. – Это был потрясающий вечер. Йен вел себя так, как я не могла бы представить в самых смелых мечтах, и снова просил меня выйти за него замуж. На этот раз он был по-настоящему искренен. – Она вытянула руку и покачала пальцем, так что на бриллиантах заиграли блики света. – Прекрасное кольцо, подарок самого лучшего человека на земле, и на балу меня сопровождал самый красивый мужчина во всем Лондоне. Все женщины завидовали мне черной завистью.