Шрифт:
Танцы с луной
Считать звезды, будучи взрослой,
Не так интересно, не те запросы.
Не спать ночью, читать – и в слезы,
Не та амплитуда, другие занозы
В душе заседают, снедая серьезно,
Вонзая кинжалы под ребра вопросом:
«Когда мы успели стать взрослыми?»
И спорить с собою, бывает, курьезно,
О том, почему мы не спим по ночам.
За то ли ниспосланы
Ночные тревоги, звонки, разговоры,
Стихи, и книги, и танцы, и стоны?
Не спать до утра, не ждать его, злиться,
Что мерзкий будильник не дал позабыться.
Не дал станцевать он в звездной тиши
Под песню одной влюбленной души.
И кофе замажет нам утром усталость,
Чтоб громче в ночи нам с луной танцевалось.
Чтоб пелось нам звонче от вкуса вина,
Пока всем в тиши заправляет она.
Плачу лишь я
Моя любовь не мерится часами —
Её измерит лишь твоя любовь.
Моя любовь не может ждать годами —
Она качает в твоих венах кровь.
Меня не мучают догадки —
Я знаю о тебе не вскользь.
И не хочу играть я в прятки —
Ведь ты – ответ на мой вопрос.
И коли я жива в стихах,
То ты диктуешь мне слова.
И если вся любовь – борьба,
Я чемпион из-за тебя.
И если стоит твой покой
Моих без звёзд ночей без сна —
То мой расчёт с тобой такой:
Ты лишь берёшь. Плачу лишь я.
Но так хотелось мне сиять!
Ты уже подобрал для меня
Там широкую темную полку,
Где красиво стояла бы я,
Создавая в тиши обстановку.
И любой бы, кто ни пришел,
Стал бы спрашивать про находку:
«Где купил? Сколько денег отдал?
Перерыл ли всю барахолку?»
Позже главный твой экспонат
Стал бы всем не столь интересен.
Вот уже ты не главный фанат
И меня вдруг футболкой завесил.
Громкий шум создала я, упав
С той несчастной запыленной полки.
Бриллиант на сотню карат -
А разбилась не хуже дешевки.
И ты даже не вспомнил, сметя
Все в совок свой метелкой,
Горку мусора из хрусталя,
Что была украшением полки.
Ведь могла я и дальше стоять,
Украшать темноту потихоньку.
Но
А не пылиться втихомолку.
Мечта
Не позволяй мечте пылать
из-за трухи чужих ли мнений,
по воле ль собственных сомнений.
Не позволяй мечте сгорать!
Не разрешай мечту сжигать
в плевках из желчи чьих-то взглядов,
подобных тысячам разрядов.
Не разрешай мечту сжигать!
Не доверяй мечту другим,
кто уж разжег костер опилок,
того, что прежде без заминок
любили называть своим.
Коли ты дашь мечте сгореть
на пепелище чуждых мнений,
то без каких-либо сомнений
настанет твой черед гореть.
И в шелесте звезд…
И в шелесте звезд, укутавших небо,
И в волнах морей, воспевших восход,
Искал и искал он свою Ариадну,
Чей ниток клубок ей однажды помог.
То были не птицы, зовущие солнце,
То вой был сирен, возвестивших закат.
А ноги исколоты были не танцем,
Кровь капала с них от колючих преград.
Звезда обещала ему снять тревогу,
Большая звала его дальше идти.
Он голосу внял. Тот голос – дорога,
Улыбка Ее, что сияла в ночи.
Дорогу у нас ту зовут бесконечность.
Уж годы прошли – он все так же в пути.
Забыл он, что ищет: звезду или вечность?
Клубок всё при нем, нужно лишь распустить…
Такая любовь
Я картины с тебя бы писал бесконечно,
Я стихами заклеил бы дома все стены,
Я цветы б подарил, что стояли бы вечность,
И в ночи бы шептал: «Мне нужна только ты, ты, ты, ты».
А потом ты взяла и разбила б мне сердце.
Но не бойся: оно из стекла, и я склею его.
Это сердце любить не могло: закрыты в нем дверцы
От того, что горело, стучало когда-то давно.
Вот висят все портреты, пейзажи, тобой вдохновлены.
А бумаги хватило мне лишь на четверть стены.
Конец ознакомительного фрагмента.