Ночь

Михайлов Сергей Валерьевич

– Тупица, принеси мне моё кресло, – заворчала тётя Мэгги на своего зятя, – не могу больше сидеть на этом проклятом стуле: у меня уже вся задница болит и в синяках.

– Может, вам, мамаша, ещё и панталоны ваши постирать.

– Было бы не плохо.

– Хватит паясничать, Гарри, принеси маме её кресло.

– Ну, мамаша, – встал по-хозяйски хозяин из-за стула и пошёл за креслом, не забыв меж делом гордо поднять подбородок вверх и засунуть руки в карманы.

– «Вот это номер, у них настоящее кресло-качалка!

Где они его взяли?» – изумился Джонни, впервые в жизни увидев столь удивительный предмет, который был в целости и сохранности и который Гарри влачил с недовольством, лениво.

–Не стучи так по полу – разбудишь соседей.

– Так вам надо это чёртово кресло, мамаша, или мне?

– Меньше слов, тупица. Тащи, тащи его сюда….

– А можно мне на нём посидеть, тётя Мэгги, хотя бы несколько минут? – захлопала в ладоши Сьюзи.

– Конечно, детка, садись. Я пока, пожалуй, тоже схожу в ванную, припудрю носик, а ты, Гарри, ставь его поближе к камину – я люблю потеплее.

– Ну мамаша, – проскрипел он зубами, а затем любезно предложил Сьюзи присесть.

Сьюзи села и трижды качнулась на кресле.

– О, мамочки, как же удобно, – пролепетала она, – целую бы жизнь просидела в нём, покуривая папироски и попивая добротный виски… Хочешь попробовать, Джонни?

– Нет-нет, я пока лучше у камина постою.

– Как знаешь, но, если ты откажешься от такого невыносимо приятного безделья, твоя жизнь так и останется совсем серой до самой смерти.

– Сьюзи, ты уже пьяна, – махнул рукой Джонни.

– И что? Что ты хочешь этим сказать?

– А то, что….

– Тише, – перебил его Гарри и тут же спросил: – Слышите?

– О чём ты?

– Скрежет. Это «они», прячемся, – полуразборчиво проговорил Гарри и трусливо сиганул за диван. Следом за ним и остальные – все, кроме тёти Мэгги, которая всё ещё пребывала в уборной.

Никто не мог выпустить ни единого слова несколько минут. Часы тикали бесстрашно; как полоумные, они веселились перед смертью, перед огромным драконом, который мог в один миг их растоптать, испепелить и заткнуть на вечность.

– О, боже мой, Билли, где мой Билли, – тихонько от волнения заплакала Кэролайн.

– Тише, дорогая, тише, это не шутки, – одёрнув её за руку, трусливо и шёпотом велел муж.

– Не смей затыкать мне….

– Говорю же, замолчи, тсс, – сказал он и влепил жене лёгкую пощёчину.

После этого они замерли и лишь внимательно вслушивались, пытаясь уловить каждое чужое движение.

Спустя ещё немного распахнулась дверь туалета; появилась тётя Мэгги. Она поправляла свою одёжку, не обращая на внимания на всех остальных. Затем громко, недовольно, с иронией произнесла:

– Ну! Как-то скучно у вас тут стало. Неужели кто-то умер, пока я сидела на белом унитазе?

– Тсс, «они», «они»…прячьтесь, мамаша.

– И какого

чёрта вы делаете за этим диваном?

– «Они», «они», – повторял Гарри, указывая на окно.

Бабуля испуганно схватилась за подол своего халата и быстро побежала за диван, рухнув в одну кучу ко всем. Теперь они вопросительно смотрели друг на друга, не зная, что делать дальше. За окном, на улице, в самом деле кто-то был, или, быть может, что-то. Никто никогда не видел их, этих чудовищ, этих «они», но все боялись, потому что каждый, кто видел, непременно умирал.

Вся семья и все гости сидели смирно целых полчаса, пока вдруг за спиной трепещущей от страха своры не замурлыкал рыжий кот.

– Тише, Фрэнк, заткнись, – снова взяв его в руки, нашёптывала Сьюзи и разглаживала его красивую шерсть.

– Надо сходить закрыть окно, – вполголоса предложил Гарри.

– Так сходи и закрой – ты же его открывал.

– По твоей просьбе, Кэролайн, не забывай про это. Кому не хватало свежего воздуха? – посмотрел на неё он, а затем на своего гостя. – Эй, как там тебя, Джонни, сходи-ка, прогуляйся до окна.

– Что? Чёрта с два, Гарри, я не желаю умереть в этой квартире. По-моему, нам лучше вообще заткнутся.

– Мы же шёпотом, – прошептала Сьюзи.

– Да наплевать, что шёпотом – «они» гораздо умнее нас.

– Если бы всё было так, то «они» бы давно уже сожрали тебя, – заключил Гарри.

– «Они» не жрут людей – просто убивают. Это следует знать, Гарри, следует знать, как свои пять пальцев.

– Тогда чего же мы боимся? – удивлённо спросила Сьюзи.

– Что ты несёшь?

– Если «они» просто убивают, то можно просто и умереть. По крайней мере, мне не жалко просто умереть.

– Сьюзи, ты пьяна? – недовольно посмотрел на неё Джонни, – выброси эти глупости из своей головы.

– Ты уже говорил мне об этом….

– Но ты опять меня не слушаешь. «Опять не слушаешь…».

– Кажется, «они» ушли….

– Я бы не был так уверен, Гарри.

– А я уверен, парень… Ладно, чтоб вы сдохли, пойду и посмотрю…заодно закрою это проклятое окно.

– Куда ты собрался, Гарри, ты совсем потерял рассудок.

– Отвяжись, Кэролайн, – твёрдо решил тот и, собравшись с духом, вылез из-за дивана.

– Вот дурак, – тревожно прошептала ему в след жена.

– Пусть идёт – без него спокойнее будет, – уже без особого страха сидела тётя Мэгги, отвернувшись от окна и читая невесть откуда взявшийся у неё в руках развлекательный журнальчик.

– Что вы такое говорите, мама.

– «И зачем же ты притащила меня в этот дурдом, Сьюзи…».

– Всё в порядке, кролики, можете выпрыгивать из своих норок, – уже в полный голос произнёс Гарри, крепко закрыв окно.

– Ты уверен? – переспросил Джонни, высовывая из-за дивана напуганные глаза, уши и лоб.