Ночь Ягуара
Шрифт:
– Да, – отозвалась его жена, – мы как раз обсуждали эту запутанную последовательность случайностей, и что если она поймала рыбу, это еще не значит, будто она виновата в случившемся с Бобом.
– В этом есть смысл, но, с другой стороны, можно сказать, Цвику нужен был маленький укольчик. Что же до случайностей, то многие люди считают, будто они вовсе не случайны.
– Есть такая точка зрения, – произнесла Лола тоном, показывавшим, что она эту точку зрения не разделяет. – Но в любом случае я должна осмотреть больную.
– Хлопотный день, а? Я вообще удивился, увидев, что ты
– Ну, тебе пора бы усвоить: твоя жена не из лентяек. Дурью маяться не люблю, от безделья дома схожу с ума, вот и подумала, что мне лучше переменить обстановку. А тут эта пациентка. Интересный случай, парочка Добрых Самаритян подобрала ее, когда она разгуливала голой по автостраде Дикси. Они решили, будто бедняжка подверглась нападению и была одурманена наркотиками.
– А это действительно так?
– Трудно сказать. В крови наркотиков нет. Половую жизнь ведет, но сексуальному насилию вроде бы не подвергалась, во всяком случае недавно. Но с другой стороны, она была связана скотчем по рукам и ногам. Я ничего не могла от нее добиться – она словно лишилась речи и вообще не в себе. Вдобавок эпилептичка. У нее был приступ, уже после поступления сюда.
– Ух ты! Ей около девятнадцати лет, высокая, симпатичная, рыженькая.
Лола воззрилась на него с ошеломленным видом.
– Откуда ты знаешь?
– Это Дженнифер Симпсон, ее разыскивает полиция. Пару ночей назад она была схвачена на улице колумбийской бандой. Я должен позвонить Тито.
– Боже мой! Ты уверен, что это та самая девушка?
– Ну, если это не какая-то другая рыжеволосая юная эпилептичка, которая недавно была связана по рукам и ногам и болталась в окрестностях Майами. И вот еще что… помимо полиции ею наверняка сильно интересуются плохие парни.
– Но никто, кроме нас, не знает, что она здесь.
– В эту секунду да, но они наверняка уже подумали насчет больницы и обходят их, предлагая деньги. А в больницах работает множество низкооплачиваемых латиноамериканцев, поэтому лучше нам не терять время. Давай заглянем к Дженнифер прямо сейчас – вдруг, если мы скажем ей, что знаем, кто она, девчонка заговорит.
Они прошли по коридору в одну из маленьких палат для эпилептиков. Амелия, оставленная без внимания, тащилась за ними.
Девушка лежала на кровати, накрытая простыней; ее красно-золотые волосы рассыпались по подушке, словно у мертвой девы с викторианской картины.
– Дженнифер! – окликнула Лола, стоя над ней. – Дженнифер! Тебя ведь зовут Дженнифер Симпсон?
Дженни открыла глаза и увидела блондинку в белом врачебном халате и темнокожего мужчину. Они смотрели на нее с озабоченным видом и называли ее по имени. Звуки их голосов казались странными, сначала бессмысленными, они словно хлопали в пустоте сознания, бывшего, как она точно знала, ее собственным. Потом стали возвращаться воспоминания, сначала тонкой струйкой, а потом прямо-таки мощным потоком. В том числе недавние, о событиях в гараже.
Появилось еще одно лицо, склонившееся над ней и заполнившее поле ее зрения, – маленькая девочка, темноволосая, с кожей темнее, чем у женщины, и светлее, чем у мужчины. Всех их окружала, словно блестки, россыпь мерцающих огоньков. Волны света
Когда к ней вернулась способность видеть, она обнаружила себя не в больничной палате, а где-то посреди серого, лишенного горизонта пространства, залитого холодным, исходящим, казалось, из ниоткуда светом. В реальные, причем яркие цвета были окрашены лишь головной убор и накидка из перьев ее спутника, которым был Мойе.
По какой-то причине все это ничуть ее не удивило.
– Эй, Мойе, – сказала она, – что это такое? Где мы?
Он ответил на языке, которого Дженни не знала, однако прекрасно понимала значение всех его слов.
– Ягуар взял тебя на другую сторону луны, туда, где пребывают умершие, – пояснил он. – Я имею в виду настоящих умерших, а не уай'ичуранан. Это великое событие, и я сомневаюсь, чтобы еще кто-нибудь из вас был туда допущен. Думаю, это стало возможным благодаря твоему ункуайумайкат, дару падения. Через него божество достигает тебя, хотя ты и не имеешь никакой подготовки.
Дженни сочла сказанное вполне разумным и даже на миг удивилась, почему никогда раньше об этом не думала.
– Он дохнул мне в лицо.
– Да. Это еще одно действо, никогда не производившееся ни с кем из вас. Я даже не знаю, что оно значит.
– Я тем более. Может быть, я теперь тоже смогу превращаться в ягуара?
– Возможно, хотя ты должна понять, это вовсе не превращение. Нечто другое, хотя мне трудно объяснить, что именно. Ну… ты знаешь, как животные метят свою территорию?
– Как собаки мочатся на деревья?
– Да, хотя существуют разные способы. Так или иначе, те, кто служит Ягуару, являются его метками в этом мире. Шествуя через айампик, мир духов, он может обонять их и, если ему нужно, открывает дверь между мирами и перемещается с место на место, используя йампири, меня. После чего я остаюсь здесь, пока он не призовет меня снова.
– И что, теперь он собирается проделать это со мной?
– Все возможно, однако обычно для того, чтобы путешествовать по мирам, требуется долгое обучение и большая практика, а у тебя не было ни того ни другого. Я последний из своего народа, кто умеет это делать, и было бы весьма странно, окажись, что ты тоже способна на такое. Будь в нашем распоряжении множество сезонов, столько, сколько пальцев на руках, я бы, наверное, мог тебя научить, но такого времени у нас нет. Время моего пребывания на земле мертвых подходит к концу.
– Ты возвращаешься домой?
– Не думаю. Но пребывание среди мертвецов оказалось много труднее, чем я раньше думал.
Отец Тим был прав, вас так много, как листьев на деревьях, и, если один из вас умирает, его место тут же занимает другой. И я чувствую, как моя арийю'т вытекает из меня, как сочится вода из тыквы, когда в ней появляется маленькая трещинка. Очень трудно оставаться человеческим существом, когда вокруг нет настоящих людей.
– Ты можешь вернуться домой. Бьюсь об заклад, Кукси в состоянии это устроить. Тебе не придется грести назад на своем каноэ.