Ночь утра мудренее
Шрифт:
— Должно быть, ничего я в этом не понимаю, — предположила Эмили, окинув взглядом выставочное пространство. — А ты мог бы объяснить смысл и ценность происходящего здесь?
— В современном искусстве я разбираюсь не больше тебя. Я просто делаю на нем деньги. Мои подопечные с моей помощью приобретают возможность работать и экспонировать результаты своего творчества, в результате их полотна видят специалисты и коллекционеры, цена их работ возрастает, таким образом, вложения оправдывают себя.
— Какой цинизм, —
— В современных условиях выгодно продать можно только то, что не столько хорошо сработано, сколько хорошо разрекламировано.
Эмили гневно выдохнула, бросив непримиримый взгляд на мужа, и объявила:
— Есть хочу.
— Нет проблем, — сообщил ей Антон и проводил к банкетному столу.
На пребывание в галерее Антон отвел еще один час времени, после чего, взглянув на часы, стал прощаться с организаторами, постепенно в сопровождении супруги продвигаясь к выходу.
Уходя, Эмили еще ненадолго задержалась у единственного пришедшегося ей по вкусу масштабного полотна, на котором энергичными яркими мазками были изображены Анды, о чем женщина узнала из аннотации к картине. Пейзаж выглядел завораживающе. А недалеко от него весела еще одна примечательная картина. Весьма забавное изображение индейского мальчонки, который заразительно хохотал, запрокинув голову в свисающей на уши огромной отцовской шляпе. Она невзначай заметила, что эти работы кажутся ей достойными.
Антон Диаз принял это к сведению и попросил подождать его недолго, а вернувшись, сообщил, что обе понравившиеся ей картины им куплены и завтра же будут доставлены.
— Ты не обязан был делать этого…
— Да-да, — перебил жену Антон. — Но мне они тоже понравились. Ты все еще голодна? Я намерен отвезти тебя в ресторан.
— Ты, наверное, заплатил за это удовольствие огромные деньги? — спросила Эмили, кивнув в сторону нарисованных Анд.
— Знаешь, почему мужчины успешнее женщин в бизнесе? Мы быстрее принимаем рискованные решения, и финансовая интуиция у нас лучше развита.
— Спорное и дискриминационное мнение.
Глава десятая
Антон Диаз выключил компьютер. Через несколько минут самолет должен был приземлиться. Эмили с ним не было, он возвращался к ней после нескольких недель отсутствия. Он страшно соскучился по ней.
Они были женаты уже три месяца. И все вроде шло неплохо. Он знал, что супруга свыклась со своим новым положением. Они были близки почти каждую ночь, если он не был в отъезде. Но чего-то недоставало. Он тосковал по той Эмили, какой она была на яхте в первые ночи и дни их супружества. Он понимал, что сам виноват в том, что утратил ее прежнюю, когда нелепо разоткровенничался с ней о цели женитьбы.
После трех не самых удачных недель в Нью-Йорке молодожены вернулись в Лондон. Эмили
Антон был вынужден прервать отдых ради очередной рабочей поездки. В августе он намеревался взять Эмили с собой в Австралию, но жене пришлось остаться в Лондоне, поскольку со дня на день невестка Хелен должна была родить. Антон не возражал.
У Хелен родился сын, но она была очень слаба. Эмили взяла на себя уход за невесткой и новорожденным. Две недели Эмили и Антон созванивались по ночам и в итоге договорились о том, что по его возвращении они наконец отправятся в Перу.
Странно, но чем дольше эта поездка откладывалась, тем больше Эмили казалось, что ей самой не терпится увидеть Перу. Возможно, не последнюю роль сыграли две подаренные мужем картины, которые с каждым днем нравились ей все больше и больше. А глядя на малыша Хелен и Тома, Эмили тоже захотелось иметь своего…
Из аэропорта Антон отправился в Кенсингтон. Дверь ему открыла домработница Ферфаксов Минди. Она радушно поприветствовала супруга своей хозяйки и проводила его гостиную.
Эмили сидела в кресле с малышом на руках. Мальчик внимательно смотрел на нее, а она, склонившись над ним и сюсюкая, кончиком указательного пальца касалась его лобика, щечек, носика, подбородка.
— Ах ты, маленький красавчик! Ты ж моя лапочка. Тетушка Эмили любит своего сладенького племянничка.
Эмили приподняла «сладенького племянничка» и чмокнула его в щечку.
Кроха издал звук удовольствия, Эмили рассмеялась.
— Эмили! — произнес Антон, остановившийся в дверях.
— О, Антон, дорогой, ты вернулся! — радостно поприветствовала мужа, вставая, Эмили. — Ты только посмотри, какой у нас очаровашка.
Эмили с гордостью подошла к нему с ребенком на руках.
Но Антон во все глаза смотрел на жену. Он никогда не видел ее в простом белом свитере и джинсах. Ее волосы были распущены. Шло это ей необыкновенно, как, впрочем, и малыш на руках.
Антон озадаченно всматривался в ребенка.
— Забавный, — подытожил он.
— Том и Хелен собираются назвать сына Чарльзом в честь нашего отца, — сказала Эмили.
Антон внимательно посмотрел на жену, заглянул в ее синие-синие глаза. Он знал, что она неспроста сказала ему это. Но Антон остался безразличным к подтекстам, его больше волновало, как движутся сочные губы, когда говорит эта упрямица. Поэтому он улыбнулся в ответ на ее слова, будто желая выказать одобрение.
— Солидное имя. Мужское, — сказал Антон.