Ночь страсти
Шрифт:
Она изменила положение, пытаясь разобрать, о чем они говорили.
«Я ухожу, Бриджит. Я должен сделать это. Я обещал ей, что буду там сегодня ночью. Если меня там не окажется…»
«Папа, нет!» — пыталась закричать Джорджи. Ее ноги бились о спинку гостиничной кровати, словно она крутила педали, пытаясь нагнать удаляющуюся фигуру, затерянную во мгле ее ночного кошмара, быстро пожираемую языками пламени.
Прозвучавший где-то в темноте пистолетный выстрел разбудил Джорджи. Постельное белье было мокрым от пота, а руки так крепко сжимали простыню, что костяшки
— Джорджи? — окликнула ее Кит, выбираясь из своей кровати на другом конце просторной комнаты. — Мне показалось, я услышала…
Еще несколько выстрелов разрешили сомнения сестры.
Джорджи резко села. Значит, услышанный ею выстрел не был частью ее кошмара.
Французы. Слухи о том, что они подходят, больше не были пустыми сплетнями.
— Одевайся, — приказала она сестре. — Мы должны уходить. Немедленно.
Она осторожно приблизилась к балкону, не решаясь выйти на него, но приоткрыла дверь настолько, чтобы можно было выглянуть на улицу.
Безлунная дождливая ночь не позволяла разглядеть ничего вокруг, хотя вдали за гостиницей Джорджи заметила красный колеблющийся свет двигающихся по улицам факелов и высокое пламя огня, поглощающего все, что могли поджечь французы.
Опасность приближалась с каждым мгновением.
Черт бы их побрал, подумала она. Хуже того, французы шли с юга, лишая их последней надежды вернуться по побережью к Неаполю.
Что говорила всегда миссис Тафт? Из огня да в полымя…
Сюда они сбежали из Англии вслед за тем, как врач лорда Харриса обнаружил, что она не была девственницей, и дядя Финеас решил выдать замуж вместо нее Кит. А теперь они, по всей вероятности, окажутся во власти французов.
Ну уж лучше они, чем дядя Финеас и лорд Данверс, ехидно подумала Джорджи. Если бы Италия могла остаться тем раем, который они тут нашли…
Здесь они хотя бы несколько месяцев прожили в спокойной обстановке. И впервые за последний год Джорджи не чувствовала во сне, что ее преследовали и за ней охотились.
Все началось в Лондоне, когда Джорджи впервые осознала весь ужас своих проблем. Она даже вернулась в Бридвик-Хаус, пытаясь как-нибудь сообщить Колину о своем положении. Но дом оказался заперт, и на ее стук ни в парадную дверь, ни в помещение для слуг никто не откликнулся.
«О, Колин, — не раз молила она. — Пожалуйста, приди и отыщи меня. Вызволи нас из этой беды!» Но насколько ей было известно, он отплыл на безымянном корабле, и она больше никогда не увидит его.
Однако ее молитвы не остались без ответа, но это произошло совсем иначе, чем она мечтала и считала возможным.
Однажды ближе к вечеру, когда их дядя и тетя были заняты приготовлениями к свадьбе Кит, к ним в дом вошел адвокат. Он явился по поводу завещания миссис Тафт. Должно быть, добрая женщина оставила девушкам все свое состояние. Маленький тщедушный человечек поправил на носу очки и многословно извинился перед леди за то, что так долго приводил в порядок собственность и ценные бумаги. Он объяснил это тем, что испытал большие трудности в поисках покупателя на «Сибарис», корабль мистера Тафта.
Но
Джорджи с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться в лицо этому человеку. Передать свалившуюся с неба сумму дяде Финеасу? Она с тем же успехом могла выбросить деньги в Темзу.
Вместо этого она поблагодарила гостя за его заботу, позвала Кит и быстро упаковала немного вещей, которые они смогли бы унести. Они поспешно покинули Аскот-Хаус, ведя с собой совершенно растерянного адвоката.
Их первой остановкой был банк. После того как клерк вычел из причитающейся им суммы расходы на путешествие и банкир оформил аккредитив на имя некоей миссис Бридвик, Джорджи наметила путь их бегства. Если они отправятся на север, в Шотландию, на запад к диким просторам Уэльса или даже в Ирландию, дядя обязательно бросится преследовать их.
Единственное, что им оставалось, это немедленно покинуть Великобританию. Поскольку война с Францией разорвала большую часть Европы, безопасным местом оставалась только Италия. Там они могли найти убежище — под чужими именами, никому не известные, что должно было скрыть их от дяди Финеаса и опекуна лорда Данверса, пока Кит не достигнет совершеннолетия.
Джорджи поклялась, что больше ни одной из них не будет навязан нежелательный брак.
Из банка они отправились прямо в док и сели на первый отплывающий вниз по Темзе корабль.
Случилось так, что судно направлялось в Неаполь. Стоя на палубе, где ветер развевал ее спутанные кудри Джорджи обхватила руками живот, словно стараясь защитить и оградить его. Оставалось только надеяться, что когда-нибудь она снова найдет Колина и на этот раз уже не сбежит из его постели. Она уповала на то, что и он будет счастлив вновь встретить ее.
Пронизывающий ветер с балкона вернул Джорджи к действительности. Прозвучало еще несколько выстрелов, и она начала торопливо одеваться.
Она взглянула на море, испытывая почти страстное желание добраться до него, так как именно там лежало их спасение. Но не было времени найти корабль или хотя бы лодочника, чтобы увезти их отсюда. Она даже подумала о том, чтобы украсть одну из многочисленных рыбачьих лодок, лежащих перевернутыми на берегу, но поняла, что им с Кит будет не под силу дотащить ее до воды.
Перед тем как повернуться спиной к окну, Джорджи была готова поклясться, что заметила луч света в бухте. Словно неожиданно зажгли лампу и так же торопливо погасили. Она подошла к балкону и вгляделась в темноту, пытаясь различить хоть что-нибудь, но дождь, который принимался несколько раз за ночь, и кромешная тьма скрывали все вокруг.