Ночь Солнца
Шрифт:
– Макс! Они у меня!
– Съел курьера?
– Я сыт.
– А меня чего не позвал?
– Знал, что ты занят.
Последнюю фразу Кайл произнёс, приоткрыв дверь ванной, и с улыбкой посмотрел на валяющегося в ней друга.
– Где твоя резиновая уточка?
– Высушил. – Макс за волосы приподнял над пеной голову мёртвой
– Наслаждайся.
– Ага…
В последнее время многое изменилось…
«Смесь действительно является мощным стимулятором, придающим сил и усиливающим вкус пищи. С моей точки зрения, формула практически безупречна, и я бы гордился, будь её автором, но…»
«Что-то не так?» – насторожился Кайл.
«Всегда есть «но», – улыбнулся Алхимик. – Данная смесь составлена с использованием крови. Это нормально: в семье Масан, в нашей магии так принято, и мало какие зелья обходятся без крови, но эта смесь… Благодаря необычной формуле, говоря откровенно, я пока не до конца в ней разобрался… Но это неважно. Важно то, что мизерное количество крови оказывает необычайно сильное, определяющее воздействие на всю смесь! Автор формулы – гений!»
«А в чем заключается «но»?»
«Но?»
«Вы сказали…»
«Ах, это… – Берни уже задумался над каким-то научным вопросом и потому с трудом вернулся в реальность. – Я не уверен полностью, но есть основания предполагать, что смесь оказывает на масанов ментальное воздействие, заставляя испытывать глубокую приязнь к тому…»
«Чья кровь включена в формулу», – закончил за Алхимика Кайл.
«В исходную формулу, – уточнил Луминар. – Вы можете разбавить смесь литром чужой крови, но она не будет ТАК влиять на исходную формулу, вообще не будет влиять… Это великолепно! Чем дольше масан принимает стимулятор, тем сильнее его воздействие…»
«Вы сможете сделать противоядие?»
«Зачем?» – удивился Алхимик.
«Мне придётся некоторое время принимать эту смесь. Но я не хочу становиться марионеткой».
«Ты знаешь того, кто придумал эту смесь?»
«Я хочу его узнать».
«Договоримся так, – медленно произнёс Берни. – Я потрачу ещё пару недель на работу. Я не возьму с тебя денег. Я сделаю тебе противоядие. Но ты расскажешь мне об этом умнике. Нам с ним есть о чём побеседовать».
«Договорились!»
…К сожалению – поздно.
Вернувшись
Впрочем, вряд ли бы оно помогло.
Макс потребовал подробного рассказа, и Кайл, задыхаясь от ярости и тоски, весьма искренне наврал другу, что у Алхимика ничего не получилось: ни разгадать формулу, ни создать противоядие.
«Мессия велик, – сказал тогда Макс. – И никакие алхимики не способны проникнуть в его тайны».
В последующие дни он зорко следил за тем, чтобы Кайл употреблял эликсир, фиксировал изменения и с удовольствием прислушивался к выражениям горячей любви к Хэттару.
Кайл же ухитрялся чередовать употребление эликсира и противоядия и терпеливо ждал встречи с Мессией. Он верил, что со смертью подонка его проклятая кровь постепенно выветрится из друга, и Макс станет таким, как прежде.
Муниципальный жилой дом Хабаровск, улица Костромская
Около дома, где жил обнаруживший «трубы» сторож, толпились зеваки, шумно обсуждающие – это выяснилось, когда ведьмы подошли ближе, – внезапную смерть соседа. Инфаркт. До подъезда не дошёл два шага. Ничего удивительного: жара, давление, дрянная экология… Зеваки не сомневались в естественной причине смерти, но… Но чьей смерти?
Деяна велела Полунице подождать в сторонке, сама подошла к полицейскому, на ходу доставая значок, надеясь на лучшее, но в глубине души догадываясь, что услышит дурную весть.
– Доброе утро, коллега.
– Ого, ФСБ!
Полицейский присвистнул, вытер потную шею платком и присвистнул снова. Зеваки же разом замолчали и вытаращились на «офицера ФСБ», как на диковинную зверушку. Деяна кашлянула. Народ отнёсся к этому хладнокровно, с любопытством ожидая продолжения. Пауза затягивалась.
– Кто-то умер?
– Да, – подтвердил полицейский.
Народ закивал головами, но снова смолчал. Деяна же в очередной раз спросила Спящего, для чего он придумал челов, после чего собрала в кулак всю свою выдержку и продолжила:
– Кто?
– Проводите расследование? – теперь кашлянул полицейский. – Зачем вам знать?..
– Согласно федеральному закону, я имею право не отвечать на ваши вопросы, – с ледяной любезностью отчеканила дружинница. – Но я отвечу: да, проводится расследование.
– Гм…
Народ зашептал, что «покойник был японским шпионом». Кто-то кому-то сказал «позвонить Мишке и велеть дня три из тайги не высовываться, а то мало ли что…». Запахло выстрелом из охотничьего ружья в спину, переходом через китайскую границу и всякими другими неприятностями, поэтому полицейский предпринял стратегически важный ход и сдал происходящее с потрохами:
– Березин Святослав Никитич, сорок девятого года рождения. Пенсионер, инфаркт.
Так и есть – сторож. Осталось понять, была его смерть случайностью или нет. А для этого нужно исследовать тело.