Ночь шрамов

Кэмпбелл Алан

Старые шрамы ныли и рвали плоть. Карнивал знала все о страдании. Она стиснула зубы и нырнула в темноту.

Черные металлические балки и обода окружили основание храма. Гигантские кольца размером с городской квартал соединяли первые цепи. Бесчисленные отверстия и проходы, обвитые беспорядочной паутиной мостиков, цепей и канатов, вели внутрь массивной конструкции. Как правило, по этим ходам спайны незаметно пробирались в храм. Но рано утром не было видно ни одного убийцы. Роса молчаливо кралась по звеньям и веревкам, падая в глубину ржавыми каплями. Карнивал опускалась все ниже и зарычала

от боли, когда шрам на шее стянулся, словно удавка… _.

В центре храма в широком проходе виднелся фонарь. Подлетев ближе, Карнивал заставила себя остановиться. Едва удавалось дышать, но она выжидала, вслушиваясь и принюхиваясь. Некоторое время воздух наполняли только звуки капающей воды, запах ржавчины и мокрой пеньки, а потом послышались голоса.

Рэйчел не винила Дилла. Пускай он обменял ее присутствие на то, чтобы Карнивал выслушала бредни напомаженного толстяка, и что с того? В конце концов, это и есть ее работа. Как только вдолбить это в деревянную башку ангелочка? Сжимая дурацкий старинный меч и сверкая зелеными, словно первая листва, глазами, Дилл ни за что не соглашался покинуть алтарь. Он отказывался оставить Рэйчел.

Подобное упрямство с высокой долей вероятности приведет его к плачевному финалу.

– Я сейчас позову Клэя, – пригрозил Фогвилл, – и прикажу ему вытащить тебя за шиворот. Как тебе такое понравится, Дилл? Архона вышвыривают, точно последнего пьянчугу из дешевой пивнушки.

Дилл молчал.

Рэйчел уловила движение воздуха и посмотрела в один из проходов, ведущий в пропасть. Ничего не видно, но спайн внимательно вглядывалась в пустоту, а потом сказала ангелу:

– Фогвилл прав. Это только наше с Карнивал дело. Ты поступил правильно. Не надо больше ничего доказывать.

Дилл упорно продолжал молчать.

Полная фигура помощника плыла из одной стороны в другую в призрачном свете тысяч свечей, шаги отражались от высокого свода. Фигура подошла к кафедре, развела руками и отвернулась.

– Тебе нельзя здесь оставаться, Дилл. Ты все испортишь. Говорю в последний раз: уходи.

Дилл не двинулся с места.

Рэйчел напряженно всматривалась в отверстие в полу. Нервы были напряжены, словно натянутые струны. Уши не улавливали ни единого звука, но спайн что-то чувствовала. Холод крался в алтарную залу из бездны. Несколько свечей в металлических крепежах на стене вздрогнули, и Рэйчел медленно положила руку на бамбуковую трубочку на поясе.

– Обязательно копошиться с этими штуковинами? – огрызнулся Фогвилл. – Меня это нервирует.

Рэйчел продолжала держать руку на поясе.

Фогвилл снова принялся расхаживать по комнате.

Следующий порыв ветра вылетел из отверстия, вспугнув свечи и задув половину огней.

Мощный взмах черных крыльев поднял Карнивал из глубины бездны. Она задержалась в воздухе, разглядывая алтарь, пока взгляд не упал на Рэйчел.

– Я тебе обещала. – Хищная улыбка, словно свежий шрам, исказила лицо ангела.

Рэйчел пожала плечами и осторожно начала снимать крышку с бамбуковой трубки, но остановилась, когда Дилл, сжав в кулаке рукоятку тупого меча, направился к ней.

Дилл!

Не

надо было отдавать железяку. Но он выглядел таким несчастным. Спайн решила, он заберет меч и просто уйдет. Конечно, это случилось до того, как помощник Крам рассказал, что натворил ангел. Рэйчел движением руки остановила Дилла, чтобы тот не смел вытаскивать меч.

Фогвилл замер посреди алтаря с раскрытым ртом.

Ради бога, говори с ней!

Карнивал аккуратно опустилась на край отверстия, сложив сначала крылья, а затем и руки. Все внимание ангела было приковано к Рэйчел. Она с волнением заметила вилы за поясом Карнивал. Каким бы безобидным ни казалось оружие, спайн слишком хорошо знала своего противника, чтобы его недооценивать. Когда они сражались в последний раз, Карнивал была безоружна и слепа.

– Я… – Лицо Фогвилла покрылось испариной. – Мы… У нас предложение… к тебе.

Карнивал не обращала на толстого священника никакого внимания, черные глаза неотрывно следили за спайном.

– Сделку… – Помощник сделал несколько крошечных шажков в сторону кафедры, где был спрятан газовый клапан.

Не смей! Пока Дилл здесь!

Но Рэйчел не могла двинуться с места, чтобы Карнивал не догадалась об опасности. Казалось, воздух в алтаре треснет, словно хрупкое стекло. Каждое движение Рэйчел могло разбить его вдребезги.

– Тебе известно, – заговорил Фогвилл, – о живительной силе ангельского вина – эликсира, который впервые использовал Кэллис, чтобы наделить своих воинов безграничной силой и долголетием. – Священник проглотил ком в горле. – Возможно, тебе также известно, что в данный момент существует дистиллят этого эликсира.

Карнивал зарычала, но помощник по крайней мере удостоился взгляда непроницаемых черных глаз.

Он привлек ее внимание. При всем том осторожность речей помощника не ускользнула от Рэйчел. Играешь в опасные игры, толстяк. И ради него? Чего-то ты не договариваешь. Толстый священник беспечно облокотился на кафедру и принял настолько беззаботную позу, что Рэйчел стиснула зубы.

– В соответствии с нашим законом – это богохульное варево, – продолжал Фогвилл. – Оно никогда не должно было быть дистиллировано. И тем не менее оно существует и на данный момент изъято у отравителя. Эликсир может принести тебе немалую пользу. Ну так как, по рукам? Ангельское вино в обмен на твою помощь в одном маленьком дельце.

Карнивал чуть заметно взглянула на него.

Фогвилл весь взмок и еле стоял на ногах. Он осторожно потянулся за кафедру, беспокойно поглядывая на Дилла и Рэйчел.

– Мы хотим, чтобы ты убила кое-кого.

Кое-кого? Почему ты увиливаешь, Фогвилл?

Сморщившись, Карнивал передразнила Крама.

– Для тебя кое-кого убила? – прошипела она. – Думаешь, я продаюсь, как эта сучка спайн?

Карнивал стремительно обернулась на Рэйчел. Шрамы глубокими складками собрались на лбу. Глаза сузились до тонких щелочек. Она расправила огромные крылья и взмахнула ими, еще и еще, поднимая вихрь. Свечи испуганно вздрогнули и начали гаснуть одна за другой.