Ночь с братом мужа
Шрифт:
Значит, выход у меня был лишь один — тянуть время настолько, насколько это вообще возможно. И надеяться, что Саша сумеет меня найти.
— Идем, — повторил Никита, открывая дверцу и протягивая мне руку.
Я проигнорировала его жест и, покинув салон автомобиля, оказалась на улице. Воздух показался мне ледяным. Тело стал сотрясать озноб, с которым я безуспешно боролась.
Ник подхватил меня под локоть, на этот раз сжав его с такой силой, что я охнула, и повел в сторону двухэтажного кирпичного дома. В нескольких его окнах горел тусклый свет, рядом с обоими подъездами
— Заходи.
Когда мы поднялись по лестнице на второй этаж, Ник впихнул меня в крохотную прихожую, зажег свет, запер дверь ключом и начал разуваться. Я всхлипнула, оглядываясь. Плохо обставленная квартира внушала еще больший страх.
— Что это за жилье? — спросила у Никиты, когда он повел меня в единственную комнату.
— Снял. Сейчас я не могу позволить себе все то, чего ты ждешь.
Ник закрыл за нами дверь, прислонился к ней спиной и сложил руки на груди. Я почувствовала себя запертой в клетке со зверем, который в любой момент мог наброситься и сожрать.
— У тебя же были дом и квартира, — продолжила дрожащим голосом, чтобы выторговать себе больше времени.
В этот момент мне хотелось верить лишь в одно, что Саша уже неподалеку… что он обязательно нас спасет. Если нет — моя жизнь не будет стоить и ломаного гроша, потому что я видела — передо мной стоит безумец.
— Были, да. Но их пришлось продать.
— Ты кому-то задолжал?
Я задала этот вопрос скорее машинально, чем успев обдумать, о чем спрашиваю, но на Никиту произнесенные слова произвели странное впечатление.
Сначала на его лице появился страх, после — еще большая ненависть. Он буквально подлетел ко мне и, схватив за плечи, ощутимо встряхнул.
— Это не твое дело… Мира. Я сам решу наши с тобой проблемы. Мы переночуем здесь, а на рассвете уедем.
— Куда?
— Это неважно. Важно, что я тебя увезу.
Он посмотрел на мои приоткрытые губы, с которых срывалось надсадное дыхание. Во взгляде Ника загорелось пламя, увидев которое, я отшатнулась.
На память сразу пришла Лика и то, что рассказал мне Саша. Никиту возбуждал страх, а я сейчас в его глазах была жертвой? Он собирался изнасиловать и меня?
— Иди в ванную, прими душ. Не хочу, чтобы от тебя пахло моим братом, — поморщился Ник.
Я застыла каменным изваянием. Пока Никита считает, что я ношу его ребенка, у нас с малышом есть хоть какой-то шанс на спасение.
— Мне не во что переодеться, — тихо откликнулась в ответ, делая вид, что осматриваюсь в поисках одежды. На деле же, отмечая про себя, где и какая вещь стоит из тех, которыми можно нанести удар посильнее.
— И не нужно переодеваться. В ванной есть полотенце, завернешься в него и выйдешь. Запираться я не разрешаю, если пойму, что ты это сделала — высажу дверь. Она хлипкая, много сил не понадобится.
Я до боли прикусила нижнюю губу. Мне нужна была трезвость, а никак не та застилающая все
— Хорошо, — приглушенно ответила Нику и быстрым шагом направилась на поиски ванной комнаты.
В ней был такой запах сырости и чего-то противного, что меня затошнило. Я включила воду, сама же села на бортик ванны, потому что ноги меня не держали. Итак, надо было хорошенько подумать над тем, что мне делать и как действовать дальше, но туман в голове был таким плотным, что здравые мысли испарились.
Сколько смогу пробыть здесь прежде чем Никита решит, что я излишне задержалась? Минут десять-пятнадцать… Что будет потом? Он набросится на меня и изнасилует? От картинок, замелькавших перед глазами, тошнота стала совсем уж невыносимой.
Вскочив с бортика, я начала копаться в покосившемся шкафчике. Использованная бритва, бутылочка с остатками шампуня. Дезодорант!
Я вцепилась в баллончик с такой силой, что пальцы засаднило. Встряхнула его, с облегчением обнаружив, что он наполовину полон. Наверно, глупо было надеяться на то, что я смогу причинить Нику такой вред, что хватит времени забрать у него ключи, открыть дверь и выбежать из квартиры, но другого выхода у меня не имелось.
Отставив находку, я быстро стащила с себя одежду, оставшись в одном белье. Замоталась в полотенце, справедливо решив, что самым правильным будет поначалу отвлечь внимание Никиты, ну, или притупить его бдительность.
Быстро сложив вещи, я оставила их на стиральной машинке, после чего снова взяла дезодорант и принялась ждать. Тянула время, как могла, а сама молилась, чтобы только Саша не бросил меня в беде. Чтобы смог найти.
— Мир… Мира! Хватит плескаться, выходи, — раздался голос Никиты в тот момент, когда я заподозрила, что он позволит мне быть в ванной сколько угодно.
— Сейчас! — откликнулась мгновенно, и мой голос показался мне жалобным писком. — Пара минут, я уже заканчиваю.
Ник промолчал. Я завела руку с баллончиком за спину, каждое мгновение ожидая, что Никита войдет в ванную и у меня больше не останется выбора.
— Но не больше, — наконец раздалось из-за двери, и я выдохнула.
Две минуты — вот и все, что мне осталось до того момента, когда станет понятно, чем кончится для меня этот день.
Странно, но страх отступил. Наверно, рассудок осознавал — чувство ужаса может лишь помешать, не давая действовать быстро и уверенно.
Сделав пару глубоких вдохов, я закрыла воду и, досчитав до пяти, вышла из ванной. Никита стоял в метре от меня и ждал… Сердце снова отчаянно заколотилось. В заведенной назад руке, сжимающей баллончик, угнездилась тупая боль.
— Ты вымылась? — требовательно спросил Ник, делая шаг и перекрывая разделяющее нас расстояние.
— Да, — соврала ему едва слышно, а после тонко вскрикнула, когда Никита прижал меня собой к двери и накинулся, жадно целуя в шею.
Меня опять обуяла дрожь. Тело забило в ознобе, а страх накатил удушливой волной. Я не хотела, чтобы меня касался кто бы то ни было, кроме Саши! Особенно — Ник.