Ночь призраков

Грэм Хизер

– Обещаю, – нехотя произнес Джей и отвернулся.

Никто больше не проронил ни слова.

Тогда встала Кейти и, подняв бокал, провозгласила тост:

– Предлагаю выпить за товарищеские отношения в нашей группе.

Они снова загалдели, зазвенели бокалы. Но настроение уже было подпорчено, и вскоре все стали по очереди расходиться.

Когда Шон и Ванесса шли по улице домой, он сказал:

– Если хочешь, я немедленно дам ему пинка под зад – пусть катится.

– Нет, – покачала головой Ванесса, – Джей – крепкий профессионал, он будет нам полезен.

Кроме того, он дал мне слово. И он мой друг.

– Скорее он твой бедный родственник, – усмехнулся Шон. – Хотя в некотором смысле он прав. Я с тобой согласен, но и его можно понять. И ведь он не из тех, кто торопится нажиться на трагедии. Он не отдал свой фильм первому попавшемуся прокатчику, хотя практически разорился на нем.

– Ну и что? Неужели ты бы отдал? Чем же он, интересно, прав? – удивилась Ванесса.

– Нет, и я не смог бы. Но знаешь… Взять хотя бы историю «Титаника». Кейти захотела посмотреть этот мюзикл на Бродвее, и мы все поехали в Нью-Йорк, хотя я был против. Я думал, что использовать эту ужасную трагедию для развлечения – безнравственно, что увижу не что иное, как пляску на костях. А оказалось, что мюзикл не так уж плох. Мне даже понравилось. Во всяком случае, больше, чем фильм. Он ничуть не оскорбляет память погибших, а, наоборот, весьма достойно чтит ее.

– Шон, о чем ты? Мы снимали фильм ужасов.

– Да, конечно. Ладно, как бы там ни было, идем скорее домой и спать.

Но сразу заснуть им не удалось. Они снова занялись любовью. Когда она уснула, он был рядом – теплый, удобный, надежный, как стена. Глупо, наверное, было так скоропалительно влюбиться, но она уже не понимала, как раньше жила без него. Все прошлые влюбленности не имели значения, потому что, когда они были вместе и она ощущала его тепло и биение его сердца у своего сердца, прошлое, равно как и будущее, не существовали.

Ванесса надеялась, что уснет и будет спать глубоко и сладко, как и накануне. Но кошмары снова настигли ее, хотя и приняли несколько иной оборот.

Ей снилось, что она опять сидит на скамье в патио О'Хары и Джей говорит: «А вдруг она вырвалась и теперь будет мстить за то, что с ней сделали?»

Потом она шла по Дюваль и удивлялась тому, что вокруг нет ни души. Она была одна. И вдруг началось – на улицу высыпали пираты. Но не такие, как всегда. Призраки. Потому что призраки существуют.

Они были повсюду. Иные из них куда-то спешили, другие прогуливались под руку с дамами или друзьями. Многие шутили и переругивались. Один пират ковылял на деревянной ноге. На нее никто не обращал внимания.

Вдруг она услышала скрип колес – ее медленно нагоняла карета. Небо почернело, с моря, крутясь, пополз промозглый туман и лег на город серыми тенями. Копыта позади зацокали еще реже.

Она обернулась, зная, что это к ней или за ней.

Из кареты вышла элегантная молодая женщина в шелковом платье по последней моде, которая двигалась словно в замедленной съемке. Она пристально взглянула на Ванессу, и Ванесса узнала ее. Знакомая подвеска, знакомое лицо.

– Ты должна помочь, – сказала донна Изабелла. –

Слушай меня. Ты должна узнать правду. – В руках у нее появилась шляпная коробка. Она открыта крышку и что-то вынула из коробки.

Это был голова Джорджии Дэр.

– Ванесса! – жалобно воскликнула Джорджия.

Донна Изабелла сунула голову обратно в коробку, захлопнула крышку и огляделась по сторонам. Ванесса тоже огляделась и увидела, что пираты на улице сливаются в одну кричащую черную массу, которая угрожающе надвигается на карету донны Изабеллы.

– Она здесь! – раздался крик.

Ванесса обернулась и увидела мумию – мумию из пиратского сундука: темное сухое лицо, костлявые руки, туго обтянутые кожей, черные пустые глазницы, одежда в пятнах.

– Сюда, сюда! – кричала мумия.

Ванесса в ужасе открыла рот, пытаясь закричать. Черные пальцы мумии шевелились почти у самого ее лица.

– Нет! – прошептала она.

– Да! – раздался голос позади.

Ванесса резко обернулась. Экипаж, набирая скорость, увозил донну Изабеллу по темной улице прочь от гнева пиратов. Напрасно она не попросилась к ней в карету. Потому что теперь она очутилась между мумией и… живым человеком, он дышал ей в спину.

Карлос Рока.

– Это ты, Карлос? – набросилась на него Ванесса. – Ты не умер? Ты убил их всех и одурачил нас?

Он молчал и не двигался с места, глядя на черные тени.

– Я жив, – наконец ответил он, – и я никого не убивал. Идем со мной.

– Иди, иди, – подгоняла мумия. Она была уже рядом. Жалкая, скорбная.

– Ванесса, ты же меня знаешь, – сказал Карлос.

Да, она его знает. Неужели он жив? С кем он? Бежит ли он от пиратов или он один из черной кипящей массы, медленно надвигающейся и готовой поглотить ее?

– Ты ничего не понимаешь. – Мумия протянула к ней свои мертвые кожаные пальцы с выпирающими костями.

Ванесса закричала.

И проснулась.

С ней был Шон. Он обнимал ее, гладил по влажным волосам, шептал слова утешения.

В его сильных руках ужас страшного сна постепенно отступал. Бившая ее дрожь унялась.

– Извини, – сказала она. – Я не думала… я забыла, что я у тебя.

Он погладил ее щеку:

– Надеюсь, я не снюсь тебе в виде чудовища?

– Нет, – с облегчением рассмеялась она.

– Смотреть кошмары со мной лучше, чем без меня, верно? Хотя они так часто тебя посещают, что я на твоем месте обратился бы к психиатру.

– Да была я у психиатра, – недовольно пробормотала она. – Не помогло.

Он молча баюкал ее с минуту, а потом сказал:

– Значит, мы должны сами решить эту проблему. Поймать убийцу. И оставить прошлое в прошлом.

Утро было заполнено хлопотами. Перед отплытием им предстояло разместить на лодках несколько дюжин баллонов и личные вещи всех членов группы. Все остальное было уже на борту. Накануне под руководством Дэвида погрузили продовольствие, лед, пленку, канаты, веревки, компьютерные комплектующие, батареи, фонари, сигнальные ракеты и еще миллион мелочей.