Ночь призраков
Шрифт:
– Тебя нет, – сдавленно прошептала она.
– Господи! – воскликнул он. – Она меня видит! И вправду видит!
Ноги отказывались держать ее, и она, казалось, пребывает на грани сознания и беспамятства, не зная, что в точности видит и слышит.
– Кто ты? – успела спросить она.
– Я друг! Клянусь, я друг. Ладно, я умер, и теперь я призрак, но я друг. Пожалуйста, только не кричите.
Закричать она не успела. Хватит быть сильной. Хватит быть женщиной, которая никогда не падает в обморок. Она медленно сползла
Глава 12
По дороге домой Шон старался не думать об исчезнувшей мумии. Он позвонил нескольким поставщикам, чтобы еще раз убедиться, что все будет готово к их отъезду утром. Он подолгу разговаривал с каждым, им нужно было многое – от снаряжения для подводного плавания до пленки, карт памяти, штативов и продуктов.
Дэвид позвонил ему, чтобы сказать, что они с Джейми в порту и все идет по плану. Он попробовал позвонить Ванессе – но она не отвечала. Она была заперта у него дома.
Шон заторопился. Похищение мумии отчего-то встревожило его. Хотя Лиам, возможно, был прав: это чья-то эксцентричная выходка. Как знать, может быть, сундук украл сумасшедший коллекционер, давно мечтавший заполучить в свою коллекцию мумию начала девятнадцатого века.
У дома он почти бежал, внезапно осознав, что с тех пор, как ушел, минуло уже несколько часов. Лиам не сразу смог освободиться, чтобы пойти с ним в тир – он был занят бумажной работой по передаче своих обязанностей другим детективам на время его отсутствия.
Впрочем, тренировка того стоила. У него всегда был меткий глаз и твердая рука, но поскольку по работе обращаться с оружием ему не приходилось, он, конечно, давно не брал его в руки.
Фестиваль подходил к концу, торговцы сворачивали ярмарочный городок на берегу. В конце дня еще ожидались вечеринки, лекции, всякие «пиратские» развлечения и ряженые толпы на улицах. А пока на Ки-Уэст наступило самое красивое время дня – ничто не могло сравниться с закатом на острове. Ослепительно-яркое солнце сделалось нежно-золотистым, а голубое, как бриллиант, небо поблекло и стало серебристо-серым. Потом вдруг горизонт вспыхнул, окрасив небо в невообразимые цвета, от пурпурного до бледно-лилового, от сверкающего золотого до нежно-розового. Шон, хоть и был в получасе ходьбы от моря, видел все отлично. Когда он добрался домой, яркие закатные краски уже поблекли.
Он отпер дверь ключом и громко позвал Ванессу. Она была дома и появилась из кухни или из гостиной в белом платье на бретелях, подчеркивающем загар. Отчего-то она смотрела на него огромными глазами, будто хотела обвинить его в некоем гнусном преступлении.
– Шон, – сказала она.
– Мы куда-то идем? – спросил Шон.
– Конечно. Прощальная вечеринка у О'Хары. Все собираются. А ты узнал что-нибудь?
– Нет. Полиция даже не в курсе, с чего начинать. А я… я ходил в тир с Лиамом.
– Мы
– Конечно.
– Пока у нас есть время, Шон, давай ненадолго присядем и поговорим, хорошо? – Она потащила его в столовую. За столом сидел Бартоломью, который виновато взглянул на него и отвел глаза. – Садись, садись. Что ты будешь? Пиво, вино, виски с содовой, чистый виски? Может быть, ром? Напиток пиратов. Странно, но я, кажется, к нему пристрастилась с тех пор, как приехала сюда.
Ванесса вела себя, мягко говоря, странно, но он готов был поклясться, что она трезва как стеклышко.
Шон нахмурился, чуя приближение бури.
– Я буду пиво, – сказал он, садясь за стол, – возьму сам.
Но Ванесса уже ставила перед ним бутылку. Бартоломью был необычно молчалив.
– Шон, я рассказывала тебе о кариатиде с лицом донны Изабеллы, которая является мне и указывает, где искать древности.
– Ну, – медленно и с опаской произнес он.
Она подалась вперед, ее глаза блеснули гневом.
– Лицемер!
– Что???
– Ты говорил мне, что это все игра воображения, а сам живешь с призраком!
Шон открыл рот и забыл закрыть. Он посмотрел на Бартоломью. Она его видит! Она видит Бартоломью.
– Мерзавец! – сказала Ванесса. – Мог бы рассказать мне о своем друге-пирате.
– Я капер, – пискнул Бартоломью.
– Ага, ты его видишь, – растерянно пробормотал Шон.
– Да! Меня чуть инфаркт не хватил. Ты мне ничего не говорил! Я подумала, что это Безумный Миллер.
– Ужасное оскорбление, – заметил Бартоломью.
– А мне откуда было знать? – возмутилась Ванесса. – Так почему ты мне ничего не говорил?
Шон открыл рот и пошевелил губами – совершенно беззвучно. Наконец он закрыл рот, кашлянул, после чего произнес:
– Я боялся, что ты сочтешь меня сумасшедшим.
– Вот как? Ну чудесно. А вместо этого я думала, что это я сумасшедшая.
– Ты видишь его? Четко видишь? – изумлялся Шон.
– Не волнуйся. Тебе и не снились ее способности, – ответил за нее Бартоломью.
– Вот спасибо, – чуть было не обиделся Шон. – И слышишь?
– Еще как! Утром мы весьма мило побеседовали. Я ведь давно чувствовала его присутствие. Я чувствовала что-то. Но я, конечно, не хотела верить, что это призрак. Но теперь…
– Ах, не надо, – прервал ее Бартоломью, – с ума поодиночке сходят.
– Я знаю, – весело рассмеялась Ванесса. Она, кажется, больше не злилась. – Шон, ты все-таки должен был мне рассказать… что есть такие вещи… необъяснимые. Так было бы легче.
Он встал, подошел к ней и взял ее за руки:
– Ванесса, поверь мне… если бы я не думал об этом… Но ведь большинство людей не видят Бартоломью.
– Признаться, я был в шоке, – признался Бартоломью.
– А мне казалось, что мы уже доросли до полного взаимного доверия, – тихо произнесла Ванесса.