Ночь поцелуев
Шрифт:
Пришлось напомнить себе, что поцелуи — часть договора.
Решимость заметно поколебалась, и Кейт позволила себе исполнить мечту: обвила руками его сильную шею. Гейбриел ответил незамедлительно: прижал ее к своей голой груди и властно завладел ртом. Она мгновенно растаяла и вздрогнула от неизведанного ощущения. Поцелуй продолжался до тех пор, пока кровь не закипела в венах, пока вожделение не лишило последних сил.
— Гейбриел, я…
— Тише, милая, — остановил он, отстраняясь. — Позволь снять платье. — Не дожидаясь ответа,
Гейбриел ловко расшнуровал корсет и раскрыл, его словно створки ворот. «Сердечные друзья» тут же упали на постель, а к освободившейся из тисков груди Кейт прижались его жадные ладони.
Гейбриел на миг замер, а потом туго натянул тонкую, почти прозрачную сорочку.
— О Господи! — вырвалось, казалось, из глубины души. — В жизни не видел ничего красивее. Никогда!
Кейт хотела что-то сказать, но не успела: палец Гейбриела легко коснулся соска, и из ее груди вырвался не то стон, не то крик.
— Я хочу попробовать тебя на вкус. — Одно неуловимое движение, и сорочка с готовностью разделилась на две части, как будто ее разрезали ножницами.
— Гейбриел! — в ужасе воскликнула Кейт, но он, кажется, ее даже не услышал.
В его ладонях молочно-белые полусферы вовсе не казались маленькими и жалкими. И «сердечные друзья» совсем не требовались. Нет, сейчас ее грудь выглядела полной, весомой и даже тяжелой.
Вот он склонил темную голову и припал к груди пылающими губами. Такую картинку Кейт видела в книге Аретино: мужчина ласкал грудь женщины. Тогда она скривилась и поспешила перевернуть страницу, решив, что итальянец изобразил какое-то курьезное извращение.
И вот сейчас влажное прикосновение языка доставило ей острое наслаждение, о котором она и мечтать не могла — просто потому, что не подозревала, что подобное возможно. Дыхание сбилось, с губ снова слетел слабый стон. Гейбриел втянул сосок глубже и провел пальцем по другой груди, в этот момент сознание Кейт помутилось и комната медленно закружилась.
— Я так и знал, — прошептал Гейбриел. Он поднял голову, взгляд у него был как у безумного. — Я… — Он умолк и переключился на другую грудь.
Кейт окончательно растворилась в ощущениях, утратила способность думать, говорить и вообще что-либо делать.
Когда Гейбриел снова поднял голову, кровь требовательно пульсировала в каждой клеточке ее существа.
— Гейбриел, — жалобно прошептала Кейт.
Он снова прильнул губами к ее груди и принялся властно целовать, заставляя выгнуться навстречу, затеряться в потоке чувств и желаний.
Когда Кейт оказалась на свободе, то первым делом почувствовала, что воля окончательно ее покинула и она совершенно потеряла контроль на собой.
— Пожалуйста, позволь, я освобожу руки, — взмолилась Кейт хриплым, непослушным голосом.
Гейбриел молча отстранился, однако Кейт успела заметить, как жадно он глотает воздух.
Быстрым движением она спустила ноги с кровати и встала. Высвободила
— Богу — Богово, а кесарю — кесарево, — произнесла она с улыбкой.
Гейбриел смотрел не отрываясь, как платье медленно соскользнуло на пол. Сорочка уже была разорвана до пояса, и сейчас Кейт стряхнула ее с плеч, но удержала на груди и медленно спустила, обнажив розовые вершинки. Тонкая ткань послушно отступила, словно волна, открывающая морское дно.
Гейбриел вздрогнул и попытался встать, однако спасовал перед строгим, сдерживающим взглядом.
— Ты раздевался сам, теперь пришло мое время. — Она провела рукой по ключице, по изысканному изгибу груди, к прикрытому сорочкой бедру.
— Пожалуйста, — взмолился он.
Быстрым движением ноги Кейт откинула платье в сторону, повернулась спиной и лениво подошла к столу.
— Кажется, вам немного жарко, ваше высочество. Может, веер окажется кстати?
Кейт взяла тот самый веер, который принц предложил ей несколько часов назад, и вернулась к кровати.
— Мне это очень помогает в минуты, когда не хватает воздуха. — Она легко обмахнула лицо, потом грудь. Опустила веер ниже, и сорочка всколыхнулась от легкого дуновения. — Не знаю почему, но сейчас мне очень душно.
— Кейт, — простонал Гейбриел. — Ты не девственница. Признайся, что не девственница.
Улыбка ее поблекла, а веер упал на пол.
Принц вскочил словно одержимый и страстно ее обнял.
— Право, я имел в виду совсем не то, о чем ты подумала!
Кейт попыталась возразить, однако внезапная близость снова отняла возможность соображать, оставив лишь ощущения и лихорадочный пыл. Мужественное тело говорило собственным языком и бескомпромиссно требовало обладания.
— Конечно, ты девственница. Я это знаю и вполне уважаю, — прошептал Гейбриел. — Разве могут у меня возникнуть сомнения? А тот возглас, который ты только что слышала, — вопль страждущего мужчины, и ничего больше.
Кейт прильнула к его груди и услышала, как сильно бьется сердце.
— Мечтаешь, чтобы я оказалась именно такой распутницей, какой себя чувствую сейчас? — Она подняла голову и заглянула в его черные бездонные глаза. — Сегодня ты всего лишь мужчина, помнишь?
— Не знаю, удастся ли вообще мне пережить эту ночь, — обреченно пробормотал Гейбриел.
Кейт улыбнулась и вырвалась из его объятий.
— Сеанс раздевания еще не завершен. Доживешь до конца?
— Постараюсь, — усмехнулся он.
Сорочка почему-то прилипла к бедрам. Кейт слегка изогнулась и заставила ее спуститься, обнажив рыжеватую полянку между ног. Подняла руки и освободила волосы от последних шпилек. Густые и сияющие, они рассыпались по плечам и груди золотистым дождем. Кейт провела пальцами по локонам и расправила спутанные пряди.