Ночь оборотней
Шрифт:
— Как ты переправишься через реку, это твое дело, но кинжал, возможно, поможет тебе отбиться от моих крепостных.
Сверкая здоровым глазом, Клиат протянул ему левую руку.
— Грязное рукопожатие, но я им горжусь. Ты был бы отличным соплеменником.
Джерин пожал протянутую руку, но при этом покачал головой:
— Нет, уж лучше я буду жить на собственной земле, чем стану отнимать ее у соседей. А теперь ступай, пока я не вспомнил о неприятностях, которыми может обернуться для меня твое освобождение.
Северянин захромал
Поистине, Дэйнос выпустил свою свору гончих в северные леса, и главная будущая их добыча — барон.
Однако, осушив пять или шесть кружек эля, он взглянул на мир по-другому. Тот уже не казался ему таким мрачным. Спотыкаясь на ступеньках, Джерин поднялся к себе в комнату, обхватив за талию одну из служанок. Но даже лаская ее нежную грудь, какой-то частью своего затуманенного сознания он видел дымящиеся руины Лисьей крепости, пылающие границы своих владений и смерть. Одну лишь смерть, везде и повсюду.
II
Он проснулся где-то после полудня. Судя по гаму, доносившемуся снизу, веселье не прекращалось. Возможно, даже на стенах никого нет, возмущенно подумал он. Если бы Баламунгу удалось воодушевить своих людей на повторное нападение, он без труда захватил бы Лисью крепость.
Девушка ушла. Джерин оделся и спустился в главную залу в поисках шестерых своих главных вассалов. Он застал Вэна и Роллана Хряка-Убийцу за непрекращавшимся обсуждением битвы: они чертили на липком от меда столе какие-то линии. Перед толстяком Фэндором тоже был мед, но он его поглощал. Верный своей застарелой привычке, о чем свидетельствовал красный нос Фэндора и завидный телесный объем, Драго спал на полу, завернувшись в шкуры. Рядом с ним храпел Симрин, сын Вайдена. Дуина нигде не было видно.
Лис разбудил Симрина с Драго и погнал своих приближенных вверх по лестнице в библиотеку. Ворча, они расселись за центральным столом и подозрительно уставились на полки с аккуратно размещенными на них свитками и старинными рукописями, переложенными кожей и тонким листовым золотом. В большинстве своем абсолютно неграмотные, как и Клиат, они тоже считали чтение чем-то излишним, но Джерин был не тем человеком, чтобы позволить им пренебрежительно относиться к своей эксцентричности. Поэтому книги и тишина немного их усмирили и даже навеяли благоговейный страх. Сегодня ему это было особенно необходимо.
Джерин почесал бороду и вспомнил, в какой ужас все пришли, когда после гибели отца он вернулся из южных земель гладко выбритым. Отец Дуина, старый строгий Борберто Мрачный, был за старшего до его возвращения. Увидев Джерина, он пробасил:
— Неужели сын Дарена хлыщ?
Джерин лишь ухмыльнулся и ответил:
— Спроси свою дочь.
Раздался дружный смех. Так он завоевал расположение своих вассалов.
Вошел Дуин, на ходу подтягивая штаны. Все непристойно захихикали. Фэндор воскликнул:
— На девчонке удержаться
— Конечно, и гораздо веселее, — расплылся в улыбке Дуин, даже не заметив подвоха, и обернулся к Джерину, изображая комичную озабоченность. — Что вас тревожит, господин?
— Кроме всего прочего, — сухо ответил Джерин, — мост, который чуть тебя не прикончил.
— Совершенно жуткий, это уж точно, — пробурчал Роллан. Он говорил неразборчиво: на его разорванной губе красовалось целых три шрама. Высокий, крепкий и смуглый, он довольно неплохо управлял своим феодом, храбро дрался и никогда ни над чем особенно не задумывался.
— Что до меня, то я предпочитаю держаться подальше от колдунов, — справедливо заметил Драго и чихнул, — Проклятье! Я простудился, — Затем продолжил: — Этим типам нельзя доверять. Вечно они сидят, сунув нос в свои книжки, и считают себя лучше нормальных людей.
— Не забывай, где ты, болван, — прошипел Симрин, сын Вайдена.
— Естественно, я не имел в виду вас, господин, — поспешно прибавил Драго.
— Естественно. — Джерин вздохнул. — А теперь выслушайте, что я узнал прошлой ночью.
И он начал рассказывать. Лица его приближенных мрачнели на глазах, а когда он закончил, в комнате воцарилась тишина.
Ее нарушил Дуин. Кроме рыжих волос, кровь трокмэ в нем выдавал его вспыльчивый нрав. Он стукнул кулаком по столу и закричал:
— Черт бы побрал это колдовство! Выход только один. Мы должны уничтожить сукина сына раньше, чем он снова нападет на нас. Истребить всех северян, не только клан Эйнгуса.
По комнате пробежал одобрительный ропот. Джерин покачал головой. Подобный выход из положения его не устраивал. Никак. Сейчас это было последним, чего он бы желал.
— Я тоже хочу этого… и даже больше, чем вы, — солгал он, — но так дело не пойдет. На своей территории маг раздавит нас, как жуков. Однако, судя по словам этого хвастуна, немного времени у нас есть. Я собираюсь поехать на юг, в столицу, и нанять волшебника из Школы чародеев, дабы волшебство боролось с волшебством. Мне не очень-то по душе оставлять Лисью крепость под угрозой, но поехать должен именно я. У меня еще остались кое-какие связи в южных землях. Когда я вернусь, мы разделаемся с Баламунгом.
— А мне эта поездка кажется глупостью, господин, — сказал Дуин, как всегда без обиняков. — Что нам действительно нужно, так это нанести один сильный, хороший удар…
— Дуин, тот, кто надеется противостоять колдуну, не имея волшебника у себя за спиной, просто олух. Если бы ты вознамерился взять крепость, на воротах которой установлена катапульта, ты бы тоже вооружился катапультой, не так ли?
— Да, наверное, — согласился Дуин.
Голос его звучал сердито, но собравшиеся одобрительно закивали. У Джерина отлегло от сердца. Однако самая скользкая часть разговора была еще впереди. Надо бы проскочить ее быстро, тогда, если повезет, они ничего не заметят.