Ночь над водой
Шрифт:
Капитан Бейкер просмотрел свежие метеосводки.
– Буря усиливается.
– Похоже, дело «труба», как изволит выражаться Эдди, – произнес Джек.
Они все добродушно посмеивались над его северным диалектом. Эдди скорчил гримасу.
– Это мы еще посмотрим, это еще бабушка надвое сказала.
– Ладно, сейчас увидим, сможем ли мы облететь зону штормовой погоды, – твердо сказал капитан.
Бейкер и Дотт стали прокладывать маршрут полета в Ботвуд, о. Ньюфаундленд, старательно вычерчивая границы шторма и обозначая стрелами сильные ветры. Когда схема полета была готова, за
Для каждого отрезка пути он брал в расчет направление и силу ветра на высоте тысяча футов, четыре тысячи, восемь и двенадцать тысяч. Зная крейсерскую скорость клипера и силу ветра, Эдди мог вычислить путевую скорость, таким образом, в итоге можно было получить время полета на каждом участке при наиболее подходящей высоте. Затем он сверялся с таблицами и элементарно подсчитывал расход топлива за данное время с учетом текущей нагрузки. Он даже составил специальный график, где для всех отрезков указывались данные по расходу топлива. Экипаж в шутку называл его каракули «кривой Дикена». Предстояло вывести конечные цифры, делая, разумеется, поправку на определенный запас прочности.
Когда все вычисления были сделаны, он с ужасом обнаружил, что количество топлива, необходимое им для того, чтобы добраться до Ньюфаундленда, больше нагрузки, которую мог нести клипер.
С минуту он молча сидел и смотрел прямо перед собой.
Разрыв был совсем небольшим, буквально ничтожным, однако риск оставался. В любом случае, он обязан доложить капитану и, наверное, уже сделал бы это, если бы не Кэрол-Энн, которая далеко, неизвестно где, напугала до смерти и ждет его помощи.
Что же делать? Вправе ли он солгать, совершив должностное преступление? Так, надо во всем разобраться, все взвесить. Так или иначе, на всякий случай есть некоторый запас. Если дела пойдут совсем плохо, самолет может лететь напрямик через штормовую зону вместо облета.
Он готов был убить себя за то, что приходится обманывать капитана. Марвин Бейкер всегда считал для себя главным жизнь и благополучие пассажиров, поэтому у него была слава одного из самых надежных пилотов компании.
С другой стороны, его решение, каким бы оно ни было, еще не является окончательным. Все равно каждый час полета нужно будет сравнивать действительный расход горючего с показаниями на «кривой». И, если они сожгут больше запланированного, так или иначе придется повернуть обратно.
Дикен понимал, что его могут уличить в обмане, а это означает конец карьеры, но разве можно колебаться, когда на карту поставлена жизнь жены и будущего ребенка.
Эдди опять углубился в свои вычисления, но на этот раз, сверяясь с таблицами, он сознательно сделал ошибку и занизил цифру расхода топлива. Теперь она оказалась в допустимых нормах.
И все же, он никак не мог принять решение. Солгать на деле оказалось гораздо труднее, чем в мыслях, даже учитывая все смягчающие обстоятельства.
Наконец капитан Бейкер потерял терпение. Марвин встал, подошел к нему, потрепал за плечо.
– Все, Эд, подводи черту. Итак, летим или остаемся?
Эдди показал ему свой последний расчет, стыдливо пряча глаза. Он просто не мог посмотреть капитану в лицо. Он нервно сглотнул слюну, облизнул
– Почти на пределе, и все же летим, сэр.
Часть III
Фойнес – Середина Атлантики
Глава 11
Как только Диана Лавси очутилась на пристани в Фойнесе, она тут же поблагодарила Всевышнего за то, что тот услышал ее молитвы и ее ноги наконец ступили на твердую почву.
Она была все так же печальна, но успокоилась, приняв решение: на клипер она не вернется, в Америку не полетит, замуж за Марка Альдера выходить не будет.
Колени дрожали, ноги, казалось, подкашивались. В какой-то момент она вообще испугалась, что упадет, но ей все-таки удалось успокоиться. Диана пошла по направлению к таможне.
Она взяла Марка под руку. Вскоре, когда они останутся вдвоем, она сообщит ему новость. Это разобьет его сердце, подумала она с жалостью, зная, как он ее любит. Но теперь нечего и думать, хватит сомнений и метаний, он сам виноват.
Все пассажиры сошли на берег, за исключением той странной парочки, что сидела рядом с ней – смазливого Фрэнка Гордона и лысого Оллиса Филда. Лулу Белл все никак не могла наговориться с Марком. Однако теперь Диане было наплевать, она ее просто не замечала. И, удивительно, но она даже не сердилась на Лулу. Конечно, актриса – дотошная и нахальная особа, но, по крайней мере, она открыла Диане глаза на ситуацию.
Пассажиры быстро прошли таможенный контроль и покинули пристань. Вскоре они очутились на западном краю деревни с единственной улицей. Пастух гнал через дорогу коров, и им пришлось остановиться, чтобы пропустить стадо.
Диана услышала, как княгиня Лавиния громко и раздраженно воскликнула:
– Зачем меня привели на эту ферму?
Дейви, маленький стюард, ответил ей мягким спокойным голосом:
– Мы ведем вас туда, где можно отдохнуть, княгиня, здесь недалеко. – Он показал на здание на другом краю деревни. Оно было похоже на гостиницу, со стенами, увитыми плющом. – Там есть очень хороший бар, «Погребок миссис Уолш», где подают великолепное ирландское виски.
Когда коровье стадо прошло, несколько пассажиров последовали за Дейви в бар.
– Пойдем, пройдемся по деревне, – сказала Диана Марку. Она хотела как можно скорее оказаться с ним наедине. Он улыбнулся и тут же согласился. Впрочем, у некоторых пассажиров возникла та же идея, у Лулу Белл в том числе. Таким образом, по главной улице деревушки, именуемой Фойнес, прогуливалась немного поредевшая, но все еще внушительная толпа.
Они увидели железнодорожную станцию, почту и церковь, затем два ряда домишек из серого камня с черепичными крышами. Кое-где на первом этаже лавки. На обочине дороги несколько повозок с впряженными в них пони и только один грузовик. Деревенские жители в куртках из твида и домотканого сукна удивленно глазели на спустившихся с небес гостей в шелках и мехах. Диана чувствовала себя так, будто участвует в праздничной процессии. Видимо, провинциальный Фойнес еще не привык к роли «перевалочного пункта» для знаменитостей и элиты всего мира.