Ночь иллюзий
Шрифт:
– Найдется кое-что получше, Флорин.
– Раздался мягкий щелчок, и оконная рама распахнулась в комнату, как ворота. Но никакой ветерок в помещение не проник: на расстоянии вытянутой руки находилась невыразительная серая стена, а на уровне пола комнаты - бетонное покрытие.
– Двойная панель в стене, - сказал он.
– В доме есть немало особенностей, которые приятно удивили бы Ван Ваука, узнай он о них.
– Каков был другой маршрут. Сенатор?
– спросил я.
– Которым, как полагает Ван Ваук, вы воспользуетесь?
– Панель задней стенки гардероба открывает путь
Он пошел впереди меня, ускользнув из поля зрения. Когда я намеревался последовать за ним, за моим ухом будто застрекотал сверчок.
"Хорошая работа, - прошептал тоненький голосок.
– Все идет прекрасно. Следуйте за ним".
Я окинул последним взглядом комнату и пошел за Сенатором потайным ходом.
VII
Мы вышли из стены в тень гигантского тополя. Сенатор прокладывал путь без каких-либо драматических фокусов через декоративный сад к ряду импортированных тополей, а затем вдоль них к ограде. Из-под пальто он достал ножницы и вырезал в проволоке дыру. Проникнув сквозь нее, мы оказались в кукурузном поле под звездами. Сенатор повернулся ко мне и хотел что-то сказать, когда сработала охранная сигнализация.
Не было ни пронзительных звонков, ни сирен, просто по всему периметру вспыхнули яркие прожекторы.
– Живее, - закричал я, и мы ринулись к лесистому холму за полем. Тополя не могли укрыть нас, и наши длинные тени бежали впереди. Я чувствовал себя таким же незаметным, как таракан в стакане для коктейля, но если и был другой способ, то я его не знал. Мы перелезли через какую-то изгородь, и оказались в реденьком лесочке, который, по счастью, становился все гуще по мере подъема. Мы остановились, чтобы перевести дыхание, в четверти мили от дома, мирно плавающего в луже света под нами. Не было видно ни вооруженных людей, бегающих по лужайке, ни вертолетов, жужжащих в воздухе, ни ревущих полицейских машин.
– Чересчур легко, - сказал я.
– Что это значит?
– Сенатор быстро восстанавливал дыхание. Он был в форме - очко в нашу пользу.
– Они включили это море огней как будто лишь для того, чтобы осветить нам дорогу.
– Существует тщательно разработанная система электронной защиты, - сказал он, и я увидел, как Сенатор усмехнулся.
– Не так давно я немного поработал с пунктом управления.
– Вы обо всем подумали. Сенатор. Что дальше?
– Радиальное шоссе No 180 проходит в миле к западу, хотя...
– он махнул рукой в сторону гребня горы над нами.
– Второстепенная дорога No 96 опоясывает холмы в семи милях отсюда. Здесь труднопроходимая местность, но я знаю маршрут. Мы можем достигнуть дороги через два часа, как раз вовремя, чтобы поймать продуктовый "дальнобойщик" и бесплатно добраться до побережья.
– Почему до побережья?
– Там нас будет ждать человек по имени Иридани. У него все связи.
Внизу под нами началось, наконец, движение. Завыли машины. Слышались окрики, но никто не выглядел особенно обеспокоенным - по крайней мере, так казалось с расстояния в полторы тысячи ярдов.
– Ван Ваук предусмотрел любую случайность, кроме этой, - удовлетворенно сказал Сенатор.
–
– Только если мы не будем сидеть и слишком долго восхищаться собой.
Звезды светили достаточно ярко. Сенатор оказался опытным туристом и, видимо, точно знал, куда двигаться. Мы забрались на хребет, и он показал на призрачное сияние на севере, где в сорока милях находился Хоумпорт.
Пешее путешествие без остановок заняло на десять минут больше предсказанного Сенатором.
Сенатор остановился перевести дух и протянул мне серебряную фляжку и квадратную таблетку.
– Брэнди, - сказал он.
– И тонизатор. Брэнди оказалось превосходным.
– Понял, - сказал я, отхлебнув изрядный глоток.
– Это побег из тюрьмы "люкс", американский план.
Он рассмеялся.
– У меня было достаточно времени на подготовку. Еще три месяца назад для меня стало очевидным, что Ван Ваук и Совет что-то задумали.
– А вы уверены, что правильно поняли их намерения?
– На что вы намекаете?
– А вдруг, маршрут через гардероб был фальшивкой? Возможно, псевдоокно было наживкой? Может быть, они сейчас следят за нами?
– Вы говорите наугад, Флорин? Или?
– Я почти никогда не говорю наугад. Он рассмеялся снова, и хотя не громко и не весело, но все-таки это был смех.
– В действительности все выглядит несколько иначе, чем мы себе представляем. Но на чем-то необходимо остановиться. Я предпочитаю верить, что думаю собственной головой и что мои идеи не столь уж плохи и даже лучше, чем все планы Ван Ваука.
– Что произойдет после вашей встречи с этим Иридани?
– У него есть доступ к средствам массовой информации. Мое неожиданное появление в эфире, выступление в газетах свяжет им руки.
– Или сыграет им на руку.
– Что вы имеете в виду?
– Все то же - зеленых человечков.
– Но это не так. Флорин. Я сказал вам, что у меня есть доказательства.
– Если вы способны выдумать пришельцев, то можете выдумать и доказательства.
– А если вы сомневаетесь, что я в здравом уме, почему вы здесь?
– Я согласился помочь вам. Сенатор, а не верить в ваши идеи.
– В самом деле? А может быть, ваша помощь заключается в том, чтобы послушно привести меня к Ван Вауку?
– Вы послали за мной. Сенатор, - это была не моя мысль.
Он хотел ответить резко, однако передумал, лишь покачал головой и улыбнулся. Мы двигались молча и вскоре услышали приближающийся с южного направления вой турбин грузовика.
– Вот и наша телега, - сказал я.
– Точно как вы предсказывали. Сенатор.
– Всем известно, что это центральная грузовая артерия, не пытайтесь усмотреть здесь что-то мистическое.
– Думаю, что и Ван Ваук это тоже знает. Прячьтесь, пуленепробиваемый жилет на мне, а не на вас.
– К черту, - резко сказал Сенатор, немного выходя из роли.
– Надо кому-то доверять.
– Он вышел на середину дороги и стал махать "дальнобойщику", когда тот появился из-за поворота. Мы забрались в кузов через задний борт и удобно устроились среди пустых корзин для цыплят.