Ночь для двоих

Томас Шерри

Но в настоящее время Эдмунд Дуглас, или человек, выдающий себя за него, на свободе и может совершать новые преступления. Сообразив, что Виру довольно трудно причинить вред, он, несомненно, обратит самое пристальное внимание на свою жену и племянницу. Маркиз не собирался безвылазно сидеть дома, охраняя супругу, но нельзя было сбрасывать со счетов тот несомненный факт, что теперь он ответственен за ее безопасность.

— Я хочу, чтобы вы сами этим занялись, — сказал он.

Холбрук был одним из лучших дешифровальщиков в стране, если не в мире. Как и леди Кингсли,

Вир инстинктивно чувствовал, что в зашифрованном досье содержатся сведения, которые позволят немедленно арестовать мерзавца.

Холбрук, не оставивший без внимания нетерпение Вира, откинулся на спинку стула.

— Но, лорд Вир, вы же знаете, как я ненавижу практическую работу.

Кто бы сомневался. За помощь Холбрука всегда приходится платить.

— Чего вы хотите?

Холбрук довольно улыбнулся:

— Помните, я упоминал о шантаже некой особы, принадлежащей к королевской семье? Мне все еще необходим высококлассный агент, способный помочь этой особе выпутаться из неприятностей. Но поскольку вы убежденный республиканец и даже пальцем не пошевелите, чтобы сослужить службу монархии, я не настаивал.

Вир вздохнул. При нормальных обстоятельствах он бы отказался. Но теперь он займется этим делом хотя бы для того, чтобы успокоить собственную совесть. Ведь он подверг свою супругу серьезной опасности.

— Что я должен знать?

Шантажистом был некий мистер Бойд Паллисер. По данным Холбрука, Паллисер, имевший проблемы с отдельными представителями преступного сообщества, опасался за свою безопасность. Его дом представлял собой настоящую крепость, и единственный способ туда пробраться — получить приглашение хозяина.

— Я хочу, чтобы вы проиграли ему в карты достаточно крупную сумму денег, и он пригласил вас в дом. Оказавшись внутри, напоите его до бесчувствия и скройтесь с нужными нам вещами и желательно с вашими расписками.

Вир закатил глаза:

— Когда-нибудь вам следует начать самому осуществлять свои планы, Я не могу столько пить.

— Ерунда. Вы в состоянии перепить носорога.

В юности Вир мог перепить стадо слонов и наутро не ощущать никаких последствий. Но теперь все чаще давала о себе знать печень. Однако времени разрабатывать другой план не было.

Маркиз ушел из клуба и обнаружил Паллисера в его любимом игорном заведении. Потребовалась заоблачная сумма и достаточное количество рома, чтобы поддерживать на плаву средних размеров корабль, а также идиотизм, впечатливший даже самого Вира, чтобы в конце концов он получил приглашение в дом Паллисера в Челси.

Они пили. Они пели. Они разгулялись так, что чертям было тошно. В какой-то момент Паллисер отодвинул от стены антикварный шкафчик и продемонстрировал за ним сейф. Похлопав себя по всем карманам, он наконец отыскал связку ключей, открыл сейф, достал небольшую статуэтку из нефрита и с гордостью показал ее Виру, который находился в такой степени опьянения, что ему потребовалась целая минута, чтобы оценить увиденное — откровенно непристойную позу женщины.

Маркиз также не заметил до тех пор, пока Паллисер не открыл сейф еще раз, желая вернуть статуэтку

на место, что там находится связка писем.

Делать было нечего. Оставалось только напоить Паллисера, взять письма и уносить ноги. Однако вожделенная цель постоянно удалялась — Вир тоже пьянел. А у Паллисера появилась досадная привычка внимательно следить за тем, чтобы его собутыльник выпивал свой бокал до дна, а не выливал его в ближайшую кадку с чахлой пальмой.

Паллисер потянулся через стол за бутылкой и сбил металлическую вазу, которая с грохотом покатилась по полу.

— Вы слышали? — спросил Вир.

— Конечно, слышал, — раздраженно сообщил Паллисер. — Такой грохот услышал бы мертвый.

— Нет, был какой-то еще звук. — Вир неловко встал, чтобы поднять вазу, при этом опрокинул стул, который неожиданно возник на его пути.

Стул с треском сломался.

— Вы слышали? — снова спросил Вир.

— Конечно, слышал.

— Нет, был какой-то еще звук.

Паллисер схватил трость, встал и прислушался. Через несколько мгновений он взмахнул тростью.

— Я ничего не слышу.

Трость сшибла с полки мраморный бюст, который, разумеется, раскололся, грохнувшись на пол.

— Вор!

— Ш-ш-ш, — прошипел Вир. — Кто-то дерется.

— Где? Я не слышу ни черта.

Вир сделал шаг в сторону и свалил приставной столик.

— Мне кажется, сюда кто-то идет.

— Давно пора. Здесь полный разгром. Необходима срочная уборка. Я думаю...

Дверь распахнулась, и на пороге появился незнакомец с револьвером в руке. Медленно, очень медленно (Или это восприятие Вира замедлилось) он поднял оружие. Маркиз взглянул на Паллисера. Тот далее не видел вторжения, завороженно уставившись на мраморные осколки.

Незнакомец выстрелил. Звук едва дошел до заторможенного сознания маркиза. Он спокойно проследил, как Паллисер падает на пол. Пуля попала в левую сторону груди несчастного, оставив аккуратное отверстие в самом центре яркого пиона, который Паллисер носил в качестве бутоньерки.

Затем убийца повернулся к Виру и нажал на спусковой крючок. Вир присел. Острая боль, пронзившая правую руку, быстро оживила утонувшие в роме инстинкты. Маркиз нащупал металлическую вазу, все еще лежавшую на полу. Ваза, небольшая, но тяжелая, метко угодила в лоб убийце. Мужчина вскрикнул и пошатнулся. Прежде чем он успел прийти в себя, за вазой последовал стул. А потом убийца получил сильный удар приставным столиком и растянулся на полу. Столик упал сверху, а на него, для верности, рухнул Вир.

Послышались шаги. Вир с трудом поднялся и прислонился к стене. Но это были всего лишь слуги Паллисера, а вовсе не его телохранители. На пороге изумленно глазели на разгром два лакея.

— Немедленно пошлите за доктором, — приказал Вир, хотя и сомневался, что Паллисер еще жив. — И приведите констебля.

— Но мистер Паллисер не хочет иметь дело с полицией.

— Тогда ступайте и приведите того, с кем он хочет иметь дело, получив пулю в грудь.

Один из лакеев заколебался:

— Я не знаю, сэр. Я недавно работаю в этом доме.