No past
Шрифт:
Какая-то минута, и в потолке лифта зияла сквозная квадратная дыра, сквозь которую были хорошо видны натянутые тросы, стена лифтовой шахты и жгут из нескольких толстых кабелей, тянущийся куда-то вверх. Вниз Геральт ничего, кроме вынутых плиток облицовки не сбросил; люк он, видимо, пристроил сверху на кровле лифта. Давление на ладони на миг возросло, ведьмак уцепился за край дыры, подтянулся, и вылез наружу.
— Давай за мной, — прошептал он.
Гиларди подал ведьмаку винтовку, подпрыгнул, уцепился за край и тоже влез в дыру.
Стоять на крыше лифта было дико и непривычно; чуть выше, где-то между вторым и третьим этажом,
Геральт вручил квартерону винтовку, ухватился за ближайшую скобу и полез наверх. Сноровка, с которой он это проделал, недвусмысленно свидетельствовала о том, что и ведьмак в свое время лазанья по пожарным лестницам не чурался. Да и профессия обязывала как никак: неуклюжему ведьмачить не светит.
Они поднялись до дверей на третьем этаже. Ведьмак уцепился одной рукой за трос, на котором висел лифт; левой ногой уперся в лестничную скобу.
Гиларди затруднился бы описать позу, принятую Геральтом: тот напоминал не то паука в центре вековых тенет, не то воздушного гимнаста на трапеции перед исполнением особо трудного кульбита. На деле ведьмак всего лишь дотянулся до какого-то механизма чуть левее и выше одной из створок, покопался там рукой и — о, чудо! — с тихим гулом створки разъехались. Не целиком, примерно наполовину. Но в образовавшуюся щель уже можно было с успехом протиснуться.
Еще немного гимнастики, и Геральт с квартероном выбрались из шахты в холл третьего этажа.
Холл был устлан ковром, толстым и пушистым — просто праздник после грязных луж тренировочного подвала. Прямо с четверенек Гиларди совершил на диво правильный перекат, приник к стене лифтовой шахты справа от дверей и взял единственную в поле зрения дверь на ствол. Почти на всю высоту дверь была застеклена; однако стекло было не простое, а полупрозрачное, максимум, что через него удалось бы разглядеть — силуэт. В данный момент за дверью точно никто не прятался, поэтому Гиларди позволил себе скосить глаза на
Геральта.
Тот занял зеркальную позицию по другую сторону дверей лифта. Дивный перекат квартерона ведьмак либо не оценил, либо (что вероятнее) счел само собой разумеющимся и оценки попросту не требующим. По-видимому, подбадривать менее опытного спутника ведьмак особо не собирался.
Несколько мгновений — и ведьмак перетек к застекленной двери. Сделал знак квартерону; тот повторил маневр со своей стороны.
„Открывай!“ — просигналил ведьмак жестом. Гиларди взялся за дверную ручку и потянул; дверь бесшумно отворилась. Сквозь стекло он увидел, как
Геральт тенью скользнул в проем, отступил влево и присел. Без всякой команды было понятно, что теперь черед квартерона.
В примыкающем к холлу широком коридоре Гиларди, не забыв осторожно прикрыть подпружиненную дверь,
В следующие несколько секунд Гиларди получил ответ на недавний вопрос: почему после стремительного перемещения ведьмак и сам все время приседает, и ведомого заставляет поступать так же.
Едва заметный в свете дня красноватый лучик прошелся по всей комнате примерно в метре над полом. Он чиркнул по дубовым панелям чуть выше голов
Геральта и Гиларди. Источник луча находился в дальнем углу и внешне напоминал такой себе мирный столбик с глазком-линзой на верхушке.
Гиларди интуитивно понял, что нужно замереть и не издавать ни звука.
Даже скосить глаза и поинтересоваться, чем занят ведьмак, он не решился.
Впрочем, долго гадать не пришлось: после некоторой паузы Геральт перекатился по ковру к злополучному столбику с глазком и, надо полагать, вывел из строя датчик движения. Или еще что-нибудь вывел из строя, у ведьмаков много тайных методов против недружелюбной техники.
Сбросив оцепенение, Гиларди стал вполоборота к ведьмаку. Тот внимательно глядел куда-то за угол, вдоль коридора; квартерон со своей позиции не видел куда именно. Секундой позже Геральт жестом скомандовал выглянуть, что Гиларди с некоторым даже удовольствием и проделал.
Он увидел прозрачную стену напротив себя: За стеной хорошо просматривалась небольшая комната, но не обстановка в первую очередь приковала внимание — вовсе нет.
Гиларди увидел дочь.
Мелисса сидела на диване в позе живого, измученного долгим ожиданием и неизвестностью. Рядом на полураскорячился очередной металлический паук двойник обезвреженного в подвале. Странно, но ни на ведьмака, ни на выглянувшего из-за угла квартерона паук-страж никак не прореагировал, ходя по идее должен был, стена-то стеклянная. Ладно Мелисса — она устала, отчаялась, могла и прозевать появление нежданных гостей. Но страж? Гиларди был, конечно, наивнее и неопытнее ведьмака, но не до такой степени.
— Тихо, — прошептал незаметно приблизившийся ведьмак — теперь он стоял
за спиной квартерона. — Они нас не увидят, эта стена прозрачна только с нашей стороны.
Гиларди оглянулся и перехватил взгляд Геральта. Пристальный, пытливый, словно ведьмак стремился влезть квартерону в самую душу и выведать все его помыслы, считать все до единого чувства.
К счастью, на подобное не были способны даже ведьмаки. Возможно, они умели влезать в души машин и других сложных механизмов, но души живых оставались закрытой книгой и для ведьмаков тоже.
„Интересно, — подумал Гиларди немного не к месту, — откуда он знает, что стена комнаты односторонней прозрачности? Как он это определил?“
„За мной“, — отсигналил ведьмак и скользнул в коридор. На этот раз он не стал приседать, крался почти в полный рост, только немного пригнулся.
Гиларди послушался. Но… немного отстал. Очень вовремя. Когда ведьмак преодолел половину пути до стеклянной стены, пол под ковром вдруг вспучился; одновременно, прорвав тонкий маскировочный покров на потолке, сверху упала металлическая клетка. Прутья с размаху вонзились в специальные вертикальные гнезда, доселе прячущиеся под ковром, вонзились — и зафиксировались. Вторая клетка поднялась из пола, приподняв ковер, который провис на манер гамака.