НКВД

Гринёв Вадим

После замкнутого пространства подлодки открытые морские и береговые пейзажи Барселоны показались нам чудом. А сам город – большой с красивыми памятниками и многолюдными улицами – производил впечатление нарядности и довольства. Чем-то он напоминал нам Баку, а испанцы своей приветливостью были похожи на азербайджанцев. Пока нас везли на аэродром, встречавший военный советник с гордостью показывал нам необычные архитектурные творения Гауди.

На

аэродроме нас разместили в одноэтажных бараках. Три дня мы обустраивали свое жилье, осматривали взлетно-посадочные полосы и знакомились с ориентирами в ожидании прибытия самолетов. Но вот прибыли тем же подводным путем разобранные узлы И-16. Это был моноплан новой конструкции Ильюшина. Он развивал скорость до 600 км/час, но был вооружен хуже, чем немецкие, которые проигрывали нашим в скорости и в маневренности. За тупой нос испанцы называли наши самолеты «курносыми». Мы собрали самолеты и облетали их над Барселоной.

Мое звено получило задание вылететь в Мадрид и патрулировать небо над городом. За нами должно было вылетать еще одно звено. Мои подопечные были неразговорчивы. На Родине мы учились маневрировать и стрелять по учебному конусу, который ответить пулеметной очередью или пушкой не мог. Предстояло вступить в единоборство с опытными немецкими и итальянскими летчиками. Они уже были научены бомбить города и убивать на бреющем полете республиканцев в траншеях. Чтобы, как-то своих товарищей расшевелить, я вспомнил, как мы катали девушек в Баку.

– Как, ребята, не уделаемся? Над Мадридом кабины мыть не кому! Посмеялись. Повеселели. До этого по нашим самолетам не стреляли. Страх настоящей опасности в воздухе нам был неведом. Я сверил ориентиры по карте и прикинул, что мы уже близко. Над Мадридом было солнечно, и все огромное городское поле было прекрасно видно. Мы шли на высоте двух тысяч метров. Над нами проплывали редкие облака. Впереди я увидел две точки, которые быстро увеличивались в размерах. Я радировал своим ведомым, что вижу цель. Хейнкели шли выше. Они нас распознали и решили не уходить от боя, хотя их было только двое. Они легко маневрировали, видимо уже сбросив бомбовый запас. Мне удалось быстро подняться выше и через «мертвую» петлю пристроиться в хвост к ведомому. Сквозь шум мотора я услышал какое-то потрескивание и увидел, как немец проскочил внизу слева. Мой взгляд выхватил левую плоскость. Ближе к кабине она была прошита пулевыми отверстиями. Я почувствовал холодок , и страшная мысль пронзила позвоночник:

«Мое крыло может отвалиться!». Но я уже спускался сверху на преследуемый Хейнкель и выстрелил из пушки. Корпус его вздрогнул, и он начал снижаться. Потом он задымился и вошел в штопор. Пока я наблюдал эту радостную картину внизу, на фоне городских «коробочек», справа сверху на меня сваливался второй немец. Очередь его пулемета прошла уже сзади правого крыла. Потом я увидел, как самолет Волченкова выстрелил немцу под брюхо, и тот сразу же загорелся. Волченков радировал, что у него кончается горючее и, что пора бы возвращаться. Мы все трое сманеврировали боевое построение и сделали круг над городом в надежде, что наш первый бой мадридцы видели. К вечеру еще одно наше звено сбило итальянский «Фиат». Для первого дня результат неплохой, мы оставались в плюсе.

В начале фашистского мятежа, армия генерала Франсиско Франко, каудильо Испании, и в последствии генералиссимуса, с помощью итальянских и немецких летчиков быстро двигались к Мадриду. Пилоты фашистских бомбардировщиков, безнаказанно бомбили позиции республиканцев, у которых не было ни зениток ни самолетов. Только в конце октября, неизвестно откуда взявшиеся, самолеты, без опознавательных знаков, разбомбили итальянский аэродром, с только что прилетевшими истребителями фирмы «Фиат». Пиратские самолеты, успешно отбомбившись улетели незамеченными. Так заявили о себе советские бомбардировщики «СБ», конструкции А. Н. Туполева. Они продолжали разрушать аэродромы итальянцев, к тому же, их скоростные характеристики позволяли охотиться им на истребителей «Фиата». Вскоре испанские летчики научились сбивать итальянцев и немцев. Они быстро освоили советские истребители И-15 и И-16. Впервые в мире жители Мадрида могли наблюдать крупный воздушный бой летательных аппаратов, чего воевавшим странам в Первую мировую войну не приходилось видеть. Больше трех десятков немецких и итальянских самолетов дрались с двумя десятками советских истребителей. В этой первой воздушной схватке у противников потерь было мало. Враждующие пилоты присматривались друг к другу. Изучали маневренные качества своих машин, гоняясь друг за другом в бесконечном голубом океане. Появились первые теоретики и практики воздушных боев. Советские ассы придумали «Бои на вертикалях», когда ведущий и ведомый шли рядом, не теряя из поля зрения друг друга, но на различных высотах.

Конец ознакомительного фрагмента.