Нити
Шрифт:
Я не смотрю на него. Дофламинго улыбается. Он спокоен, расслаблен, почти удовлетворен.
Почти.
Я провожу губкой по каждому сантиметру его кожи. Я намыливаю его волосы и также смываю. Он смотрит на меня. Иногда я смотрю на него. Всё что мне нужно умещается в этой ванне. Мне достаточно.
Когда я заканчиваю, то поворачиваюсь к нему и откидываю на лопатки в расслабляющую позу. Нагибаюсь и шепчу прямо на ухо:
— А теперь расслабьтесь, и получите удовольствие.
Приподнявшись, я посмотрела на него. Ладонь заскользила с плеча по грудной
— Можно, — облизнулась, — Господин?
Его глаза сузились, наблюдая за моими действиями. Кивок и я продолжаю.
Мягко продолжаю водить вверх и вниз. Сжимаю.
— Сильнее.
Я выполняю его приказ. Сжимаю сильнее. И думаю, как он будет чувствоваться внутри. О Господи.
Кто не выдерживает первым, я не знаю. Но уже через мгновение. Головка находится внутри, а руки Дофламинго опускают меня на него.
Движение моих бедер и он полностью внутри меня. Восхитительно.
Мужчина рычит. Я стону. Громкий стон отражается от стен и возвращается обратно.
— Узко, — его глаза прикрыты. — Ты до сих пор такая узкая.
— Ты огромен, — я еле могу говорить (что такое слова?)
Вверх. Бедра поднимаются. И я снова стону.
О черт.
Это
Всё
Что
Мне
Нужно.
Пожалуйста.
Я упираюсь руками в его торс. Двигаюсь на инстинктивном и рефлекторном уровне.
Вверх. Вниз. Вверх. Толчок. Он не намерен ждать. Грубее. Сильнее. Глубже. Еще.
Его руки впиваются в меня. Ведут меня.
Тугой узел запутывается сильнее. Вот-вот и порвётся. Больше никаких прикосновений кроме бедер. Только это. Большего не нужно.
Очередной сильный толчок врывает его в меня. Всё глубже прокладывая путь. Всё глубже овладевая мной.
Я ничего не вижу. Кроме него.
Дофламинго рычит каждый раз, когда вторгается в меня. Я стону всё громче, когда выпускаю его член и чувствую, как он находится внутри. Длинный, толстый, пульсирующий, внутри.
Еще немного.
Еще.
Он двигается. Я двигаюсь.
Я дрожу.
Он сжимает мои руки в своих, когда я снова пытаюсь дотронуться до себя.
Я взрываюсь, когда Джокер снова бьет меня по ягодицам. На этот раз больше одного раза. Я не могу сосчитать. Я не чувствую ничего кроме…
бешеного удовольствия.
Оргазм накрывает меня с головой после того как я чувствую струю теплой спермы Дофламинго разливающейся внутри.
Он опрокидывает меня на себя и выходит. Руки опускаются на ягодицы, поглаживая.
Я чувствую всё и ничего одновременно. Удовлетворение. Заключение стоило этого.
Я провожу языком по его груди и шее и останавливаюсь, когда чувствую содрогание его грудной клетки. Дофламинго смеялся.
— Непослушный ребенок, — намотав мои волосы на руку, он оттягивает их, глядя на меня. — Ты прощена, ровно до следующего раза.
— Его не будет, — мои глаза затуманены до сих пор.
Он не отвечает.
На его лице всё ещё улыбка.
—
Я молчу.
— Ты моя. Эти губы не только целуют, ласкают и сосут только для меня, но и все слова, сказанные из них, предназначены только мне. Эти глаза видят и ищут только меня. Это тело ублажает, потакает, соприкасается, течет, трахается, двигается только для меня и от меня. Мне плевать, что ты услышишь, но в твоей маленькой головке должны быть мысли только обо мне, моём теле и члене. Все твои псевдочувства направлены только на твоего Господина. И вот эта охренительная штука, — он касается моего влагалища, пробираясь внутрь, — только моя. Всё твоё существование — моё и для меня. Я твой Господин. Я твой Король. Я твой Бог.
Я целую его шею и снова насаживаюсь на его пальцы.
— Глубже, — шепчу я прямо в его губы.
Он ухмыляется:
— Маленькая ненасытная сучка.
Комментарий к I.
Banks – Waiting Game
Ludovico Einaudi – Circles (feat. Greta Svabo Bech)
========== II. ==========
Люди не бывают настолько высокими. Только демоны. Или Боги, — думала я, когда тень Дофламинго нависла над доносчиком.
Я наблюдала за ним. За его движениями. Очки скрывали его глаза, и я гадала, куда он смотрит и насколько у него бешеный взгляд.
Он хищник.
Он смотрит на свою добычу.
Этому пареньку точно не выжить.
Я пытаюсь не смотреть на него, всю себя отдавая Джокеру. Не давать еще больше поводов для пыток. Краем зрения я просто замечаю белые волосы и смуглую кожу. Худощавый и невысокий. В голову прокрадывается мысль, что Дофламинго и особо стараться не нужно.
Черт.
Терпи.
— Так, что ты там говорил о правительстве? Еще о Дресс Роуз? — он засмеялся. — Там было так много информации. Не знал, что такой мусор может знать так много.
— Я…
Заткнись!
Этот голос…
Он не выносим.
Это голос смертника.
Джокер замахивается и бьет того ногой в живот. Стон боли заполняет тишину в комнате. До самых глубин.
Дофламинго снова бьет его. Глухой звук падающего тела и всё тот же стон.
Умоляю.
Я перевожу взгляд с мужчины в окно. Свиреп и доволен. Он играет, ему забавно наблюдать за муками людей. Дофламинго не боится того, что тот пытался сделать. Этот паренек просто предоставил ему своё тело для развлечения. Мешок с костями.
Крик пронзает комнату.
Я не знаю, что Джокер сейчас сделал, и не хочу знать. Я не повернусь.
— Бриз, — рычит он.
Не повернусь.
Ни за что.
— Бриз, — повторяет он, но свою способность не использует. По правде говоря, никогда не использовал на мне.
На моих глазах наворачиваются слезы. Только, мать вашу, не это.
— Она же девушка, молодой Господин, — Требол говорит насмешливо. — Молодая девушка. Они такие нежные существа.
Мерзость.
Его акцент на предпоследнем слове заставляет меня съёжиться.