Нити
Шрифт:
И сразу же сообщение на оперативной волне:
— Передали оружие. Так… Вошли в подъезд. Ждем!
“Форд” неторопливо развернулся на пятачке, обставленном гаражными “ракушками” и замер, попыхивая белесым дымком.
Тем временем установленные в офисе камеры фиксировали стремительно развивающиеся события: мгновенное разоружение охраны, крючки наручников, защелкнувшихся на запястьях незадачливых стражей и, соответственно — на водопроводных трубах, после — заход бандитов в главное помещение офиса, раскрывшиеся дверцы шкафчика, за которыми блеснул хромированным
Бандиты “работали” не торопясь, без малейшего намека на какую-либо суету и нервозность, не обмениваясь ни единым словом.
Один из подручных Аслана легко, словно ребенка, взял сейф в руки и спокойно понес его к выходу.
Уже потом, просматривая видеозапись, Акимов невольно присвистнул: двое здоровенных спецназовцев при имитации сцены ограбления едва подняли тяжеленный ящик, а этот абрек нес его, словно пустую картонную коробку, пружинисто поднимаясь по лестнице.
Ограбление, гипотетически сулившее куш в полмиллиона долларов, неожиданно довершил Ахмед: словно спохватившись, вернулся к висевшему на вешалке пальто и обшарил карманы… И вспомнилось невольно Акимову обручальное кольцо, сорванное с пальца бедолаги-водителя…
“Ну-у, крыса…”
Через минуту троица появилась на тротуаре у подъезда.
“Форд”, совершив короткий рывок, подкатил к ней.
Считанные секунды, и вот уже сейф исчезает в чреве просторного багажника, дама на переднем сиденье принимает пакет с оружием, и машина неторопливо скользит к выезду из дворика, оставляя позади себя трех невзрачных молодых людей, которые, поправляя воротники и шарфы, спокойненько бредут прочь…
Впрочем, спокойствие оставляет троицу, когда буквально под ногами у нее хлопает, застилая глаза плотным серым дымом взрыв-пакет и сухо щелкают пусть холостые, но весьма грозные автоматные очереди, заставляя бандитов, пригибаясь, слепо бежать в расплывающееся перед глазами пространство…
И тут же, будто материализовавшиеся из воздуха, возникают в мирном и тихом до сей поры дворике, спецназовцы в серых плотных куртках, звучат отрывистые команды и рев автомобильных двигателей…
Впрочем, бандитский “Форд”, лошадиных сил в котором было больше, чем во всей Московской области, несмотря на спланированные засады, весьма лихо обогнул их, и, проявляя чудеса в искусстве скоростного маневрирования, водитель сумел-таки выскочить на магистраль — предусмотрительно, впрочем, застрахованную машинами РУБОП.
Искусство седока за рулем “Форда” было оценено должным образом, и потому, дабы не тешить мирного обывателя перипетиями феерической гонки по московским улицам, было принято пусть грубое, но эффективное решение в задержании мощной и верткой машины…
Тяжелый, сваренный из толстых труб и мертво укрепленный на раме бампер милицейского джипа, выкатившегося из переулка, в глухом поперечном таране смял крыло “Форда”, отбросив его к тротуару; покореженное железо заклинило колесо, и, прежде чем водитель успел потянуться к ключам, пытаясь завести заглохший движок, матовыми брызгами полетело под автоматными
А вместе с ним — и даму, на бедре которой в кобуре обнаружился еще один пистолет…
После изымались из пакета помеченные изотопом “Стечкины”, и видеокамера регистрировала изъятые стволы, выкладываемые на капот и — мерный голос офицера, комментирующий:
— Три пистолета… Обоймы… Теперь — открываем багажник… Так… Видите — сейф…
Когда схлынула нервная лихорадка, когда перестали противно и непослушно дрожать пальцы и утихомирился хаос горячечных мыслей, Акимов понял, что еще ничего не кончилось….
Да, операция задалась. Причем окончилась она именно так, как и планировалась: вполне естественно, без какой-либо натяжки.
С места совершения преступления скрылись трое преступников: он сам, то бишь, глава славянской группировки, Аслан и — один из бандитов, непосредственно участвовавших в ограблении.
Однако с данной минуты ему предстояло точно сыграть перед Асланом роль неудачливого подельника.
Легко сказать — сыграть! Любая фальшь, малейший интонационный или мимический провал, будут тут же уловлены настороженным и взвинченным от неудачи гангстером, и последующие за тем выводы чреваты отнюдь не задушевными упреками в адрес вероломного провокатора…
Сидя в конспиративном логове Аслана, капитан мрачно выслушивал возбужденно ходившего по комнате кавказца:
— Откуда спецназ взялся, а? Ждали нас, что ли?
— Там окружной отдел РУБОП рядом, может, сигнализацию туда коммерсы протянули, хрен знает… — с усталым раздражением говорил Акимов. — А если б нас ждали… — зло усмехнулся, — хрен бы мы тут с тобой сидели, дебаты разводили… Кто бы нам дал уйти? Давай думать, как ребята себя поведут, кто колоться будет, а кто…
— Мои — не колются, — оборвал его Аслан высокомерно.
— А женщина эта?.. Ну, которая пушки подвозила…
— Ольга? — отмахнулся Аслан. — Быстрее я поплыву, чем она… Хоть и на половину наших кровей, держаться будет, как кремень…
Тут он не ошибся. Показания дали все участники преступления, и лишь Ольга держалась с ледяной неприступностью, не давая никаких признаний. И даже когда сами бандиты убеждали ее: мол, ладно, ты тут сбоку-припеку, мы все рассказали… любительница ношения пистолета под юбкой чистосердечными признаниями порадовать следователя не захотела.
Следователь, не раз бывавший в горячих точках, глубокомысленно заметил Акимову:
— Встречал я таких, так сказать, дам… И знаю эту категорию.
— Что же за категория?
— Из них снайперы первоклассные получаются…
КУРОРТНИКИ ИЗ ДЕСЯТОГО ОТДЕЛА
Через два дня Андрей и Армен вновь очутились на вокзале, встречая двух лейтенантов РУБОП, выступающих в качестве прибывших по приказу шефа “братков”.