Нить судьбы
Шрифт:
— Надеюсь, ее как следует пытали, — злорадно вспыхнули глаза Семена Бельского.
— Гм–гм, я не имею права распространяться о методах нашей работы, но прежде чем доставить преступницу в Вильно, где ее, несомненно, ждет виселица, я, разумеется, допросил ее с пристрастием и теперь должен проверить правдивость ее слов. Прежде всего, я хочу спросить тебя, князь: видел ли ты когда–нибудь эту женщину?
Хорунжий Катинас постучал в железную дверцу кареты нагайкой, которую держал в руке и вдруг все увидели, как чья–то мужская рука схватила за волосы женскую голову и прижала ее к зарешеченному окошку кареты.
— Да, это она гадала здесь всем, — ответил Семен, — только вот волосы…
Хорунжий Катинас бесцеремонно, просунув руку сквозь решетку оттолкнул всей пятерней женское лицо внутрь и вытащил оттуда руку, в которой держал парик с длинными черными вьющимися волосами. Он протянул этот парик едва ли не к лицу князя Семена, спросив:
— Эти?
— Точно, — закивал князь Семен.
— Будем считать, что преступница распознана, а теперь, извини, князь, я должен поговорить с жертвами ее обмана, и после некоторых положенных по праву процедур, вернуть им похищенное.
Он расстегнул сумку на плече, вытащил оттуда увесистый кожаный мешочек и какую–то свернутую в трубку бумагу.
— Где я могу поговорить с князем Четвертинским и человеком по имени Богдан Вишня?
— Проводите хорунжего в шатер князя Четвертинского, затем покажите где найти Богдана Вишню, — распорядился князь своим слугам и пристально поглядел вслед удаляющемуся чеканной военной походкой хорунжему.
Кого же мне напоминает его лицо?
— Пошли, дружище, распорядись подать закусить, — хлопнул князя по плечу королевский наместник Горобец и князь перестал думать о хорунжем…
… — Знакомо ли тебе это, князь? — хорунжий швырнул на стол тяжелый мешок и, не выказывая особого уважения к пожилому собеседнику, небрежно расселся напротив.
— Да, — ответил старик, — я могу развязать?
Хорунжий кивнул.
Князь Четвертинский дрожащими руками развязал мешок, высыпал на стол золотые монеты и начал их пересчитывать.
Хорунжий насмешливо глядел на него.
— Сто двадцать один, сто двадцать два, сто двадцать три… да, все точно — сто двадцать три монеты было в этом мешке, — он всыпал монеты обратно и завязал мешок. Потом развязал его снова, вынул оттуда одну монету и подвинул ее на столе к хорунжему. — Благодарю за помощь…
— Это что взятка должностному лицу? — грозно нахмурился хорунжий.
— Нет, что ты, — смутился князь, — это благодарность за…
— Прошу положить монету обратно в мешок, — холодно сказал хорунжий Катинас.
Князь Четвертинский развязал мешок, вложил монету внутрь и, снова завязав, придвинул мешок к себе.
— Нет, — сказал хорунжий и указал пальцем место на столе рядом с собой, — сюда.
— Как? Ты хочешь отнять у меня все мое…?..
— Я нахожусь на службе, князь! — прикрикнул на него хорунжий. — Тем временем ты уже второй раз наносишь мне оскорбление, сначала предложив взятку, а затем, предположив, что я, слуга короны, призванный бороться с преступниками и ворами, хочу украсть у тебя твое золото! Так вот сообщаю тебе, князь: согласно правилам я должен сдать все отнятые у преступника и похищенные им ценности в казенную канцелярию
Князь Четвертинский слегка побледнел и засуетился.
— Видите ли, господин хорунжий, я глубоко уважаю… и все такое… но, — он перешел на шепот, оглянувшись по сторонам, — но, понимаете, эти деньги мне позарез нужны сейчас. Именно сейчас, а не через несколько месяцев. Нельзя ли как–нибудь…
Хорунжий Катинас казалось смягчился.
— Гм, я всегда готов пойти навстречу хорошему человеку, быть может, я и смогу тебе помочь, однако скажи мне, князь, зачем тебе здесь в лагере в окружении воинов в походных условиях держать такие деньги? Сам видишь, один раз их украли — могут украсть снова.
— Эти деньги… Они…
— Послушай, князь, — сказал вдруг негромко хорунжий Катинас, склонившись над столом, — если тебе удастся убедить меня в том, что эти деньги тебе необходимы именно сейчас — я пойду тебе на уступку и позже сам составлю протокол об изъятии, а ты мне дашь расписку в получении. Но я хочу знать правду, князь, и уж поверь мне я постоянно имею дело с преступниками, которые лгут, и потому сумею отличить правду от лжи. Скажи мне честно: зачем тебе здесь, в полевом стане, где идут боевые учения, нужны такие большие деньги в золотых монетах?
Князь Четвертинский замялся, испытующе глядя в глаза хорунжего, который, не мигая, смотрел на него.
Такой и вправду раскусит… Придется сказать…
— Это золото предназначено для оплаты войска, которое там, — он указал рукой в сторону выхода из шатра.
— Разве это не войско князя Бельского? — спросил хорунжий.
— Да, это так, но князь уступил мне его на некоторое время.
— Для чего? — сверлил князя глазами хорунжий.
— Дело в том, что мы с князем Бельским…. Как бы это сказать…. Находимся в опале… и вот мы решили совместными усилиями оказать некую услугу короне…. Я думаю, что ты, как ее слуга, должен одобрить это…
— Что же это за услуга?
— Мы хотим разгромить банду лесных разбойников, которые грабят людей…
— Уж не тех ли, которых полтора года мы не можем схватить?
— Да, именно тех.
— Но если мы не можем найти их, то как ты намерен это сделать?
— У нас есть один человек, — шепотом сказал князь Четвертинский, — Богдан Вишня, он знает, где они.
Хорунжий задумался.
— Я верю тебе, князь, — решительно сказал он и подвинул кожаный мешок в сторону князя Четвертинского, — хорошо, что ты мне это сказал, — он накрыл своей ладонью мешок. — Но никому ни слова о нашем разговоре. Ты понял?
— Да, конечно, — закивал князь.
Хорунжий убрал руку с мешка.
— А теперь напиши мне расписку в том, что я вернул тебе похищенное золото…
… — Пойманная мной воровка, — сказал хорунжий Катинас Богдану Вишне, — показала, будто украла во время гадания этот документ, предполагая, что он имеет для тебя ценность. Она рассчитывала, что, в последствии, ты выкупишь его у нее за большие деньги.
Они сидели на двух пнях в дальнем конце лагеря, вокруг никого не было, и это очень радовало Богдана.