Нить судьбы
Шрифт:
Лина даже переспросила, неужели это был Дитрих?
– Да, - кивнула Мила, - это был он.
– Что мне делать, Лин, подскажи?
– Мила с надеждой посмотрела на подругу. Та умная и с большим жизненным опытом, у кого, как не у нее, спрашивать.
Девушка пристально взглянула на знакомую. Большие глаза смотрели с такой мольбой, что Лина смягчилась.
– А ты сама-то чего хочешь? Точнее, с кем хочешь быть?
– Не знаю. Фил мне очень нравится, но он постоянно занят с понтификом и мы так редко бываем вместе. А Дитрих, он
– Мила, - осторожно поинтересовалась у нее Лина, - А ты знаешь, чем именно занимается Дитрих в клане?
Девушка кивнула головой.
– Да, он в администрации верховного понтифика, его помощник.
Помощник, значит? Вот как?
Получается, Дитрих не сказал Миле, что он работает Палачом клана, исполняет грязную работу наказания преступников.
– Дитрих с тобой просто … общается или уже предложил метку?
Мила засмущалась, правильно поняв линину паузу.
– Я еще не спала ни с тем, ни с другим. Но - да, Дитрих предлагает метку.
– Филипп знает?
– спросила Лина, догадываясь уже, каков будет ответ.
Мила покачала молча головой.
Девушка тихо вздохнула. Знала бы Вера Павловна, в какую переделку попала ее внучка в этом пресловутом вампирском обществе, вряд ли стала так ратовать в свое время за ее попадание в клан.
– Знаешь, Мил, я скажу тебе вот что: в ваши отношения я лезть не собираюсь, тебе придется разбираться с этим самой. Кого ты выберешь - Филиппа или Дитриха, я не знаю. Могу лишь посоветовать: прежде чем принимать какое-то решение, постарайся как можно больше узнать про Дитриха, ты его слишком мало знаешь.
Мила огорченно сникла.
– Не мое это дело, с кем в итоге ты будешь спать и жить, понимаешь, - пояснила Лина, видя ее разочарование, - Я не буду решать это за тебя. Но, единственное, могу сказать одно - я лично всегда придерживаюсь одного принципа: если у тебя уже есть мужчина, зачем тебе еще один? А если ты хочешь другого, то расстанься сначала с первым.
– Я так надеялась…
– На что?
– удивилась девушка, - На то, что я за тебя решу этот вопрос? Дорогая моя, ты одновременно пудришь мозги двум мужчинам. И не просто смертным, а вампирам, один из которых высший, а второй - ученик правителя клана. Выбери кого-то одного из них, наконец. Или просто скажи Филу правду. Всю правду.
– Я не могу выбрать, они мне оба нравятся, - простонала девушка.
– Но тебе все равно придется сделать выбор, и чем скорее, тем - лучше!
– закончила Лина.
– Кого бы выбрала ты?
Девушка сразу даже не нашла, что ответить на этот странный вопрос.
– Я? А причем тут я? Это тебе с кем-то из них жить… может быть, жить.
Мила испуганно глянула на нее. Что значит - может быть?
– Я имею в виду, ты же можешь уйти от них обоих, либо просто, либо к кому-то третьему в итоге. Просто, не дело это, встречаться сразу с двумя…
В этот момент у Лины зазвонил телефон.
–
– Да нет, веду душеспасительные беседы с молодым поколением, - Лина бросила взгляд на юную девушку. Мила пересчитывала квадраты на ковре, ожидая, когда Лина закончит разговор и сможет снова перейти к решению ее проблемы.
– Ты не могла бы сейчас приехать ко мне?
…
Марк обсуждал что-то с Филиппом и Дитрихом. Девушка приоткрыла дверь, поймала взгляд понтифика и, не дожидаясь разрешения, вошла. Ученик высшего и Палач сразу же извинились перед правителем, поздоровались с девушкой, и тут же покинули кабинет, оставляя пару наедине.
Марк, ни слова ни говоря, подошел к Лине и впился в ее губы жадным поцелуем. Она в ответ прижала к себе понтифика, как будто боялась потерять.
– Как же я рад тебя видеть.
– Да уж, это все заметили, - съехидничала Лина с довольной улыбкой, - То-то сразу убежали!
Понтифик ей в ответ улыбнулся и сразу посерьезнел.
Девушка, мгновенно вспомнив, как на нее посмотрели Фил и Дитрих на выходе, спросила понтифика:
– Нашли Ивана?
Он кивнул головой.
– Да, нашли и Инквизитор уже вынес свое решение. Сейчас будет оглашение приговора, но я хочу, чтобы приговорила его ты. Сможешь?
– Я?
Он сурово посмотрел на девушку, как будто заранее обрывая все ее пререкания.
– Когда был суд над твоим бывшим мужем, его приговорил я как твой опекун. Но делать это должна была ты, любовь моя, потому что именно тебе был нанесен ущерб. Так вот, я спрашиваю - ты готова сейчас вынести наказание Ивану?
Лина опешила. Самой приговаривать? Самой выносить наказание за…
А за что? Что именно он сделал?
“Он помог Гюнтеру надругаться над тобой”.
Злобный саркастический внутренний голос влез как всегда неожиданно и очень вовремя.
“Ты так мечтаешь отмстить своему бывшему другу за то, что он с тобой сделал. А ты готова это совершить в реальности? Глядя ему в глаза? Зная, что именно ты его уничтожаешь? Или ты опять струсишь, как было с Ланевским? И отдашь всю грязную работу Марку?”
Струсит?
“Именно! Потому что тогда ты именно струсила! Тебе было страшно наказывать его, ты боялась брать на себя ответственность за его жизнь!”
Боялась. Да, она очень испугалась, когда до нее дошло, что значит на самом деле вынести приговор человеку.
Это ведь не в своих мечтах унижать его, издеваться и избивать. Это на самом деле заставить его перенести все те страдания, что вынесла она, это - самой отдать приказ.
А сейчас? Сейчас она испугается?
Ведь Иван на самом деле виноват, отключив ее чувства и заставив ощущать полное и безоговорочное доверие к бывшему другу. Не помоги он Гюнтеру, у того скорее всего ничего не получилось бы. Он просто не смог бы ее увезти.
Но взять на себя ответственность за его жизнь?
Она снова струсит?