Нить Гильгамеша
Шрифт:
«Все-таки это постановка или нет?» – Теон начинал выходить из себя.
– А они могут не видеть камеры? – Духов снова будто бы подслушал мысли Теона. – Странное ощущение на крупных планах, не находишь? Изображение как будто уплывает, а потом появляется четкость.
Он вопросительно посмотрел на Корсакова, тот пожал плечами – в операторской работе он был не самым крутым специалистом.
– Это может быть как раз результат монтажа… Но подтвердить это или опровергнуть сможет экспертиза.
Начальник криминальной
– Я не понимаю, почему мы их не видим, – пробормотал.
– Просто если внутри летают коптеры, то их трудно не заметить, какими бы крошечными они ни были. – продолжал Духов, не услышав последнюю фразу товарища. – Значит, это все-таки постановка.
Теон скрестил руки на груди и уставился на монитор исподлобья:
– Если так, то я лично найду режиссера этого шоу и посажу его на пару месяцев на нижние уровни Калипсо, – процедил Теон.
Он отвлекся еще на один звонок – дежурному:
– Свяжись с транспортной полицией, узнай, есть ли по каким-то секторам пропавшие или вовремя не вышедшие на связь пассажирские суда… Глеб, подключи кого-то из своих ребят, пусть взглянут на отчеты СИНО. Любые тревоги за последние четыре дня, – и вернулся к просмотру.
Глеб отошел от него, растаял в полумраке аквариума. Теон тяжело вздохнул. Духов внимательно смотрел на начальника криминальной полиции.
– Все-таки думаешь?..
– А скварр его разберет, – Теон снова мрачно отмахнулся и уставился в экран.
– Итак, двигатели прогреты, – сообщил закадровый голос. – Последние минуты перед стартом. Удастся ли им выбраться из плена? Капитан начинает обратный отсчет, демонстрируя участвующим в спасательной операции членам команды три пальца… два пальца… один. Какой напряженный момент… И отмашка!
Двигатели окрасились синим, изображение завибрировало и покрылось рябью. Шлюпки приподнялись в гнездах – крепления мягко отошли в стороны, освобождая корпуса, – и мягко продвинулись к створкам аварийных шлюзов.
– Ну же, – пробормотал Теон так, словно от этого зависела его собственная жизнь. Креоник на его запястье пискнул принятым сообщением, Теон, не отрывая взгляд от экрана, поднес запястье к лицу, принял вызов: – Слушаю.
Это был дежурный.
– Господин Теон, никаких происшествий с пассажирскими судами не зафиксировано.
– Хорошо. Держите в курсе, если что-то обнаружится. Вызовете в атриум зону два-сигма кого-то из механиков. Срочно…
Тем временем на экране что-то происходило, эвакуационная группа забеспокоилась, часть людей бросилась к перегородке, прильнула. Несколько человек жестикулировали, активно показывая на что-то. Капитан стал давать сигналы отмены, кричал что-то по рации. Теон пытался прочитать по губам. Сейчас ему особенно не хватало технических знаний.
– Что там происходит? – с недоумением отозвался Духов, шагнув к экрану. – Почему не открываются шлюзы?..
Теон внимательно следил за происходящим, когда в аквариум Глеба Корсакова заглянул дежурный механик «Тольды». Теон кивнул его и поманил к себе:
– Можете сказать, что у них происходит? – он кивнул на монитор.
Механик – молодой клириканец в ярко-синей униформе службы техобеспечения, бросил короткий взгляд на экран, но Теон успел заметить удивление.
– Очевидно, команда готовится к эвакуации персонала, – ответил механик.
– Это я понимаю. Что идет не так? О чем может говорить капитан?
Механик откашлялся:
– Горят красные индикаторы на стойках, – он ткнул указательным пальцем в экран. – Или что-то с гидравликой или с охлаждающей жидкостью в стропах.
Гнезда под застывшими в нерешительности аварийными капсулам подрагивали. Действительно, горели красные огоньки. В местах креплений к стене появились ярко-голубые искры, напоминавшие огненные снопы.
– Капитану нужно срочно отменять команду на выход из шлюза, – добавил механик, – иначе…
Ближайшая к камере шлюпка дала крен вправо и завалилась на бок, с силой ударившись о крепления.
– Рихта джаль [7] , – пробормотал Теон.
Духов ахнул:
– Они так пробьют корпус.
Механик покосился на него:
– Они так сольют охлаждающую жидкость… – Вместе с Теоном и Духовым он упер кулаки в бока. Подойдя к экрану, он указал на едва заметное мерцание под ближайшей к камере капсуле. – Вот она, видите?
7
Рихта джаль – клириканское – черт побери.
Техники лайнера бросились к капсулам – открывать аварийные люки. Механик «Тольды» только качал головой, явно не соглашаясь с действиями экипажа. Полыхнуло ярко-синим, под шлюпкой, собираясь в углублении гнезда, мелькнуло нечто мутное. Люди на экране замерли, отшатнулись. Механик «Тольды» тихо выругался: аварийный борт, клюнув носом край гнезда, рухнул на платформу и… вспыхнул. Почти одновременно с ним, один за другим, словно звенья одной головоломки, рухнули и загорелись другие борта.
– Мать честная, – выдохнул Духов. – Они из чего там все сделаны?
Механик поморщился:
– Не в этом дело. Стены шлюзового модуля окрашены сажей, как видите. Аналогично испачканы некоторые шлюпки. Значит, на борту уже произошла недавно авария. Очевидно, предыдущей аварией у них оказались повреждены топливные канаты, которые идут под центральным килем. Пары сконцентрировались под шлюпками и вышли через раскрытые пазы сразу, когда капитан дал команду на старт, и шлюпки приподнялись из ложементов. Охлаждающая жидкость вытекла из строп и смешалась с горючими парами. Одна искра и…