Нить Гильгамеша

Кретова Варвара

Землянин вздохнул.

– Понял. Но тогда вам влетит по шапке от капитана, не дать выспаться специалисту по вспомогательным системам в межвахту, это верная дорога накосячить в пути…

Они были уже на пороге медблока. Рин прищурилась. Ниточка вертикального зрачка стала тонкой и серебристо-прозрачной. Взгляд получился жутковатый, словно у куклы.

– Умный, значит?

– Подкованный, – Влад обезоруживающе-ослепительно улыбнулся. Он был как минимум на две головы выше клириканки, поэтому смотрел

на нее сверху-вниз.

Медик тихо выдохнула, будто бы прорычала. И после короткой паузы заговорила мягче:

– Ладно уж, умник, пошли… – в ее голосе, кажется, появилась симпатия. Влад посмотрел с удивлением.

Она ввела код доступа, табло окрасилось зеленым. Бодрый голос искина приветливо поздоровался:

– Доброго дня, мать здоровья и хранительница всех благ!

Влад прыснул. Рин отмахнулась от него:

– Это осталось от прежнего медика… Он не отличался скромностью и вдумчивостью жизненного цикла. – Клириканка прошла внутрь.

Влад отметил, что у Рин, как и у многих клириканцев, странная манера речи – медлительная, с некоторым торможением на свистящих согласных. От того иногда возникало ощущение, что говоришь с закипающим чайником. Добавить к этому странную лексику и привычку путать порядок слов – и можно легко сойти с ума от перегрузки головного мозга. «Ой все, вот я уже и подхватил от них эту заразу», – Влад зажмурился.

– Садись сюда, – клириканка указала на стул у стены подле своего рабочего стола.

Влад послушно занял стул, все еще улыбаясь. Посмотрев на мелкую решетку ретранслятора, предложил:

– Так в чем проблема, давайте перепрограммируем, пусть говорит что-нибудь… адекватное.

Он выжидающе замер, лукавая улыбка застыла на губах. Рин молча достала из прозрачного шкафчика с инструментами контейнер с пробирками и индивидуальным оборудованием – серебристыми шприцами и колбами с мутно-голубой жидкостью. Поставила контейнер на стол, ловко подписала картонку на крышке именем землянина.

– Оно и так говорит… адекватное, – отозвалась и впервые улыбнулась уголком рта. – Не отвлекай меня, землянин!

Влад демонстративно провел щепоткой по губам в знак того, что не проронит больше не звука.

Рин надела стерильные перчатки, открыла контейнер. Достала и поставила на специальную трехногую подставку, закрепленную магнитами на столе, пробирку с острым наконечником-иглой, диагностический скрин, нацепила на его вытянутый корпус одноразовую головку, больше напоминающую прическу панка или ежа. Посмотрела на Влада:

– Ну, чего ждем? Снимай китель, ботинки. – Она махнула рукой, будто намереваясь смахнуть Влада до своего стула. – Брюки пока оставь, снимешь за перегородкой, у диагностической капсулы…

– А что, в диагностическую капсулу тоже надо? – Влад встал и, расстегнув клапаны, стянул с плеч китель, повесил

на крючок в стене.

Рин всплеснула руками:

– Кто-то говорил, что не новичок в космосе… Тебе не делали полную диагностику?

Влад поежился – в медблоке было прохладно, холодным ветерком тянуло из узких щелей вентиляции.

– Я так-то преимущественно обитал на пиратский корветах, если что, – он снял ботинки, прислонившись поясницей к стене. – А там, как вы понимаете, особо за протоколом диагностики не следили.

Рин недовольно цокнула языком:

– Тем более. – Поманила к себе. – Иди сюда, встань ровно.

Средним и большим пальцами правой руки она обхватила свою левую кисть, сжав одновременно марсово поле и тыльную сторону ладони молодого землянина. Прикрыла глаза. По поверхности ее перчатки на левой руке разошлись, будто круги на воде, ярко-голубые линии. Рин выдохнула, распахнула глаза – ее взгляд на короткое мгновение стал таким же ярко-голубым, как линии на перчатке, а в глубине сетчатки Влад отчетливо заметил горящие микросхемы.

«Андроид?» – удивился Влад.

И тут же почувствовала, как Рин коснулась его сознания – словно рукой провела по волосам, едва потревожив их.

– Внедренный чип, – прочитав его мысли, отозвалась Рин. – Стандартная операция для медицинского персонала на моей планете.

Она запрокинула голову, чтобы лучше видеть своего пациента, положила ладони на плечи Влада, немного сжала на бицепсы:

– Ох, силен, – пробормотала, – не чета этим дохлякам вроде Марса или Дария. Какой рост?

– Двести девять сантиметров…

– М-м, хорош, – она одобрительно улыбнулась глазами, по-хозяйски похлопала его по обнаженной коже, провела от предплечий вверх, к ключицам, скрупулёзно проверяя реакцию на тактильный контакт. – Подружка на Земле осталась?

Влад качнул головой:

– Не обзавелся.

Рин понимающе кивнула, провела по его подбородку, чуть надавила на нижнюю челюсть, заставив приоткрыть рот. Достала из контейнера тонкую серебристую пластинку, провела ею по внутренней стороне губы Влада.

– Не страшно, по земным меркам ты еще молод? – рассеянно отозвалась, наблюдая, как загорается шкала на пластинке. Удовлетворенно кивнув, вернула ее в контейнер. Взяла из него несколько круглых пластинок размером с косметический диск, приложила их к груди Влада чуть выше сердца.

– Почти мальчишка, – Влад усмехнулся. Несмотря на свою ворчливость и мрачный вид, Рин начинала ему нравиться.

– Ну то-то… Только не вздумай влюбляться в клириканских девушек.

– А что так?

Рин посмотрела на него, на мгновение отвлекшись от подключения оборудования – на ее креонике открылось окно диагностики, на которое начали стекаться данные о здоровье землянина.