Нимб
Шрифт:
Я на мгновение заколебалась.
— В разных странах. Они часто переезжают.
Молли восприняла информацию как данность.
— А чем они занимаются?
Дома мы обсуждали этот вопрос, но в голове было пусто. Похоже, я близка к краху. Но, к счастью, я вспомнила:
— Они дипломаты. Мы здесь со старшим братом. Он учитель. Родители приедут, когда смогут.
Я решила максимально удовлетворить ее любопытство. Кроме того, по своей природе ангелы — плохие лжецы.
— Круто! Я не бывала за границей. А
— А какие? — уточнила я.
— Я-то здесь родилась. Мои дедушка с бабушкой жили в Венус-Коуве, имели свой бизнес. И у нас никогда не случалось ничего по-настоящему скверного. Ну, фабрика сгорит, корабль потонет… А теперь… — Молли понизила голос. — Повсюду грабежи. В прошлом году была эпидемия гриппа и шесть детей умерли.
— Скверно, — согласилась я.
Вероятно, агенты Тьмы причинили городу серьезный вред.
— Есть еще кое-что, — сообщила Молли, — но ребята пока еще в шоке.
— Не беспокойся, я не из тех, кто распускает язык.
— Примерно полгода назад один из старших мальчиков, Генри Тейлор, полез на крышу за закатившимся баскетбольным мячом. Он не баловался, а просто хотел его достать. Он поскользнулся, упал и расшибся… До конца избавиться от кровавых пятен не удалось. Больше на корте никто не играет.
Мистер Велт откашлялся и вперил в нас гневный взор:
— Мисс Харрисон, надо полагать, вы объясняете нашей новой ученице концепцию ковалентной связи?
— М-м-м… Не совсем, мистер Велт, — промурлыкала Молли. — Не хочу, чтобы она в первый день занятий умерла от скуки.
На лбу мистера Велта запульсировала вена, и я поняла, что должна вмешаться. Направила на него поток успокаивающей энергии, и его обличительный запал пошел на убыль — он расслабился и перестал быть бледным. Преподаватель уставился на Молли и издал толерантный, почти отеческий смешок.
— Ваше чувство юмора неисчерпаемо, мисс Харрисон.
У Молли хватило ума удержаться от дальнейших комментариев.
— Думаю, у него кризис среднего возраста, — тихо сказала она.
А химик занялся установкой диапроектора. Я внутренне застонала и попыталась справиться с нахлынувшей волной паники. В темноте моя кожа точно засияет. А что будет в галогеновом свете проектора? Я решила не рисковать и попросила разрешения посетить туалет. И слонялась снаружи, дожидаясь, пока учитель закончит показ и снова включит дневные лампы. Сквозь стеклянную панель двери я наблюдала, как он демонстрирует классу слайды, посвященные валентной связи. Хорошо хоть, что мне не нужно изучать такие серьезные вещи постоянно.
— Ты заблудилась? — раздался голос за спиной.
Я крутанулась и увидела парня, который стоял, прислонившись к шкафчикам. Его рубашка была застегнута, а галстук аккуратно завязан, но я мгновенно узнала и каштановые волосы, и бирюзовые глаза. Я просто
— Нет, спасибо, — пробормотала я и отвернулась.
Может, я повела себя грубо, но что я могла сделать? Он напугал меня, застал врасплох, и я почему-то засмущалась. И он, похоже, никуда не торопился.
— Вообще-то обучение успешно, когда сидишь вклассе, — заметил он.
Я постаралась придать лицу холодное выражение, но когда наши взгляды встретились, произошло нечто невероятное. Мне показалось, что мир уходит из-под ног и нужно сохранить равновесие.
Наверно, я выглядела так, словно потеряю сознание, поскольку он непроизвольно вытянул руку, чтобы подхватить меня. На запястье у него темнел плетеный кожаный ремешок — единственное, что нарушало его традиционный облик.
Он выглядел потрясающе, но без намека на зазнайство. Губы четко обрисованы, прозрачные глаза глубокие и яркие. Высокий и стройный, с фигурой пловца. Он как будто хотел помочь, но не знал, каким образом. Привлекательным его делала и некая аура уверенности. Мне захотелось ответить ему умно и находчиво, но я оторопела.
— Голова слегка закружилась, — промямлила я.
Он обеспокоенно шагнул ко мне.
— Проводить тебя к медсестре?
— Нет, я в порядке.
Убедившись, что в обморок я падать не собираюсь, он протянул руку и ослепительно улыбнулся.
— В прошлый раз я не успел представиться. Ксавье.
Значит, не забыл.
Ладонь у него была широкая и теплая. А Габриель постоянно вещал о важности избегать тесных контактов с людьми! Предостерегающие колокола зазвучали в моей душе, и я отшатнулась. Не очень-то дружелюбно по отношению к такому добродушному парню. Трепетание в груди подсказывало, что я в беде. Я научилась расшифровывать сигналы тела и понимала, что юноша заставляет меня нервничать. Однако был намек и на другое чувство, которое я еще не могла идентифицировать. Я попятилась к двери, где уже вспыхнул свет. Ксавье обиженным не выглядел.
— Бетани, — умудрилась представиться я.
— До скорого, Бетани, — попрощался он.
Когда я вернулась в класс, мое лицо пылало. Мистер Велт бросил на меня обвиняющий взгляд за то, что я надолго застряла в туалете.
Ко времени ланча стало ясно, что «Брюс Гамильтон» — минное поле проекторов и хитроумных ловушек, предназначенных исключительно для ангелов. Например, выяснилось, что перед физкультурой я должна переодеваться на глазах у остальных девочек. Они без раздумий сняли свою одежду и побросали ее в шкафчики или даже на пол. У Молли запутались лямки лифчика, она попросила меня помочь. Я послушалась, уповая на то, что она не обратит внимания на некоторую особенность…