Никто не заплачет
Шрифт:
— Нет. Скотч принес я. У тебя в доме не было, и я купил, дня три назад, на всякий случай. Ты просто забыла. Ты ведь у меня такая рассеянная, Верочка. Будь умницей. Делай, что я говорю. И тогда мы спасем Соню.
— Федя, отдай мне пистолет, — спокойно сказала Вера.
— Хорошо, — кивнул Сквозняк, — подойди ко мне. Подойди и возьми. Пока он не привязан, дуло надо держать направленным на него. Ты поняла? Ты справишься? Глупостей больше не будет?
Вера сделала несколько медленных, осторожны шагов. Сквозняк вложил пистолет в ее ладонь.
— Где Соня?
— Верочка, солнышко, любимая моя, успокойся, — голос Сквозняка звучал ласково и чуть хрипло, — он убедил тебя, будто я бандит, убийца, исчадие ада. Возможно, он даже предъявил тебе какие-то доказательства. Это блеф…
Антон сидел не шевелясь. Он не мог оторвать глаз от маленькой Вериной руки, в которой был зажат пистолет. Сквозняк спокойно уселся в кресло, чуть ото двинув его так, чтобы оказаться позади Антона.
— Где Соня? — тихо повторила Вера. — Сначала должна увидеть Соню, живую и невредимую, потом мы будем говорить обо всем остальном.
— Я так надеялся, что нам не придется тратить время на долгие объяснения, — печально вздохнул Сквозняк. — Я надеялся на твой здравый смысл, Верочка. Учти, время идет. Сонино время. Неужели ты до сих пор не поняла, что Соню похитили его люди? Я ведь предупреждал тебя, Я не случайно напрягся, когда он пришел сюда вчера и устроил весь этот маскарад с компьютером. Но ты назвала меня невоспитанным хамом, ты стала перед ним за меня извиняться. Ты решила сама, без меня, выяснить, кто такой Курбатов. Ты встретилась с ним, не сказав мне ни слова. Он наплел тебе всякие ужасы про меня, и ты поверила. Вот результат. Он похитил ребенка. Ты отдала ему его факсы? Ответь мне, пожалуйста, да или нет.
— Да, — сказала Вера, — вся информация, которую он хотел получить, теперь у него.
— Значит, не вся, раз он нанял людей, чтобы похитить ребенка. Ему что-то еще от тебя нужно. Он молчит потому, что не ожидал увидеть меня здесь, он думал, ты одна, беззащитная, слабая, и он сможет спокойно диктовать свои условия. Но я с тобой, Верочка. Не бойся его, нас двое, он один. Сейчас он скажет нам, где Соня. Более того, он вместе с нами отправится за ней. У него теперь нет выбора.
Антон заметил, как Вера осторожно скосила глаза и взглянула на маленькие наручные часики. Сам он и без часов чувствовал время. Прошло не больше сорока минут с того момента, как старый адвокат позвонил на Петровку своему знакомому генералу. Не больше, но и не меньше.
— Да, я получил не всю информацию, — медленно проговорил Антон, — не хватает главного. Информация зашифрована, и нет ключа от шифра. Я искал его в вашем компьютере, Вера. Но не нашел. Вы закрыли доступ к нескольким файлам. Вы работали, подсоединив факс непосредственно к компьютеру, и ключ к шифру — там. Часть информации шла прямо на компьютер. С факса на компьютер.
Вера быстро взглянула на него, ее губы чуть дрогнули.
Эта шальная импровизация была рассчитана
— Ну вот, Верочка. Видишь, как все просто? — сказал Сквозняк. — Ты включишь компьютер, найдешь ему этот проклятый ключ, и он вернет нам Соню.
— Нет, — покачала головой Вера, — сначала — Соня, потом ключ от шифра.
— Верочка, не надо торговаться. Он никуда не денется. Я немного знаком с законами уголовного мира. — Сквозняк повернулся к Антону и взглянул на него. Людям, которые похитили Соню, он наверняка заплатил только половину обещанных денег. Если он не заплатит остальное, они его заложат. Они пойдут в прокуратуру и скажут, что он нанял их.
— Но их ведь посадят, — сказала Вера, — за то, что они похитили ребенка, их посадят. Даже если они придут с повинной. И потом, зачем ему исчезать, не расплатившись с ними, когда ключ от шифра будет уже у него?
— Они сядут не надолго, зато потом они получат очень много денег и будут жить в свое удовольствие, — медленно и внятно произнес Сквозняк.
— Если с Соней что-то случится, они сядут надолго, очень надолго. А скорее всего, их расстреляют. Если они не полные идиоты, то должны это понимать, сказала Вера.
— Беда в том, что они как раз полные идиоты. — Он опять взглянул на Антона.
— Откуда ты знаешь? — быстро спросила Вера.
— А разве нормальные люди согласятся похитить ребенка? — Он горько усмехнулся. — Нормальные люди детей не обижают. Ладно, Вера, мы с тобой потом об этом поговорим. Время идет. Включи компьютер и найди то, что он требует. Зачем тебе ключ от зашифрованной информации? Тебе нужна Соня.
— Хорошо, пусть он сам сядет к компьютеру, — Вера посмотрела на Антона, а я скажу ему, как открыть нужные файлы. Пистолет должен оставаться у меня.
— Так ты нас обоих держишь под прицелом, — Сквозняк улыбнулся, — а я думал, ты все уже поняла… Нет, Вера, за компьютер сядешь ты. Он должен оставаться на месте.
— Я не шевельнусь, пока не увижу Соню. Балконная дверь была открыта. Где-то совсем близко послышался вой милицейской сирены. В комнате повисла тишина. А через миг Вера увидела, как голова Антона беспомощно откинулась назад, поднятые руки упали, словно у тряпичной куклы. Она даже не успела понять, что произошло. Сквозняк уже не сидел в кресле, а стоял, совсем близко.
Вой милицейской сирены затих, растаял вдали.
— Не подходи, — прошептала Вера, отступив на шаг, — я выстрелю.
— Вера, включи компьютер. Нет времени.
— Что ты с ним сделал?
— Вырубил на пять минут. Есть много разных приемов, Верочка. Можно вырубить, а можно сделать очень больно. Так больно, что ни один здоровый мужик не выдержит, а ты тем более. Ты напрасно не связала ему руки. — Сквозняк сделал еще один шаг. — Неужели ты выстрелишь в меня, любовь моя? По сути, я был первым твоим мужчиной. Этот бородатый придурок не в счет.